Песня серебряных горнов - Е. Рыбинский

Он шёл и приветствовал своих старых знакомых — древнюю крепость на вершине горы, скалы- «близнецы» в море. И с улыбкой разглядывал все новое — здания, которых тогда не было; нарядных, подтянутых, стройных детей: те, которых помнил он, были скромнее одеты, казались угловатыми. На старой, пожелтевшей фотографии, чудом сохранившейся у него, они выглядят не по-детски озабоченными, даже хмурыми. Такими они запечатлелись, видимо, потому, что на них смотрел объектив громоздкого, на увесистой треноге аппарата. Он казался им чудом, и даже пугал — перед ним надо было выглядеть серьезнее. А вообще-то были дети как дети — подвижные, озорные, наивные.

Площадка, где, как помнилось ему, стояли брезентовые палатки, была залита асфальтом. Вокруг нее высились трибуны, обращенные к морю. Он стоял как бы на сцене, и за спиной колыхался синий и золотой занавес — солнечный горизонт.

Дети на трибунах ждали его слов, а он долго, пристально смотрел в их лица, и слова застревали в горле…

Он должен был сказать им о многом. Про то, как жили тогда, в далеком двадцать шестом году, пионеры Советской страны и их гости — дети немецких рабочих. О чем говорили, о чем мечтали.

Он должен был сказать им о страшном, тяжелом, что никогда не изгладится в человеческой памяти. Им, детям утренней, мирной Земли, рассказать про ночь — свинцовую и гнетущую. В жестоком, беспощадном Заксенхаузене, где огни крематориев, кажется, выжгли все человеческое, вытравили сердце и память, ему иногда короткими ночами на скрипучих нарах виделся этот берег. И тогда сквозь мрак брезжила полоска света, и становилось чуть-чуть легче. Он должен был сказать им о борьбе, о людях, презиравших смерть, — среди них были и дети Артека. ОБ окрыляющем воздухе весны 1945 года, о новой Германии, в которой стали явью мечты артековцев первого поколения. О мире и дружбе, о братстве и солидарности…

И ему захотелось объясниться с детьми без переводчиков, на языке, понятном каждому. И тогда он вспомнил, что он не только шеф-редактор большой газеты, солидный, заслуженный человек. Он увидел себя таким, каким был когда-то здесь, — вожатым, заводилой ребят, любившим бегать наперегонки с ними. И он попросил принести ему аккордеон и, вскинув его на плечи, нажал упругие клавиши.

То, что он должен был сказать, сказали песни.

Песня «Взвейтесь кострами, синие ночи» — её помнили, знали и дружно подхватили.

Но звонкая мелодия резко оборвалась, и дети на трибунах, притихнув, посерьезнев, услышали суровые песни антифашистской борьбы.

Вожатый юных спартаковцев, коммунист, подпольщик, боец антифашистского фронта пел песни своего друга и боевого соратника Эрнста Буша. И его понимали, его слушали с напряженным вниманием, принимая и разделяя звучавшую в этих мужественных песнях боль и гордость.

Он почувствовал это и, завершая свой рассказ, заиграл мелодию, которая подняла всех с мест в едином порыве и слыла тысячи детских голосов в волнующем, величавом гимне.

Седой грузный человек усталым движением опустил аккордеон на землю. И улыбнулся. Дети земли пели главную песню его юности, его многотрудной жизни. Они пели:

С Интернационаломвоспрянет род людской…

И его глаза светились счастьем и молодостью.

Вот так через три десятилетия с лишним вновь встретился с Артеком Эрих Визнер, руководитель группы немецких пионеров, которые первыми открыли на карте земного шара маленькую светлую точку — Артек.

РАЗНЫЕ, НЕПОХОЖИЕ, ЕДИНЫЕ

Международная смена для каждого вожатого и для всего коллектива Артека — серьёзный политический и педагогический экзамен. Она требует большой чуткости, такта, мастерства.

Не просто разобраться в бурном, стремительном калейдоскопе взглядов, привычек, стремлений, запросов, национальных особенностей и традиций. Постигнуть характеры, несущие в себе отпечаток другого, непривычного образа жизни, иного воспитания, иной идеологии.

Идёт непростой, взаимный процесс узнавания, понимания, нахождения общих интересов, преодоления языковых, психологических, идеологических барьеров. Вожатый всегда рядом. Он не назойлив, но внимателен, чуток.

Об этом скупо (темп жизни стремителен, динамичен, и долго засиживаться над бумагой просто некогда) рассказывают выдержки из дневников вожатых интернациональных отрядов Артека. Эти записи повествуют о первых днях смены. Но за ними характеры и склонности детей разных стран.

