Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

речь идет о подопытной морской свинке, а не о вашей невесте.

Доналдсон, прищурившись, смотрел на него из-за стекол своего пенсне.

— А почему я должен закрывать на все это глаза? Я люблю Терезу Аранделл. Люблю такой, какая она есть на самом деле, и не собираюсь ее идеализировать.

— А вы понимаете, что Тереза вам безмерно предана и деньги ей нужны главным образом для того, чтобы удовлетворить ваши амбиции?

— Конечно, я это понимаю. Я уже сказал вам, что я не идиот. И ни в коем случае не позволю Терезе вовлечь себя в сомнительные игры. Во многом Тереза еще ребенок. Я и сам вполне способен сделать научную карьеру. Конечно, значительная сумма мне бы вовсе не помешала. Эти деньги были бы весьма кстати, хотя они не упростили бы, а лишь ускорили мое продвижение.

— Короче, вы абсолютно уверены в своих способностях?

— Возможно, это звучит не слишком скромно, но это действительно так, — спокойно отозвался Доналдсон.

— В таком случае продолжим. Я вам признаюсь, что завоевал доверие мисс Терезы обманом. Я позволил ей думать, что я, скажем так, готов заработать деньги не совсем честным путем. Она поверила этому, ни на секунду не усомнившись.

— Тереза считает, что ради денег каждый готов на все, что угодно, — сказал молодой доктор скучным голосом, каким обычно произносят прописные истины.

— Верно. Точно так же рассуждает и ее брат.

— Чарлз сам, вероятно, готов на что угодно ради денег.

— Вы, я вижу, не питаете никаких иллюзий по отношению к вашему будущему шурину?

— Нет. Я нахожу его довольно интересным субъектом для изучения. Ему присущи ярко выраженные невротические симптомы, но это особая тема, сугубо научная. Лучше вернемся к предмету нашего обсуждения. Я спросил себя, почему вы действуете так, таким образом, и нашел только один ответ. Совершенно очевидно, что вы подозреваете либо Терезу, либо Чарлза в убийстве мисс Аранделл. Нет, пожалуйста, не пытайтесь мне противоречить! Вы упомянули об эксгумации, по-моему, специально, чтобы посмотреть, как мы будем на это реагировать. Вы действительно предприняли какие-нибудь шаги к получению ордера на эксгумацию?

— Буду с вами откровенен. Пока нет.

Доналдсон кивнул.

— Так я и думал. Надеюсь, вы все же допускаете, что смерть мисс Аранделл могла быть вызвана естественными причинами?

— Вполне.

— И тем не менее рискуете утверждать обратное?

— И очень решительно. Если бы перед вами был случай, скажем, туберкулеза — и были налицо все внешние признаки этой болезни, и внутренние ее проявления, и соответствующие показатели в анализе крови, eh bien, вы не стали бы сомневаться, что это туберкулез.

— Таков ваш подход? Понятно. Тогда чего же вы ждете?

— Я жду последнего штриха в найденных мною доказательствах.

Зазвонил телефон. Пуаро знаком попросил меня снять трубку. Я услышал знакомый голос:

— Капитан Гастингс? Говорит миссис Таниос. Будьте добры передать мосье Пуаро, что он совершенно прав. Если он придет завтра в десять утра, он получит то, что ему требуется.

— Завтра в десять утра?

— Да.

— Хорошо, я ему передам.

В глазах Пуаро был вопрос. Я кивнул. Он повернулся к Доналдсону. Теперь он заметно оживился и обрел привычную уверенность.

— Позвольте мне объясниться, — сказал он. — Я квалифицировал этот случай как убийство. Оно имело все признаки убийства, все характерные детали убийства — короче, это было убийство! В этом нет ни малейшего сомнения.

— В чем же тогда причина ваших сомнений, ибо я чувствую, что вы продолжаете сомневаться?

— Причина действительно имелась — убийца не был опознан, но теперь эта причина исчезла!

— Вот как? Значит, он вам известен?

— Скажем так: окончательное доказательство будет у меня в руках завтра.

Доктор Доналдсон вздернул брови в еле приметной усмешке.

— Завтра? — спросил он. — Иногда, мосье Пуаро, этого завтра ждут ой как долго.

— Наоборот, — парировал Пуаро, — не успеешь оглянуться, а оно уже тут как тут, никакого разнообразия.

Доналдсон улыбнулся и встал.

— Боюсь, я отнял у вас слишком много времени, мосье Пуаро.

— Ни в коем случае. Всегда полезно объясниться начистоту.

Чуть поклонившись, Доналдсон вышел из комнаты.

Глава 28

Еще одна жертва

— Умный он человек, — задумчиво сказал Пуаро.

— Сразу и не догадаешься, что у него на уме.

— Согласен. И еще он несколько нетерпим. Но исключительно проницателен.

— Звонила миссис Таниос.

— Я так и понял.

Я передал то, что она просила. Пуаро одобрительно кивнул.

— Отлично. Все идет хорошо. Через двадцать четыре часа, Гастингс, мы будем знать точно, как обстоят дела.

— Я все еще не очень хорошо соображаю. Так кого мы подозреваем?

— Кого подозреваете вы, Гастингс, я сказать не могу. Всех по очереди, вероятно.

— Порой мне кажется, что вы не прочь немного надо мной посмеяться.

— Нет-нет. Я не разрешаю себе забавляться таким образом.

— Я не обижаюсь.

Пуаро покачал головой, но как-то рассеянно. Я пристально на него посмотрел.

— Что случилось? — спросил я.

— Друг мой, я всегда нервничаю к концу дела. А вдруг я что-то не учел…

— А разве такое бывает?

— Пожалуй, нет. — Он помолчал, сосредоточенно сдвинув брови. — Я предусмотрел все неожиданные варианты.

— Тогда, может, нам на время забыть о преступлении и пойти в театр?

— Ma foi, Гастингс, какая отличная идея!

Мы провели очень приятный вечер, хотя я допустил небольшую бестактность, пригласив Пуаро на детектив. Хочу дать совет всем моим читателям. Никогда не водите солдата на пьесу о войне, моряка — на пьесу о море, шотландца — о Шотландии, сыщика — на детектив, а актера и подавно незачем вести в театр. Поток самой беспощадной критики будет обрушиваться на вас весь спектакль. Пуаро неустанно клеймил психологическую примитивность, а отсутствие у героя-сыщика метода просто выводило его из себя. На обратном пути Пуаро все еще не мог успокоиться и бубнил, что весь спектакль можно было бы закончить еще в первой половине первого акта.

— Но в таком случае, Пуаро, не было бы и спектакля, — заметил я.

Пуаро был вынужден с этим согласиться. На том мы и расстались.

На следующее утро, а именно в десятом часу, я заявился к Пуаро. Он уже кончил завтракать, но сидел за столом и с привычной аккуратностью вскрывал только что полученные письма.

Зазвонил телефон, и я взял трубку.

Задыхающийся женский голос произнес:

— Это мистер Пуаро? О, это вы, капитан Гастингс?

На том конце провода всхлипнули и зарыдали.

— Это мисс Лоусон? — спросил я.

— Да-да, случилась такая страшная вещь!

Я сжал трубку.

— В чем дело?

— Она уехала из «Веллингтона», Белла, хочу я сказать. Прихожу туда вечером, а мне говорят — уехала. Не сказав мне ни слова!