"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна

– Почтительно приветствую и вас, госпожа Онене Небуду,- сказал в ответ Викентий. Похоже, знание разговорного вибутянского языка было заложено в нем чуть ли не с детства. Точнее, конечно, это Алулу постарался, да воссияет он и да потопчет.- Можете ли вы сказать, для чего я потребовался Сонму богов?

– Кхм!!! - немедленно напомнила о себе Розамунда.

– О. Пардон. Госпожа Онене Небуду, я должен поставить вас в известность, что прибыл сюда со своим другом и напарником,- указал доктор на Розамунду.- И лишь в ее обществе я дам согласие на встречу с богами вибути.

– Конечно,- склонила голову Онене (о, как сверкнули ее стразы!).- А о том, для чего боги хотят говорить с вами, вы узнаете от них самих. Только я хочу предупредить вас…

– Да?

– Всякие боги не терпят непочтительности,- сказала Онене, и тут только Викентий заметил, что они уже вышли из покоев дворца и мощеной дорожкой направляются к государственному дендрарию.- Однако боги также не терпят бесконечного раболепства. Помните: не они нужны вам, а вы им. Это что-то значит. Для вас. И для всего государства Вибути.

Услыхав эти слова, крольчиха Розамунда гордо заскакала рядом.

Онене провела гостей в центр дендрария.

– Господин Кентино и его напарник прибыли,- сказала она, кланяясь, а затем вдруг взяла и исчезла.

Викентий очень этому внезапному исчезновению подивился, но затем, вдохнув перенасыщенного ароматами воздуха вибутянского дендрария, стал удивляться еще больше. Он даже подумал, что у него начались галлюцинации, но потом понял, что это были не галлюцинации, а те самые боги. Боги государства-племени Вибути.

– Назови свое имя, смертный! - Голос, раздавшийся из зарослей пальм, напомнил Вересаеву тромбон, забитый ватой.

– Викентий Вересаев,- громко сказал наш герой.- Так мое имя звучит на языке моей родной земли. Здесь же имя мне - Кентино, ибо я Носитель тени Царя Алулу Оа Вамбонга, да воссияет он в Сонме богов и да потопчет своих врагов!

– Аминь,- тихо пискнула Розамунда, маскируясь под каким-то гигантским цветком. Видимо, на Розамунду вибутянские боги произвели совершенно непереносимое впечатление.

– Я назвал свое имя,- продолжил Викентий, и снова, как то бывало в самые величественные минуты его жизни, глаза его налились чистым благодатным золотом,- но еще не имею чести знать, кто говорит со мной. Хозяин должен назваться гостю - это долг вежливости!

– Мы все знаем о долгах, смертный по имени Кентино,- сказал «ватный тромбон».- Знай, что я - верховный бог вибути, и имя мне Онто. Увидеть же тебе меня никак нельзя, ибо ни один смертный, увидя меня, не останется в живых.

– Понимаю,- кивнул Викентий.- Рад знакомству.

– Пропустите даму вперед! - бесцеремонно вознеслась со своего ложа прекрасная Манюнюэль и принялась парить непосредственно перед лицом Викентия.- Манюнюэль. Местная богиня всех видов, форм и странностей любви. А ты ничего, смертный. Хоть и белокожий, но зато у тебя такой мужественный подбородок… Заходи ко мне как-нибудь на небеса. Найдем, чем заняться…

Викентий натянул на лицо улыбку:

– Польщен знакомством и предложением. Не премину. Как же, Обязательно.

Манюнюэль немедленно была оттеснена в самые дальние кусты дородной шестирукой бабищей.

– Я потрясен,- прошептал Викентий, склоняясь перед шестирукой.

– Да че там,- мило смутилась она.- Я Махуанлоло, богиня плодородия. А это на, держи. Тебе связала. Массажный коврик. От остеохондроза, говорят, здорово помогает.

Она всучила Викентию то самое рукоделие, с которым маялась некоторое время назад, и затопала куда-то в сторонку. А Викентий, согнувшись под тяжестью массажного коврика, уже пытался улыбаться богам Охломамону, Чванги, Н'та и Кхнуру, в глубине души уповая на то, что божественных сувениров ему больше не обломится.

И впрямь не обломилось. Викентий, раскланиваясь с тщедушным Охломамоном, ухитрился-таки при этом сунуть подарок шестирукой богини за ближнюю кадку с каким-то пышным аспарагусом. Теперь доктору Вересаеву значительно полегчало, и он практически сумел улыбнуться, когда пред его очами предстал солидных габаритов розовый слон.