«Вьетнам. Любят подвижные игры. Мальчишки с удовольствием играют в „Снайпер“, девочки в бадминтон. Слабое здоровье, подвержены простудным заболеваниям, быстро утомляются. Даже на пляж все, за исключением Тана, ходят неохотно. Еще не сбросили с себя тяжесть нравственных и физических перегрузок и травм. Среди шумной игры могут остановиться. Беседуя, вдруг надолго умолкнут. В глазах нередко, как тени, пробегают тревога, грусть…

Сдержанны, но приветливы. Встречались с американцами. Поначалу держались настороженно, но американские ребята были полны дружелюбия — настороженность пропала, разговорились, долго рассказывали обо всём.

Американские дети ушли с этой встречи потрясенные. Одна девочка после призналась: „Было стыдно за свою страну…“»

«Венгрия. Дети всесторонне развитые. Поют, танцуют, многие владеют музыкальными инструментами. Хорошо рисуют, занимаются спортом. Заняли призовые места во всех спортивных состязаниях. Песни и игры венгерских — ребят уже узнала вся дружина. Общительны, дружелюбны…»

«Ливан. Много вопросов о деятельности советской пионерской организации и ВЛКСМ. Очень понравились встреча „История Артека“ и вечер „Мы смена твоя, комсомол“. Говорят, что получили ответы на многие вопросы».

«Сомали. Организация пионеров „Цветы Октября“. Только, только создана. Приехали, чтобы побольше узнать о пионерской организации СССР, почерпнуть опыт. Приходится часто подробно, как на лекциях в школе пионерских работников, рассказывать им об этом».

«Япония. Четыре мальчика и девочка. Большой интерес к жизни В. И. Ленина. Посетили ленинский зал, внимательно осмотрели все его экспонаты. Были на сборе, посвященном В. И. Ленину. Готовятся к своему национальному дню. Оформляют выставку. Обратились за помощью — один из разделов выставки будет посвящён Владимиру Ильичу, — попросили достать материалы».

«Франция. Организация „Верные друзья и подруги“. Смутные представления о нашей стране. Спрашивают: у вас есть безработица? И не очень верят, когда отвечаешь, что безработица ликвидирована много лет назад. Я, например, тогда ещё и на свет не появлялась.

К делам лагеря, к его жизни, отношение пока пассивное. Плохо воспринимают режим. Варварски относятся к вещам, к природе. Ничего не стоит кинуть одеяло на грязный пол, обломить ветку дерева. Стараюсь, чтобы больше и чаще общались с нашими ребятами. Задумала разучить общую песню. Позаботилась, чтобы французские дети вошли во все команды».

«Алжир. Три мальчика из организации „Мусульманские скауты“. Двое победители конкурсов в своей организации: Камель — конкурса поваров, Лизар — по спортивному ориентированию.

Ребята очень разные. Джемали — сдержанный, стеснительный. Лизар — замкнутый. Ласковый, веселый Камель — любимец „Морского“. Но вот Лизар стал играть в футбол, в „Снайпер“. И куда девалась его замкнутость…»

«Западный Берлин. Дети рабочих. Участники большого рабочего хора западноберлинского района Нойпкельн. Раскрылись не сразу. Сначала присматривались. Но на вечере дружбы, который мы проводили с десятым отрядом, сразу оживились…»

«Мали. Мальчики — Мади и Юсуф, девочка Дуда. Девочка малоподвижная, медлительная, Мальчишки — полная противоположность, любят петь, танцевать, играть в волейбол, в баскетбол. Очень быстро нашли общий язык с советскими детьми. Отличается Мади. Сообразительный, общительный, чуть злой. Нравится его неугомонность. Принимает участие во всех отрядных и дружинных делах. Очень быстро запомнил имена многих ребят, говорит самые распространенные слова и фразы по-русски. И видно, что это доставляет ему огромное удовольствие».

«Бельгия. Подвижные, живые. Не терпят никакого начальственного тона, не привыкли к дисциплине. Любят петь, танцевать. С большим удовольствием занимаются музыкой: выучили три куплета артековской песни на русском языке.

Хорошо подготовили и провели национальный День Бельгии, организовали выставку, радиопередачу, конференцию, концерт-массовку».

«Конго. Крестьянские дети. 12–13 лет. Затрудняются дать ответ на многие наши вопросы. Подвижны. Вспыльчивы. Долго не могли понять, как можно что-то решить самим, без взрослых на сборе или на совете.