Сабах - утренняя заря - Клаус-Дитер Шруль

Исключительно важна задача изготовления лекарственных средств из местного сырья и недорогих импортируемых исходных компонентов. Необходимо также создать квалифицированный персонал фармацевтов и их помощников, которые могли бы сами изготовлять мази, пилюли и микстуры. В НДРЙ по сегодняшний день нет собственной фармацевтической промышленности — все, вплоть до простейших таблеток, ввозится из-за границы.

Хотя больные здесь, как и у нас, считают, что дорогие тюбики с мазью и другие иностранные лекарства лучше отечественных, именно последние наиболее эффективны для лечения многих заболеваний. Поэтому немало часов мы проводим в аптеке, помогая нашим аптекарям-ассистентам, обучая их приготовлять мази, например цинковую, которая хорошо помогает при экземе, которой в Адене страдают очень многие. Большинство аденцев сбривают по мусульманскому обычаю все волосы на теле. Часто это делается тупыми, загрязненными лезвиями. Сильно насыщенный влагой воздух, а также то, что люди, стараясь одеваться по моде, носят тесную одежду, создают благоприятную среду для бактерий, мгновенно поселяющихся на мацерированной коже, и как следствие этого возникает острое воспаление. На воспаленных участках появляется сильный зуд. Во время сна их расчесывают. Со временем развивается ярко выраженная хроническая экзема, которую в условиях Адена лечить очень трудно. Чаще всего больным ничем помочь нельзя, главным образом потому, что большинство их живет в плохих санитарных условиях. Многие из таких больных приходят на прием каждый день, некоторые мечутся от одного врача к другому. Этот вид экземы лечат годами средствами, снимающими лишь зуд. Здесь могла бы помочь смена климата, но кто же поедет в горы, если в Адене у него хорошая работа?

Побывав в аптеке, я иду в свой кабинет в амбулатории. У двери уже поджидает Али, амбулаторный «чайный» мальчик. Прежде чем Корт успевает помешать ему, он уже стрелой влетает в комнату, ставит перед нами два стакана и наливает из термоса черный, очень сладкий чай с молоком, в который добавлен хель, то есть кардамон. За каждый стакан чаю Али получает 5 филсов, мы ему даем побольше. Но затем наш Али должен нас оставить. Ему очень не хочется уходить ведь так интересно разговаривать с доктором из ГДР. Несколько конфет, которые всегда припасены у меня для детей, быстро утешают его. В кабинет в сопровождении молодой супружеской пары входит главный врач больницы. Он представляет супругов. Они хотели бы, но не могут иметь детей. Из разговора с мужем я узнаю что несколько лет назад он работал в порту и у него были беспорядочные связи с женщинами. Заметив гнойные выделения из мочеиспускательного канала, он купил в одном из магазинов лекарство и принял его. Выделения прекратились. Но гонорея не была излечена, исчезли на некоторое время ее симптомы. Эта болезнь, конечно, и была причиной бездетности супругов.

С проституцией, печальным наследием прошлого, мы вынуждены часто сталкиваться в нашей практике.[12] Лишь после завоевания страной независимости этот процветавший прежде вид «промысла» был практически ликвидирован. Правда, изредка еще и сейчас в узких переулках портового квартала Адена, в матовом свете редких уличных фонарей можно увидеть женщин, заманивающих мужчин. Многие из них больны венерическими болезнями. Мужчины, заразившись от них, передают болезнь своим женам или другим женщинам, с которыми вступают в интимные связи. Контактная инфекция может привести к заражению всей семьи. Заболевшие мужчины, как правило, приходят на прием одни, категорически отказываясь привести с собой зараженных ими жен, ибо те не должны знать, чем больны их мужья. Таким же образом ведут себя женщины. Е этих случаях иногда помогают даваемые нами обещания ничего не рассказывать партнеру. Установить диагноз несложно, если клиническая картина указывает на все признаки гонореи. Но если клинической картины нет, поставить точный диагноз в высшей степени трудно, так как практически невозможно взять мазок из влагалища женщины и исследовать его под микроскопом на гонококки. Гинекологическое обследование приходится делать вслепую, под хедда,[13] да и на это соглашаются далеко не все женщины. Поэтому для выявления гонококков исследуется моча.

Для успешного лечения гонореи необходимы высокие дозы препаратов: приходится делать инъекции ежедневно, но некоторые пациенты приходят нерегулярно, и тогда каждый раз нужно все начинать сначала. Некоторые, как и этот молодой супруг, предпочитают покупать лекарство в каком-нибудь магазинчике и пользоваться им, не имея на то врачебной рекомендации. Хроническая гонорея, развившаяся из острой формы, — одна из главных причин широко распространенного среди молодых супругов бесплодия. Даже после излечения ее у женщин часто остаются в фаллопиевых трубах спайки, вызывающие бесплодие. Господствующие и поныне нравы и обычаи почти исключают возможность выявления первопричины заболевания. От пришедшей к нам молодой пары, в основном с помощью Ахмеда и Корта, мне удается добиться согласия на диагностическое обследование и лечение обоих супругов. Я не могу им обещать, что после этого у них непременно появится ребенок, но по крайней мере вселяю в них надежду на это. Супруги благодарят и уходят из кабинета вместе с Кортом.

Ахмед спрашивает, не могу ли я пойти с ним на склад: поступила новая аппаратура. Любого непосвященного привело бы в восхищение медоборудование, которым мы располагаем. Но это только на первый взгляд. Большая часть, например, оборудования для подачи наркоза непригодна к употреблению, потому что в нем не хватает какой-либо маленькой детали. Так, чтобы наполнить баллоны закисью азота или кислородом, их надо отправлять в Индию — хоть и не самым коротким, но зато самым дешевым путем. Некоторые из отправленных баллонов вначале возвращались пустыми, так как резьба на баллонах неанглийского производства не подходит к индийским разливочным агрегатам. Чтобы помочь делу, мы сами изготавливали отсутствующие детали, но они часто терялись при транспортировке. Приобрести запасные части для некоторых приборов, хотя они стоят гроши, очень сложно. Для приборов, сделанных в ГДР, мы быстро, минуя бюрократические сложности, получали необходимые детали с помощью нашего министерства или через отпускников и командировочных. Вот так помимо работы с больными ежедневно приходилось решать множество дополнительных проблем.

Прежде чем закончить работу, примерно в 14 часов и отправиться домой, дежурный врач докладывает о вновь поступивших больных. На первых порах мы наталкивались на непонимание фельдшеров и медсестер нашего требования ставить дежурного врача в известность о каждом новом пациенте, а также о случаях резкого ухудшения состояния больных. Вначале они нас звали по любому, самому незначительному поводу, но спустя несколько недель обращались только в тех случаях, когда консультация врача была действительно необходима. Через некоторое время и пациенты, и медицинский персонал согласились, что это «тамам» — «хорошо», и мы были рады, что продвинулись еще на один шаг в деле обслуживания больных.