Весна отверженных - Кэт Моррис

Не скрывая пренебрежения, Гильом Де Тайер обвел взглядом собравшихся. Все они были готовы ловить каждое слово короля. Его напыщенный братец остановился перед троном, чтобы произнести для гостей приветственную речь и открыть бал. Эту пустую чепуху можно было не слушать. Краем глаза Гильом заметил того, кого искал, — вдовствующую баронессу Де Верлей и двух ее прелестных дочек. Странно, но ее не объявляли. Должно быть, по своему обыкновению леди Одиль тихонько пробралась внутрь, пока все отвлеклись на появление короля. Сегодня Гильом был намерен обыграть королевскую советницу в пух и прах.

Его пустоголовый братец, наконец, закончил и, по обыкновению, махнул белым шелковым платком, отмечая начало бала. По традиции король должен был вести первый танец. Братец Гильома был тоже настроен повеселиться, потому что король решительно направился к шеолланской посланнице — очень привлекательной, смуглой и темноволосой женщине лет тридцати в смелом даже для трезеньельского двора алом платье и поклонился ей, приглашая на танец. Та с достоинством присела в реверансе и вложила свою изящную ручку в ладонь короля.

Следующей по протоколу была очередь Гильома. Он подошел к мадам Де Верлей и низко поклонился:

— Баронесса, прошу не отказать.

Леди Одиль присела в реверансе:

— Я польщена, мой лорд герцог.

Они заняли свое место позади короля и его партнерши. За ними выстроились остальные пары. Танец начался.

— Ну, и что скажешь, какие у бедняжек шансы сегодня заполучить моего драгоценного братца? — тихо спросил Гильом у леди Одиль, когда они снова сошлись вместе после первой фигуры.

Мадам Де Верлей улыбнулась:

— Это будет решать только твой брат, сударь. Но как бы там ни было, это обязательно случится сегодня. Он настроен решительно.

— Неужели даже такая проницательная дама, как ты, не может предположить, кто в этой гонке явный фаворит? — Великий герцог замер в поклоне.

Леди Одиль присела в реверансе:

— Фи, ты опять принес в наше изысканное общество свои грубые лошадиные метафоры. И кто-то при дворе еще удивляется, что ты сам до сих пор не женат!

Повинуясь канону танца, они разошлись по разным сторонам зала. Дамы собрались в круг справа, кавалеры — слева. Несколько движений, и пары снова сошлись.

— Мадам, ты не отвечаешь на вопрос, — любезно улыбнулся герцог. — Значит ли это, что все куда серьезнее, чем мне кажется?

Леди Де Верлей подняла на него свои большие карие глаза. В них светилось явное предостережение:

— Не мешай ему, мой лорд герцог. Поверь, ничем хорошим для тебя это не закончится.

Гильом усмехнулся:

— Я узнал то, что хотел. Ты сегодня просто обворожительна, моя леди баронесса.

Остаток танца оба промолчали. Одиль выглядела спокойной и даже расслабленной. Гильом же, наоборот, напрягся. По безмятежному лицу мадам Де Верлей он никак не мог прочесть, достигла ли цели его попытка заставить ее беспокоиться, и это нервировало его самого. Но как бы там ни было, надо было действовать дальше. Когда танец закончился, он проводил баронессу на место, где ее ожидал уже новый кавалер, а сам отправился бродить по залу. Как человек военный, Гильом не находил удовольствия в танцах.

Однако надо было действовать. Партию Максимиллиана ожидало крупное разочарование: увы, их королю сегодня будет не до выбора невесты.

Не зря новый советник Гильома так тщательно разведывал обстановку, выяснял, кто из иностранных дипломатов будет присутствовать на празднике, и планировал первый шаг. Посланник Марссонта — ветеран освободительной войны против эвермирских оккупантов. Посланник Эвермира — младший сын лорда, который, отступая из Марссонта, приказал вырезать всех мирных жителей в Инверрэри, деревни на захваченной территории, отданной ему в управление. Поднеси спичку, и эту пороховую бочку взаимной ненависти разорвет с оглушительным грохотом.

Посланника Марссонта Гильом Де Тайер нашел почти сразу: с лордом Эодом Мак Нейсом он был знаком давно. Лорд Эод стоял у стены с бокалом вина, наблюдая за шумным сборищем. Великий герцог заметил, что посол Марссонта чувствует себя на этом официальном празднике неловко и глупо. Лорд Эод, ветеран Освободительной войны, такой же солдат, как и сам Великий герцог, был симпатичен Гильому. Герцогу даже было немного стыдно использовать его в своих целях, но корона на кону однозначно этого стоила.

— Лорд Эод Мак Нейс! — радостно воскликнул Гильом Де Тайер, разводя руки в стороны. — Какая встреча!

Несколько придворных вздрогнули и обернулись: Великий герцог демонстративно нарушал протокол. Лорд Эод повернул голову на голос и его суровое лицо просияло. Он поставил бокал на столик и сделал порывистое движение, чтобы обнять старого знакомого:

— Герцог Гильом! Рад тебя видеть!

Великий герцог и посол Марссонта тепло приветствовали друг друга. Гильом улыбнулся и понизил голос:

— Сила Единого, хоть одно дружеское лицо на этом сборище хищников, готовых сожрать друг друга! Сколько мы не виделись? Лет пять?

— Шесть, мой лорд. Я уже думал, что так и буду подпирать тут стену, пока не дождусь хоть какого-то результата. Мне неловко в таких местах.

— Ну, до оглашения королевского выбора еще долго, — подмигнул герцог. — А пока мы можем найти укромное местечко, и выпить по рюмочке чего покрепче, как в старые добрые времена, а не этого разбавленного пойла.

С этими словами Великий герцог продемонстрировал послу горлышко походной серебряной фляги.

— Почту за честь, мой лорд! — воскликнул посол.

Через несколько минут оба уже стояли на балконе, выходящем в сад, потягивая из серебряных позолоченных рюмок крепчайшую тейярскую настойку.

— Знаешь, друг мой, — философствовал Гильом. — я бы на месте брата не рассматривал никакие другие кандидатуры, кроме леди Лейтис. Старый военный союз — это старый военный союз. Да и портреты я видел — все остальные принцессы вашей леди Лейтис даже в горничные не годятся! Так что мой братец будет круглым дураком, если не сделает ее своей королевой.

— Ты прав, мой лорд герцог! — заплетающимся языком проговорил лорд Эод. Он хмелел на глазах.

— Только я должен тебя предупредить, — герцог заговорщически понизил голос. — Эти навозники, эвермирцы, все пытаются испортить. Они боятся новой войны с нами и хотят подсунуть брату свою принцессу. А про леди Лейтис