– Привет, кореш! - воскликнул слон.- Неужто не узнаешь?

– Ндунги? - предположил Викентий.

– Он самый! - весело ответствовал бог безакцизного производства алкогольной продукции.- А это вот Камратий. Это он Нинкиного мужа в долговременный похмельный синдром отправил - чтоб под ногами не путался.

– Кстати! - воскликнул Викентий.- Очень хорошо, что мы вспомнили про Нину! Послушайте, Ндунги, это ведь не дело, что она отныне пребывает в виде ветра! Это с вашей стороны негуманно - сказать заклятие для превращения и не сказать - для обратного превращения. Так дела не делают!

– Ты меня еще поучи, смертный, как дела делать,- буркнул Ндунги, но вид у розового слона был несколько смущенный.- Ну, забыл я про обратное заклятие, забыл! А что, баба та очень хочет обратно в человеческое состояние?

– Вообще-то… - уклончиво сказал Викентий.- Похоже, ей ее нынешнее состояние больше нравится.

– А коли так, то всегда ей успеется обратно бабой стать! - заключил Ндунги.- И забудь ты про нее. Мы ведь тебя, Кентино, не затем на Сонм богов призвали.

– А зачем? Степана спасать? Кстати, где он? Что произошло в племени?!

– Ты так сильно не волнуйся, Кентино,- домашним и уютным голосом сказала шестирукая Махуанлоло.- Садись, бери блюдо с засахаренными кузнечиками…

– …вот еще настоечки жабьей прими за встречу,- тут же подсуетился слонобог Ндунги.

– И слушай наш долгий, божественный и весьма печальный рассказ,- заключил Онто.

– Кто начнет? - тихо и робко спросил бог Угэк.

– Пропустите даму! - привычно бросила Манюнюэль.- Слушай меня, Кентино. Как видишь, все мы здесь, кроме тебя и вон того твоего ушастого зверянапарника, сидящего под цветком пуро-пуро,- боги. Небожители. Основатели и держатели Вселенной. Вершители судеб. Высшие помощники и покровители…

– А также каратели,- не преминул вставить агрессивный бог Чванги.

– Но,- продолжала, горько изогнув бровь, богиня Манюнюэль,- мы вынуждены признать, что мы - не главные боги. Более того! Как ни страшно это звучит, но мы - ненужные боги. Мы - боги племени вибути!!!

С ресниц богини упали две алмазно сверкнувшие слезы.

– Когда это племя только возникло…

– Точнее, когда я его создал,- счел необходимым добавить бог Онто.

– Верно. Когда бог Онто создал вибути, а затем призвал всех нас стать покровителями этого народа, а также разделил между нами обязанности, мы даже подозревать не могли, что однажды наступит такое время, когда народ вибути отвернется от своих богов и забудет про них!

– Как это могло произойти? - изумился Викентий. Он, наоборот, был всегда убежден, что затерянные дикие племена отличаются крайней религиозностью и с каждым своим божком носятся, как помойная кошка с куском тухлой селедки. И вдруг он узнает, что в реальности дела обстоят совершенно иным образом!

– Видишь ли, Кентино,- взял слово Ндунги.- Мы с самого начала избрали неправильную политику в отношениях с подведомственным нам народом. И просчитались.

– То есть?

– Ну вот возьми индусов. Некоторых. Как они почитают своего Кришну! Или эту, всю в черепах,- Кали! Хотя на самом деле ни один индус, не будучи обкуренным опиумом, воочию ни Кали, ни Кришну не видел! А верят! А чтят! Но это что! Индия - страна третьего мира, как я по своему божественному разумению понимаю! Возьмем сверхдержаву! Америку!

– А что Америка?

– Ты что, никогда не слыхал про высшего американского бога?

– Сомневаюсь…

– Ха! Его зовут Демократия! И хотя этого бога никто из американского народа не видел, в него там верят все! Я как-то ловил своим ухом речи из главного американского дворца. Там так и кричали: «Я верю в демократию! Я люблю демократию!» И вон как они с таким богом поднялись…

– Ндунги, не пойму, к чему ты клонишь…

– Клоню я к тому, дорогой Кентино, что чем меньше видит народ своих богов, тем больше в них верит. И тем больше обращается к ним с молениями и жертвами…