Студент поневоле - Елена Товбаз

Только сейчас я заметил, что вокруг не просто клумбы. Цветы и даже кустарники были посажены в больших деревянных кадках, сделанных в форме фигур зверей и здешних мифических существ. Вон того лежачего дракона я сразу опознал, а другого чудика с большими ушами некоторое время разглядывал, прежде чем из глубины повзрослевших извилин вынырнула мысль о Чебурашке. Аккурат из брюха этого создания торчали пушистые сиреневые венчики на длинных стебельках. Тонкие стебельки покачивались и сиротливо жались друг к дружке…

Н-да, наверное это воздух созидания так на меня так влияет, что я становлюсь сентиментальным…

— Кеес! Не стой столбом. Пошли!

И как это я умудрился отстать? Вся честная компания уже собралась перед крыльцом. Ждали только меня, намереваясь войти. Но едва я приблизился, как со стороны кустов раздались царапанье и шарканье, а затем по воздуху разнёсся характерный запах рептилии. Линк поморщился.

— Фу…

Через двор к нам ползла здоровенная черепаха. И довольно резво ползла, вытянув шею.

— Это наша Эми, — с умилением сообщил провожатый. — У кого-нибудь есть хлеб? Белый. Она его так любит, особенно с молоком.

Все покачали головами.

К тому времени я уже знал, что черепах всевозможных видов и размеров в Фегле держат в качестве домашних животных. Впрочем, некоторые предпочитают заводить карликовых пантер. Настоящие большие пантеры обитают в пригородах. Их ловят и приручают, чтобы они охраняли усадьбы, хозяйства и поместья. А вот собак в Фегле не было, совсем, не то, что в Королевском городе.

Черепаха подползла к нам, шумно понюхала и разинула пасть. Верения тихонько взвизгнула. Животное оказалось ей по пояс. Провожатый похлопал питомицу по клюву.

— Эми, Эми, извини, сегодня нет ничего, — он выразительно провёл ладонями по карманам. — Завтра принесу.

Черепаха зашипела и втянула голову в панцирь.

— Обиделась, — вздохнул провожатый.

— Милашка, — проговорила Верения, поглаживая Эми по панцирю, и красноречиво взглянула на отца. — Папа?

Однако Командор не растерялся и печально ответил:

— Вспомнил я тут одну историю, о черепахах. Когда-то в нашем доме на островах жила одна черепаха. Поменьше этой. Примерно с блюдце размером. Помнишь? Тебе тогда лет восемь было. Я нашёл её на побережье в Фегле и привёз домой. Но, то ли за ней плохо ухаживали, то ли не климат ей был, черепаха прожила у нас меньше года, заболела и…

Верения отдёрнула руку от панциря и, бросив на отца осуждающий взгляд, поднялась по лестнице. И больше она с Командором о черепахах не заговаривала.

Провожатый распахнул дверь. Дохнуло теплом и ещё чем-то ароматным. Просторный затемнённый холл освещался лишь белыми шарами, укреплёнными на перилах широкой лестницы, расположенной напротив входа. В груди что-то ёкнуло в ответ на смутные воспоминания о доме… Холл пустовал. «А, понятно, сегодня феглярский выходной», — припомнил я.

Провожатый отвёл нас на третий этаж по этой самой лестнице, которая занимала половину холла, и снова распахнул перед нами дверь в конце полутёмного коридора. Я первым шагнул навстречу уютным отсветам камина, вспыхивающим в глубине комнаты… Шагнул и отпрянул, едва не сбив с ног Командора. Прямо на меня скалилась огромная пасть полная острых зубов. Шедшая следом за Командором Верения пронзительно завизжала и спряталась за отца. А я словно загипнотизированный уставился в свирепые круглые глаза невероятно крупного белого медведя, залёгшего на полу. Только потом я сообразил, что он как-то неестественно распластался перед камином на всю длину небольшого зала, растянув все четыре лапы…

— Уф, — выдохнул Линк. — Ну и шуточки!

А Солин с улыбкой шёл к нам навстречу, утопая босыми ногами в белоснежном мехе. Тильтилиг сидел перед камином в кресле с высокой прямой спинкой, к нам спиной, поэтому мы его поначалу даже не заметили. Однако когда Верения завопила, он высунулся, перевесившись через подлокотник, и наградил нас ядовитой усмешкой. А Линк нехорошо сощурился в ответ.

— Приветствую вас, друзья! — радостно провозгласил Солин. — Проходите. Да проходите же! Это всего лишь шкура, и она вас не укусит.

Последние слова явно адресовались Верении, которая всё ещё с опаской выглядывала из-за спины Командора. Заверения Светлого убедили её, она перестала прятаться и прошествовала к камину, спросив по пути:

— А разве бывают такие большие медведи?

— Ещё и не такие бывают, — ухмыльнулся Линк. — Но все они чёрного цвета.

Солин улыбнулся:

— Этот медведь никогда не бегал по лесам и горам. Он — искусственный.

— Шкура неубитого медведя, — хохотнул Линк. — Забавно.

— А белые тоже существуют, — продолжал Солин. — Только в окрестностях Фегля они не водятся.

— Как и любые другие. Но здесь полно и другого зверья, — добавил Линк, подмигнув мне, и нарочито почтительно поклонился Тильтилигу:

— Приветы вам, ваше Созидательство.

Созидатель, верный своей манере, неприветливо поздоровался в ответ.

Затем все расселись, перед камином с витой решёткой, на низеньких скамеечках и пуфиках. Один лишь Светлый остался стоять. Огонь потрескивал смолистыми поленьями… Так вот что это был за аромат, витавший вокруг!

Здешняя горящая смола пахла дымящимися розовыми лепестками. Точно такие же ароматические курения жгли в феглярийских лавках сувениров. У меня даже слегка закружилась голова.

— Ничего, что со мной дочь? — спросил Командор.

— Всё нормально, — ответил Солин. — Девочка она смышлёная и может нам помочь.

Если честно, я и не представлял, чем может помочь Верения. Что она умеет кроме написания?

— И как тут тебе, Линк? — неожиданно поинтересовался Светлый магистр. — Многое изменилось с тех пор?

— Не очень, — Линк пожал плечами.

— Не скажи, — возразил Созидатель. — Мы сделали ремонт, провели реконструкцию остальных зданий и построили ещё два филиала в разных концах города.

— Но я же не был в филиалах и в других зданиях, — невозмутимо ответил Линк. — И вряд ли меня туда пригласят.

— Смотря по обстоятельствам. А мы предполагаем построить…

Я же тем временем осматривался, хотя мои беспрерывно журчащие мысли были далеки от разглядывания интерьеров. Взгляд успел выхватить зашторенные окна, высокие канделябры на подставках, картины на стенах, изящные стулья в простенках. В комнате не было никакой мебели, кроме пары кресел, стульев и пуфиков со скамеечками.

— … и ещё не всё…, — продолжал разоряться Созидатель. А Линк состроив серьёзную мину, кивал и поддакивал.