Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Ты научишь меня лечить людей? Хочу помогать им, как ты. Хочу понять про кости и про кровь, про травы и остальное, от чего людям становится лучше. Хочу уметь что-нибудь делать, когда человек заболевает.

— Конечно, научу, если хочешь. С большим удовольствием.

Мерфин обомлел. Уже несколько лет Лолла бунтовала и капризничала, поскольку считала, что мачеху уважать не обязательно. Он был рад такой перемене. Это стоило почти всех его переживаний и беспокойств. На кухню зашла монахиня.

— У маленькой Анни Джонс припадок, мы не можем понять, что с ней, — обратилась она к целительнице. — Вы не посмотрите?

— Конечно.

Лолла спросила:

— Можно, я пойду с тобой?

— Нет. Вот твой первый урок: нужно быть очень чистой. Иди и помойся. А завтра пойдешь со мной.

Когда Керис ушла, появилась Медж Ткачиха.

— Слышали новости? — угрюмо спросила она. — Филемон вернулся.

В воскресенье Дэви и Амабел повенчались в маленькой церкви в Вигли. Леди Филиппа позволила справить свадьбу в усадьбе. Жених купил сладкую смородину, Аннет напекла с ней булочки. Эля не было — из-за нехватки работников в полях сгнило много ячменя, — но Филиппа, отправляя Сэма домой, дала ему в подарок бочку сидра.

Гвенда до сих пор каждую ночь вспоминала тот день. Смотрела в темноту и видела Ральфа: во рту торчит нож, рукоять которого обхватили коричневые зубы, а меч сына пригвоздил подлеца к стене.

Когда они с Сэмом угрюмо вытащили из тела графа меч и нож и оно сползло на пол, картина получилась такая, будто два человека зарезали друг друга. Крестьянка смазала кровью их чистые клинки и оставила лежать где лежали, а на улице отвязала лошадей, чтобы животные не подохли за те несколько дней, что будут искать графа. И мать с сыном ушли.

Коронер Ширинга сначала искал разбойников, но в итоге пришел к выводу, на который и рассчитывала Гвенда. Ни на нее, ни на Сэма подозрения не пало. Сын узнал от матери неполную версию того, что произошло между ней и Ральфом: якобы граф пытался ее изнасиловать, угрожая в случае отказа прирезать. Сэм пришел в ужас от того, что стал убийцей графа, но не сомневался в своей правоте. Гвенда поняла: у него действительно нрав воина, он никогда не будет мучиться, кого-то убив.

Сама тоже не мучилась, хотя вспоминала ту сцену с отвращением. Убила Алана Фернхилла и добила Ральфа, но ничуть об этом не жалела. Мир без них стал немного лучше. Ширинг умер в мучениях, осознавая, что сердце ему проткнул собственный сын. Именно этого он и заслуживал. Ничего, говорила крестьянка себе, пройдет время, и призрак перестанет являться по ночам.

Она отбросила воспоминания и осмотрела зал усадьбы, где пировали сельчане. Поросенка съели, мужчины допивали сидр. Аарон Яблочник достал волынку. Со смертью Перкина деревня лишилась барабанщика. Интересно, может, теперь барабанщиком станет Дэви, подумала Гвенда.

Вулфрик хотел танцевать, как всегда, когда выпивал. Супруга станцевала с ним первый танец, со смехом пытаясь подстроиться под его безумные прыжки. Он схватил ее в охапку, подбросил в воздух, прижал к себе и снова поставил, но только для того, чтобы закружить по залу. У него отсутствовало чувство ритма, но бешеное воодушевление было заразительно. Когда танец кончился, Гвенда заявила, что выбилась из сил, и Вулфрик подхватил новоиспеченную невестку. А потом, разумеется, Аннет.

Он подошел к ней, едва поклонившись Амабел. Мать невесты в старом зеленом, по-девичьи коротком платье, обнажавшем изящные щиколотки, сидела на скамье. Лиф Аннет вышила желтыми и розовыми цветами. Лицо, как всегда, обрамляли выбившиеся локоны. Новообретенная родственница оделась так, словно была на двадцать лет моложе, но не знала этого. Не замечал и Вулфрик.

Когда они начали танцевать, Гвенда заулыбалась. Хотела показаться счастливой и беззаботной, но, сообразив, что лишь скорчила мину, оставила попытки, оторвала взгляд от сватьи с мужем и стала смотреть на Дэви и Амабел. Может, дочь и не превратится в мать. Она умеет кокетничать, но Гвенда ни разу не видела, чтобы девушка переходила границы, а сейчас ее, казалось, кроме мужа, вообще никто не интересует.

Поискала глазами Сэма. Он что-то рассказывал в мужской компании, жестикулируя, придерживая поводья воображаемой лошади и якобы падая с нее, и все завороженно слушали. Молодые люди, наверное, завидуют сквайру. Старший сын остался в Эрлкасле. Леди Филиппа сохранила большинство сквайров и воинов, рассудив, что Джерри нужно учиться ездить верхом, охотиться, владеть мечом и копьем. Гвенда надеялась, что при Филиппе Сэм станет умнее и добрее, чем стал бы при Ральфе.

Больше смотреть было не на что, и она вновь повернулась к мужу и женщине, на которой он когда-то хотел жениться. Чего Гвенда боялась, то и случилось: Аннет, разумеется, воспользовалась воодушевлением и опьянением Вулфрика. Когда танцевали на отдалении друг от друга, зазывно улыбалась, а когда сходились, прижималась всем телом. Липнет прямо как мокрая рубашка, подумала мать жениха.

Ей казалось, танец никогда не кончится. Аарон Яблочник все повторял на волынке одну и ту же ритмичную мелодию. Гвенда хорошо знала мужа и видела, что у него заблестели глаза, как бывало всегда, когда он приближался к жене. Эта дрянь отлично знает, что делает, с яростью подумала она про Аннет и заерзала на скамейке. Очень хотелось остановить музыку, но не хотелось показать, что злится.

Впрочем, когда волынка, издав замысловатую руладу, все-таки затихла, Гвенда уже кипела от негодования. Решила успокоить Вулфрика, усадив его рядом с собой. Все, остаток вечера она его не отпустит, и ничего не случится. Но тут Аннет его поцеловала. Партнер по танцу еще держал мать невесты за талию, когда она встала на цыпочки, запрокинула голову и быстро, но крепко поцеловала прямо в