Нечестивец - Шеннон Дрейк

Он молча стоял к ней спиной, — рассматривал картину на стене.

Наконец она кашлянула.

— Лорд Стерлинг, прошу принять мои искренние извинения: я глубоко сожалею, что побеспокоила вас в столь поздний час, не предупредив о визите заранее. Но я, как вы понимаете, безмерно опечалена. Дорогой мне человек, мой воспитатель, пропал бесследно, а эти леса таят в себе много опасностей. Головорезы или волки… могли подстеречь его в ночное время. Я весьма обеспокоена и полагаю, что имею право обратиться к человеку, занимающему столь высокое положение в обществе, ваше сиятельство.

Он обернулся к ней, явно развеселившись:

— Полно вам, дорогая! Весь Лондон уже обсудил мое высокое положение — соответственно и репутация!

— Репутация, сэр? — произнесла Камилла. Это было ошибкой с ее стороны.

— Ну конечно, изверг и выродок! Будь я всего лишь графом Карлайлом — безупречно достойным и уважаемым, вы не дрожали бы от страха под теми воротами, почти не веря в то, что вас примут, милая девушка.

Он выговаривал ей бесстрастным тоном, ясно давая понять, что притворяться бесполезно.

Она едва не отступила под его взглядом, но сдержалась — ради Тристана.

— Тристан Монтгомери где-то здесь, сэр. Он путешествовал с компаньоном и пропал за воротами вашего поместья. Но я ручаюсь за него и желаю забрать его отсюда, немедленно.

— Так вы родственница этого отъявленного плута, который сегодня вечером лез на мои стены, словно заурядный воришка, — протянул он невозмутимо.

— Тристан вовсе не отъявленный плут, — горячо возразила Камилла, воздержавшись от дальнейших опровержений. — Сэр, я полагаю, он сейчас находится в этом замке, и не уеду без него.

— Тогда, смею надеяться, вы готовы здесь заночевать, — бесстрастно высказался он.

— Так он здесь! — воскликнула Камилла.

— Да, конечно. Ведь он чуть не расшибся, стараясь облегчить мое существование.

Камилла сглотнула комок в горле и постаралась взять себя в руки. Она никак не ожидала, что мужчина окажется настолько черств и бездушен, что будет так безжалостно откровенен. И тревога вновь уколола ее сердце.

— Он ранен? Сильно? — спросила она.

— Будет жить, — сухо бросил он.

— Отведите меня к нему!

— Всему свое время, — отговорился Карлайл. — Позволите мне отойти на минуту? — На самом деле он не спрашивал ее позволения, просто дал понять, что снова желает оставить ее одну и ему безразлично, как она отнесется к его грубости. Он размашисто зашагал к двери.

— Подождите! — воскликнула она. — Я должна непременно увидеться с Тристаном. Немедленно.

— Повторяю, вы сможете увидеться с ним. В свое время.

Граф вышел, оставив Камиллу в одиночестве. Она провожала его взглядом, смущенная и рассерженная. Зачем он согласился принять ее — только затем, чтобы снова исчезнуть после непродолжительной перепалки?

Она бродила по комнате, пытаясь успокоиться, рассматривала книги, чтобы как-то скоротать время. Но заголовки бессмысленной чередой проплывали перед ее глазами, и она присела в кресло у камина.

Он признался, что Тристан здесь. Ранен! Уличен в воровстве?

Боже праведный! Разве можно ей спокойно сидеть, когда ее опекун лежит где-то здесь, ему больно, он, возможно, жестоко изранен!

Камилла вскочила с кресла и рванулась к двери, но, открыв ее, застыла от ужаса. Там была собака. Огромная. Чудище просто сидело у порога, но его морда едва не ткнулась ей под грудь! Псина тихо зарычала, Камилла закрыла дверь и вернулась к камину, потрясенная и разгневанная. Неужели этот пес готов разорвать в клочья всякого, кто осмелится сдвинуться с указанного места? Пылая от ярости, она снова подошла к двери. Но не успела взяться за ручку, как дверь распахнулась.

Нет, это был не граф Карлайл, как она думала. В комнату вошла женщина. Среднего возраста, привлекательная, со смешинкой в глазах и непритязательной улыбкой. На ней было прелестное жемчужно-серое с серебристым оттенком платье, и ее теплая улыбка была совсем неожиданной в этой обстановке.

— Добрый вечер, мисс Монтгомери, — сказала она приветливо.

Камилла поздоровалась и добавила:

— Боюсь, этот вечер оказался для меня вовсе не добрым. Мой опекун задержался здесь в гостях, да и я, похоже, в заключении.

— В заключении? — воскликнула женщина.

— Там за дверью собака или чудище какое-то зубастое, — объяснила Камилла.

Женщина широко улыбнулась:

— Это Аякс. Не обращайте на него внимания. Он очень ласковый, если познакомиться с ним ближе. Правда.

— Я не уверена, что расположена знакомиться с ним ближе, — пробормотала Камилла. — Мадам, прошу вас, я уже отчаялась увидеть моего опекуна.

— Действительно, так можно и совсем отчаяться. Но сначала о главном. Не хотите ли бренди? Я заказала ужин для вас и графа, его скоро подадут. Я — Эвелин Прайор, экономка. Граф попросил меня также подготовить для вас комнату.

— Комнату? — ужаснулась она. — Миссис Прайор, прошу вас, я приехала, чтобы забрать Тристана домой. Если ему нужен уход, я смогу о нем позаботиться.

— Что ж, мисс Монтгомери, — грустно промолвила миссис Прайор, — боюсь, граф замыслил подать иск на вашего опекуна.

Камилла поморщилась и понурила голову:

— Я не верю, что у него были дурные намерения.

— Наш хозяин думает иначе, — небрежно заметила женщина. — Но… что ж, вам и в самом деле надо побеседовать с глазу на глаз.

Эвелин Прайор была прелестна и разумна, для этой крепости — даже слишком. Здесь, в мрачных стенах, она легка, как ветерок, и светла, словно летний день. Однако и она сочла необходимым упрекнуть Камиллу за желание забрать Тристана и отбыть восвояси.

Камилла попыталась заговорить сквозь подступавшие слезы:

— Я готова возместить убытки…

— Мисс Монтгомери, я не уполномочена обсуждать с вами вину или невиновность вашего опекуна, так же как и компенсации. Если вы пожелаете, я провожу вас в столовую хозяина. Через некоторое время вам позволят увидеться с опекуном, а затем проводят в вашу комнату на ночлег.

— Нет, мы не можем здесь остаться! — упорствовала Камилла.

— Вам придется погостить. Врач сказал, что вашего опекуна нельзя пока никуда перевозить. У него сильные боли.

— Я смогу позаботиться о нем, — с жаром заверила ее Камилла.

— Сегодня он не в состоянии путешествовать. Вас мы, разумеется, не можем задерживать здесь, но ваш опекун пока нуждается в нашем гостеприимстве.

Женщина была вполне учтива и даже улыбалась ей, но Камилла, слушая ее, чувствовала, как холодок ползет по ее спине. Остаться здесь? Среди этих дремучих, мрачных лесов? Нет, она в жизни никогда не видела ничего подобного. С этим мужчиной в маске — властным, угрюмым, резким? Похоже, у себя в замке он привык быть извергом, необузданным в своих желаниях.