История призрака - Джим Батчер

— Возможно, потому что я чародей.

Стью кивнул.

— Может быть, может быть.

— Что бы произошло, если?.. — я указал на останки привидения.

— Оно бы пожрало твои воспоминания, — спокойно сказал Стью.

Я задумался над этим на момент и почти мечтательно изучил останки.

— Даже не знаю. Я бы не отказался кое-что забыть.

Стью сунул заряженный пистолет обратно за пояс.

— Для теней память — это жизнь, хлеб насущный и сила. Мы и есть воспоминания, чародей.

— Эти образы в тумане, — сказал я. — Когда оно... умирало. Это были его воспоминания?

— Так точно. То, что от них осталось.

Стью переместился вперёд и присел над останками. Он протянул над ними руку ладонью вниз и сделал глубокий вдох. Спустя несколько ударов сердца, светящийся туман начал подниматься из останков привидения. Он протянулся по воздуху к груди Стью, влившись в неё, как вода в пруд. Когда это завершилось, он поднялся снова и выдохнул.

Что бы ни ударило привидение, оно состояло из той же субстанции, что и сэр Стюарт. Если призраки — это память...

— Пуля, — сказал я. — Ты сделал её из воспоминания?

— Естественно, — сказал он. Выражение его лица на мгновение наполнилось нежным, отдалённым сожалением. — Сильного. Когда-нибудь я превращу его в ещё одну пулю.

— Спасибо тебе, — сказал я. — За то, что помог.

— Должен признаться, я прикончил несчастную скотину не исключительно ради тебя, чародей. Ты представляешь собой лакомство для любого привидения. Новичок из мира живых, всё ещё несущий на себе прикосновение жизни, и полный под завязку свежими, неувядшими воспоминаниями. Привидение, которое тебя съест, станет гораздо сильнее — по-настоящему ужасным, свирепым существом. Таким, которое сможет угрожать миру живых так же просто, как и миру духов. Я не могу этого допустить.

— О, — сказал я. — Всё равно спасибо.

Стью кивнул и протянул мне руку. Я принял её, поднялся и сказал:

— Мне надо поговорить с Мортом.

Как только я это сказал, то увидел двух привидений, появившихся из темноты. Я посмотрел назад и увидел их ещё больше, дрейфующих лёгкими движениями и с обманчивой скоростью.

— Если ты пропустишь меня через порог Морта, я буду в безопасности от них, — сказал я, кивая на привидений. — Я не знаю, как защитить себя от них. Они меня убьют. И если это произойдёт, ты получишь своего привиденческого монстра.

— Нет, если я убью тебя первым, — спокойно сказал Стью, постукивая пальцем по рукоятке своего пистолета.

Я повернул голову чуть набок, разглядывая его, изучая лицо.

— Не-а, — сказал я. — Не убьёшь.

— Откуда тебе знать, призрак? — спросил он ровным голосом. Но не смог удержать улыбку в глазах.

— Я чародей, — сказал я, добавляя к своему голосу зловещий оттенок. — У нас есть способы.

Он продолжал молчать со строгим видом, но его глаза бегали. Я успокоился.

— И эти привидения приближаются.

Стью фыркнул и сказал:

— Привидения всегда приближаются.

Затем он выхватил пистолет и направил мне в грудь.

— Настоящим я беру вас в плен, покойный чародей. Держите руки на виду, следуйте всем моим устным инструкциям и всё пройдёт замечательно.

Я показал ему руки

— Ох, ладно, ладно.

Стью резко кивнул.

Глава четвёртая

Я последовал за Стью через переднюю дверь (проклятье, покалывание, ой) и на мгновение остановился на другой стороне, чтобы осознать этот факт. Только член семьи хозяина дома мог выдать приглашение, которое позволит нематериальной сущности преодолеть порог.

Итак, сэр Стюарт был практически семьёй в доме Морта. Если только он не был семьёй в буквальном смысле. Домашние призраки, в конце концов, как известно из истории, остаются с конкретной ветвью семьи. Мог ли быть Стью одним из предков Морта, присматривающим за своими потомками? Или у маленького эктоманта всегда была странного рода семья, о которой я никогда не знал?

Интересно. Будет разумным держать глаза раскрытыми.

Дом выглядел совсем иначе. То, что раньше было паршиво обставленной комнатой для сеансов, стало гостиной с диваном, козеткой[4] и удобными креслами. Я видел только часть дома, но в процессе прогулки с сэром Стюартом я обнаружил, что бывший ранее мрачноватым вертепом дом отремонтирован, обновлен, а кое-где и украшен. Стью провёл меня в комнату, бывшую частично библиотекой, частично офисом, в которой потрескивал огнём камин.

Мортимер Линдквист, похоже, наконец, смирился с неизбежным. Прежде я видел его носящим нелепый парик или с ещё более безобразным зачесом на голове, призванным скрыть лысину. Теперь впервые я увидел его в амплуа Чарльза Ксавье.

Ничем не приглушенное сияние его лысой макушки смотрелось куда лучше частичного покрытия. Кроме того, он похудел. Нет, на модель для модного журнала он не тянул, но определённо перешёл из категории самоубийственно тучных к просто толстым. В его примерно пятьдесят в нём было менее пяти с половиной футов роста, одевался он в чёрные слаксы с серой шёлковой рубашкой и носил небольшие очки в квадратной оправе.

Он сидел за своим столом, перед ним была разложена колода игральных карт, что могло быть как гаданием, так и пасьянсом — по моему опыту, смысла и в том и в другом примерно одинаково.

— Я слышал выстрел, сэр Стюарт? — рассеянно спросил Морт, пристально глядя на карты. Затем его руки замерли в движении, и он оттолкнулся ногами, крутанувшись лицом ко мне. — О, превосходно.

— Привет, Морти, — сказал я.

— Так не бывает, — сказал Морт, выскакивая из-за стола и быстрым шагом направляясь в другую комнату. — Так просто не бывает. Никто не может быть настолько невезучим.

Я поспешил вперёд, стараясь не отставать, и последовал за ним в коридор.

— Мне надо поговорить с...

— Мне плевать, — сказал Морт, скрестив руки в отталкивающем жесте и не останавливаясь. — Я тебя не вижу. Я тебя не слушаю, Дрезден. Мало было того, во что ты втягивал меня при жизни, так теперь ещё и твой идиотский призрак явился, чтобы сделать то же самое? Нет. Что бы это ни было — нет.

Мы пришли на кухню, где уже был сэр Стюарт, со сложенными руками подпиравший стену и наблюдавший с тихой улыбкой. Морт подошёл к большой банке для печенья, открыл её, вытащил единственную печеньку и снова закрыл крышку.

— Да ну, Морти, ничего такого не было, — сказал я. — Я пару раз приходил попросить помощи, потому что ты способный профессионал и...

— Чушь собачья, — отрезал Морти, повернувшись лицом ко мне и сверкнув глазами. — Дрезден приходил ко мне, когда был в таком отчаянии, что был согласен на любого старого неудачника.