24 часа без любви - Лайза Хелл

— Как насчет виски? — спросил Генри.

— Спасибо, нет, я действительно не хочу задерживать вас!

— Вы меня… нас вовсе не задерживаете. — Капитан вопросительно посмотрел на Ямину, которая, покраснев, безмолвно удалилась в свою каюту. Капитан проводил ее озадаченным взглядом. «Что это с ней? Почему она так нелюбезна с господином Симмпсеном?»

— Я воспользуюсь вашим предложением в другой раз, — заверил Люк. — А сейчас я, без сомнения, мешаю вам! — Вежливо поклонившись, он покинул каюту.

Дяде Генри не понравилось поведение Ямины.

— Знаешь что, — сказал он сердито, — так не обходятся с пассажиром из самой дорогой каюты.

— У него самая дорогая каюта? — пролепетала она, развязывая пакеты.

— Да, у него, — проворчал дядя Генри.

— Ну что ж, бывает. — Она пожала плечами. — Он все равно мне не нравится.

— Он тебе не нравится? — голос дяди Генри стал строже. — И поэтому ты позволяешь себе быть невежливой с ним?

— Разве я была невежлива? — Ямина еще ниже опустила голову над пакетами.

— Была ли ты невежлива? — Дядя Генри схватил ее за руку и повернул к себе так, чтобы видеть лицо племянницы. — А теперь я кое-что тебе скажу, моя дорогая. Неофициально ты моя гостья, но официально следующие две недели ты член команды и не имеешь права демонстрировать свои чувства пассажирам. Для членов экипажа не существует таких понятий, как симпатия и антипатия. Пока я капитан этого корабля, каждый пассажир будет обслуживаться с особой почтительностью.

— О, конечно, дядя Генри, — пролепетала Ямина. — Я сожалею. Это больше не повторится.

— Хорошо, — Генри смягчился. — А теперь скажи, почему он тебе не нравится? Он очень мил и выглядит ослепительно.

— Именно поэтому!

— Он тебе не нравится, потому что он красив? Капитан ничего не понимал. — Но это же нелогично.

— Логично. Дело в опыте!

— В опыте? Ну-ка объясни.

— Пожалуйста. — Ямина высвободилась из его цепких пальцев и села на кровать. — Красивые мужчины, такие, как Люк Симмпсен, не обойдены вниманием женщин, дядя Генри. И что в результате?

— Что?

— А то, что они высокомерны и привыкли вызывать восхищение. К тому же они не бывают верными, так как одной женщины им не хватает, понимаешь? Самое разумное — обходить их стороной, с годами я поняла это.

— Ты хочешь уверить меня, что красивый мужчина имеет меньше шансов понравиться тебе, чем тот, у кого самая заурядная внешность?

— Да! А такой красавчик похож на петуха, за которым бегает стая кур!

— Ну, знаешь ли… — дядя Генри раскатисто рассмеялся. — Нашлась хоть одна умная женщина!

— Ты же хотел знать…

— Ну хорошо, только, пока ты на корабле, забудь свою петушиную теорию. Договорились?

Они ударили по рукам.

— Это касается и господина Симмпсена, — попросил Генри. — А теперь извини, у меня дела. Увидимся за ужином.

Пока дядя Генри еще не ушел, Ямина показала ему розовое платье с глубоким вырезом на груди и на спине и спросила:

— Если я надену его сегодня вечером?

Дядя Генри с трудом перевел дух.

— Если ты хочешь заморочить голову всем мужчинам на корабле, то надевай! Но не сетуй тогда, что петух потерял свой последний разум.

С этими словами капитан вышел из каюты, а Ямина стала критически рассматривать себя в зеркало, приложив к себе платье. «Пусть он потеряет голову, — злорадно подумала она, — главное, что моя будет на месте».

6

В этот вечер в ресторане она потеряла не только голову, но и самообладание, так как Люк ужинал с ней за одним столом. Будучи пассажиром, купившим самую дорогую каюту, Симмпсен обладал привилегией сидеть за столом капитана. Ямина пыталась спрятаться за сидевшего между ними дядю Генри, и его крупная фигура пришлась как нельзя более кстати. Она так тихо разговаривала с дядей, что Люк, даже напрягая слух, не мог ничего разобрать.

При появлении Ямины у Люка (и не только у него) перехватило дыханье. Она была очаровательна. Под шелком облегающего стройную фигуру розового платья изящно вырисовывались талия, небольшая грудь и стройные ноги. Люк смотрел, как Ямина с прелестной улыбкой приближалась к столику капитана, и едва сдержался, чтобы не вскочить и не обнять ее. Это сделал капитан. Он прижал Ямину к себе и поцеловал в обе щеки. «Хорошо еще не в губы», — подумал Люк облегченно.

— Позвольте представить мисс Джейбл, — произнес капитан.

Ямина поздоровалась с пассажирами, собравшимися на ужин, и тоже села.

— Добрый вечер, — тихо сказал Люк, привстал и поклонился Ямине.

— Добрый вечер, — ответила она холодно и так ловко спряталась за спину своего дяди, что Люк мог видеть только ее плечи.

Он был настолько разочарован, что с удовольствием ушел бы. Лишь любопытство остановило его. Люк решил выяснить, какие же отношения у нее с капитаном. Если она его любовница, ему придется ее забыть, а если нет… Еда была превосходная, но он лишь поковырял в тарелке без всякого удовольствия.

— Вам не нравится, — озабоченно поинтересовался капитан.

— О, нет! Очень вкусно. — Люк являлся гурманом и его похвала была искренней, но ему ничего не лезло в горло. Он попытался вовлечь в разговор капитана и Ямину. Капитан оказался словоохотлив, в то время как Ямина едва произнесла пару слов.

Как и Люк, Ямина не могла наслаждаться едой. Она вспоминала нечаянный поцелуй в бюро и предостережение дяди Генри вежливо обходиться со всеми пассажирами. «Корабль такой огромный. Почему она обязательно должна сидеть за одним столом с Люком Симмпсеном?» Постепенно беседа становилась оживленней, и девушка вынуждена была признать, что Симмпсен остроумный и забавный собеседник. Ее молчание начинало привлекать внимание, и она обрадовалась, когда подали кофе.

— Извини, — тихо сказала дяде Ямина после того как выпила кофе. — У меня разболелась голова. — Она встала и раскланялась с сидящими за столом.

— Тут поможет только свежий воздух, — посоветовал дядя Генри, пребывая в отличном настроении. — А воздуха у нас достаточно.

— Я попробую, — пообещала Ямина, поцеловала дядю в обе щеки и начала пробираться мимо столов к выходу, сопровождаемая восторженными взорами.

Выждав пять минут, Люк последовал за ней.

Дядя Генри задумчиво смотрел им вслед. Этот Симмпсен произвел на него очень хорошее впечатление. «Ямина, конечно, ошибается, считая его заносчивым петухом». Люк Симмпсен не был ни заносчивым, ни высокомерным, и капитан спрашивал себя, сколько же пройдет времени, прежде чем его племянница поймет это.

Но Ямина уже поняла. Да, она ошиблась. Он оказался совсем не высокомерным, не самонадеянным, напротив, интеллигентным, остроумным, скромным и очень милым человеком. Он был не таким, как те красавчики, которых она прежде знала, в общем, исключением из правил. Ямина потеряла покой, поэтому так рано и распрощалась. На палубе в одиночестве она хотела подумать о Люке Симмпсене.