5-я книга. В подземельях Бидрупа. - Карр Алекс

– Верди, мальчик мой, что это такое, откуда взялась эта напасть?

Веридор Мерк поступил довольно странным образом, он переадресовал вопрос Удугу Бхора к Заку Лугаршу:

– Чокнутый, мне кажется, что твоя гипотеза самая удачная, может ты поделишься ею с Угольком?

Зак Лугарш пересказал Угольку Уди то же самое, что он рассказал Руните, объясняя ей сложившуюся на Бидрупе ситуацию. На этот раз он сделал это намного подробнее и с куда большим количеством научных терминов, которые были немедленно проиллюстрированы на экране схемами, химическими формулами и анализом энергетических потенциалов, которые сопровождали действие зомби-оружия в момент внедрения в тело жертвы и потом, спустя некоторое время, когда человек был полностью порабощен.

В дополнение к этому Зак на этот раз он показал на галактическом глобусе точные координаты места, где произошло последнее сражение лантийцев с Голубым планетоидом и наглядно доказал всем, что Бидруп в то время был самым приемлемым местом в галактике, до которого могли быстро добраться оставшиеся в живых борзанийцы, чтобы эвакуировать часть космического монстра или его потомка. Бидруп был всего в каких-либо двух сотнях световых лет и был единственной ближайшей планетой с развитой кислородной биосферой. Дальнейший курс монстра, погибающего от нанесенного лантийцами удара, был уже просто медленным и бесцельным дрейфом сначала к краю галактики, а потом и за ее пределы.

Когда Зак Лугарш закончил, Нэкс подтвердил справедливость его выводов, указав лишь на то, что с того момента, как Веридор Мерк случайно обнаружил на окраине галактики "Бледную красотку" и умирающего Сэла Хазари, скорость Голубого планетоида увеличилась втрое. Вместе с тем Нэкс отметил и то, что, исходя из показаний Сэла и Веридора Мерка, который пирокинезом выжег-таки на корабле тварь, сожравшую команду "Бледной красотки", она действовала вполне разумно. Пожалуй, только то обстоятельство, что Сэл практически превратил свой корабль в груду металлолома, не позволило этой твари стартовать и продолжить полет по своему усмотрению. Зак не стал дискутировать с Нэксом и лишь сказал ему:

– Нэкс, честно говоря я не вижу особой разницы, умна ли эта тварь или просто гениальна. Действия монстра на Бидрупе, хотя он и взял верх, вовсе не говорят о его исключительном уме, а ведь к его услугам весь интеллектуальный потенциал огромного, технически и научно развитого мира. Не буду относиться к врагу слишком уничижительно, чтобы не обременять себя комплексом превосходства, но по-моему такого дебильного тирана галактика еще не знала. Действия этого монстра отличает примитивность мышления и очень развитое самомнение. С такого рода противниками мне уже приходилось сталкиваться. Здесь главное не дать себя обнаружить до поры до времени, а потом, когда ты будешь готов к бою, спровоцировать его на активные действия в искусно выстроенном окружении. Именно этим я и предлагаю заняться, окружить этого монстра фантомами, замотать его мелкими, как будто бы случайными неудачами, а затем нанести по этой гадине решающий, смертельный удар. Сейчас самое главное, это разведка и я предлагаю по возможности быстрее подготовить "Спейсраннер" к полету и снова направить его на Бидруп.

Против последних слов Зака, немедленно возразил Нэкс:

– Зак, я не гарантирую безопасного полета. Сканеры ублюдков с очень высокой и неприятной для меня точностью засекли отлет "Спейсраннера" с Бидрупа, похоже я в чем-то ошибся, когда создавал эту систему призрак-маскировки. В такой ситуации я не хотел бы экспериментировать. Лучше подождем того времени, когда вернется "Молния Варкена", на ней установлена система совершенно иного типа, повторить которую даже в условиях Антала, я смогу не ранее, чем за три недели, а у нас осталось работы всего дней на десять, двенадцать. Не будем торопиться, Зак и дадим шкиперу спокойно насладиться своим триумфом, ведь уже через три дня в Антал начнут прибывать корабли с Варкена и всех остальных миров.

Уголек Уди, вдруг понял, что все антальцы, словно напрочь забыли о нем, и потому немедленно встрепенулся и звонким голосом заговорил:

– Эй, вы, негодники! О чем это вы болтаете? Мне кажется, что вы вызвали меня вовсе не затем, чтобы я сидел тут и слушал ваш треп относительно того, кого и как вы станете посылать на разведку. Мне кажется, что вам требуется не только моя санкция на подготовку и проведение этой акции, но и нечто другое. Хитрюга Мерк, я прекрасно понимаю тебя и твоих не менее хитрых дружков, а потому быстро прекрати эту говорильню и немедленно сделай мне обобщающий доклад.

Капрал Крауз, которая уже перестала трепетать при одном только виде дядюшки Улриха, особо почитаемого всеми валгийцами, едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Харди Вирров, которому было совершенно наплевать на высокий пост Уголька Уди и уж тем более на его Регента, Толстяка Улле, так и сделал. Он хохотал и приговаривал:

– Нет, Уголек, Толстяк, вы только взгляните на эту хитрую рожу! Да, он просто поимел и вас обоих и меня, и даже не поцеловал при этом. Ты разве не понимаешь, куда он клонит?

Удугу Бхор зло огрызнулся:

– Заткнись, Вонючка! Хитрюга бы и рад поиметь тебя, да не делает это только в силу того обстоятельства, что с тобой связываться, себе выйдет дороже. Гнусный предатель. Я тебе ни за что не прощу, что ты так нагло уклонился от работы.

Веридор сложил руки на груди и опустив подбородок на грудь, негромко произнес:

– Уголек, старина, надеюсь ты понимаешь, что только Антал может справиться этой задачей, спасти жителей Бидрупа и урыть эту гадину навсегда, чтобы о ней уже никогда и никто не вспоминал в галактике. Разумеется, без твоей помощи мы ничего не сможем сделать. От тебя нам нужны три вещи: во-первых, установить вокруг Бидрупа тихую блокаду и во-вторых, позволить действовать нам самостоятельно.

– Ну, это я вам гарантирую, ну, а, что на счет в-третьих, мой мальчик? – Одобрительно кивнув головой, сказал Удугу Бхор.

Веридор Мерк резко вскинул голову и метнув искры из своих ярко-голубых глаз, громко гаркнул:

– Заткнуть пасть Харди Виррову и надеть на него ошейник, чтобы он не стал немедленно строить вокруг Бидрупа своих собственных планов после того, как я сдам ему весь товар, который мы сейчас для него роем на этом долбанном Голубом планетоиде. Даже после того, как я его прожарил, он кажется мне самым жутким местом во Вселенной. Я каждую ночь раза два просыпаюсь весь в поту, когда мне снится, будто эта бирюзовая мерзость собирается меня сожрать, как она однажды сожрала Рыжего Сэла.

Уголек Уди побарабанил пальцами по столу и одарив внезапно примолкнувшего Харди Виррова тяжелым взглядом, скрипучим, неприятным голосом, не предвещающим для Вонючки Харди ничего хорошего, вежливо поинтересовался у Хитрюги Мерка: