ФАНТАСТИКА. 1966. Выпуск 1 - Д. Биленкин

Слабость еще не подлость. А Игорек так и промолчал. Херувим.

Опять Юра. Видно, что стал основной движущей силой.

Естественно: техника сейчас главное. Машины.

— К сожалению, есть и более неприятные вещи, с которых нужно было бы начать, если бы Вадим не выдал свои эмоции.

Замолк. Что еще? Бей, все равно радости от встречи уже нет.

— Дело в том, что мы теряем кредит. Институт кибернетики, заводы № 11 и № 13 быстро узнали, что вы в больнице, и затормозили наши заказы. Начальство от объяснений увиливает, но ребята мне говорят, что оно в нас, помощников, не верит. Впрочем, и сами ребята тоже не очень, поостыли. (Значит, решили, что я уже умирать лег.) — Ну и как поправить дело?

— Ну хотя бы вы позвонили Борису Никитичу и другим. А еще бы лучше… Но…

— Что?

— Прочитать бы вам по одной лекции у наших подрядчиков.

Скажи пожалуйста! Я, оказывается, сила. Лекции мои, правда, всегда нравились. Умею.

— Я готов. Только внешний вид у меня неважный. Не отпугнуть бы.

— Ничего. Вы побреетесь перед самым выступлением, мы вам яркую рубашку добудем, наденете светлый костюм.

— Не хватает еще косметики!

— Наука требует жертв!

Немножко оттаяло. Все повеселели, даже Семен улыбнулся.

А Вадим уже все забыл. Вот человек! Лекции я прочитаю.

И костюм надену. Но насчет яркого — ограничусь галстуком…

Неловко.

— Теперь, может быть, коротко обсудим существо дела? Хотя вы мне и рассказывали, но я бы хотел услышать еще раз, чтобы вместе обсудить, как преодолеть отставание. Кто начнет? Как всегда Вадим?

— Пожалуйста, я готов. Мой участок — структурные схемы функциональных и регулирующих систем. Они в общем готовы.

— По-твоему, готовы — это значит есть квадратики с названиями и стрелками между ними. А мне для технической схемы этого мало, нужны зависимости, — возразил Юра.

— Где я тебе их возьму? Из пальца высосу?

— Из литературы. Вон сколько медики написали — целые библиотеки. Написали, а установить, например, как сердце влияет на газообмен в легких, нельзя.

— Подождите, не ссорьтесь. Ведь мы договорились, что часть характеристик действительно придется брать с потолка. В этом смысл эвристического моделирования. Так вот, я хочу знать: что сделано в этом направлении?

Немного, видимо, они сделали. Не хватает фантазии. Хорошо, что я продумал за время болезни. Было время.

— Иван Николаевич, послушайте. Мы с Игорем нарисовали главную схему — отношение между органами, обеспечивающими баланс газов в организме. Это сердце, легкие, ткани. Увязаны воедино механическая энергия, изменение Оа и С02 в сердце, легких, в сосудах, в тканях. (“Мы нарисовали”. Это я давно рассказал.)

Юра:

— Ваши характеристики годятся только для здоровых — как организм приспосабливается к физической нагрузке, да и то без учета эмоций. Не больше. А как быть при патологии? Ведь характеристики будут совсем иными?

— Ну, кое-что мы дали тебе, не прибедняйся. Кроме того, работы в клинике не закончены.

— Хорошо, не спорьте. Петом мы специально обсудим этот вопрос. Я припас некоторые соображения. (Все-таки забываешь о болезни, когда вот так занимаешься. Будто и нет ничего.) — Семен Иванович, вам было поручено составление второй схемы — водно-солевого баланса, регулирование кислотно-щелочного равновесия. Как обстоят дела?

(Я-то думаю, никак.)

— Схему мы с Вадимом и Юрой составили. Я могу ее показать. Есть и. характеристики почек. Плохо с тканями: не удалась кооперация с институтом биохимии. А мы сами не улавливаем количественно, как обмениваются водой и солями ткани с кровью. Нервные воздействия на эти процессы не определены.

— А связь с газообменом вы уже выяснили?

— Нет, пока не установили. Вернее, не можем выразить это цифрами.

— А почему бы не поставить опыты с перфузией изолированных частей тела, например ноги?

Мы долго обсуждаем разные технические вопросы.

Юра смотрит на часы. Поднимает на меня глаза. Шеф, ты нас задерживаешь! Вадим увидел.

— Иван Николаевич, нам нужно идти в операционную. Первый опыт, программа очень большая, без нас напутают. Можно, а?

— Да, да, конечно. Разговор закончим потом. Значит, мне можно не ходить к Ивану Петровичу? Как вы считаете?

— Может быть, стоило бы показаться после болезни, а, ребята? Это Семен просит. Черт его поймет.

— Не надо. Пусть он приходит. Пошли, ребята.

Вадим категоричен, как всегда. Нравится, хотя и раздражает. У самого всегда не хватало.

Ушли. Дверь закрылась, а голоса еще звучат, и реют в воздухе. Были и нет.

Устал. Тело жалуется, а мозг приказывает: “Работай!” Не пойду к директору. Могу же я это позволить себе? По болезни. Вообще-то нет, нужно бы сходить. Дело требует. Дело требует ходить, кланяться этому дерьму. Слушай, не прибавляй.

Обыкновенный человек. Наверное, думает: “Для развития этого важнейшего дела нужно сильное руководство, хорошая организация. Умрет Прохоров, все дело может пропасть”. Не уверен даже, что потом добавляет: “И я что-нибудь получу…” Прилягу на минутку. Слабость. Может быть, ее нужно пересиливать волей? Физическая тренировка — великое дело.

Нужно соблюдать пропорцию: покой — тренировка. Только как найти наилучшее соотношение?

Опять ты о болезнях. Сколько можно?

Хорошо полежать. Расслабить мышцы. Каждый орган шепчет: “Хорошо”.

Нужно идти. Проснется собака или нет? Не обязательно.

Цель опыта — отработка программы, испытание аппаратуры.

Но все же приятно, если бы проснулась. Пес большой, 26 килограммов. Бедный, не знает. Люди тоже часто не знают.

Судьба. Детерминизм? Если мир ограничен, то должно быть все заранее предопределено. Брось, ты просто никогда не мог понять бесконечность.

Как они будут работать одни? Неужели этот… захватит?

Разбегутся. Останется Семен и, может быть, Игорь. Это значит гибель лаборатории, дела. Человечество, конечно, не пропадет, но дела жаль. А кто же будет смотреть за мной? Просто нельзя без Юры и Вадима. Техника откажет, физиология не будет развиваться.

Пойти по начальству? Тогда все может сорваться. Запретят. Скажут: нужно обсудить с руководством. Там. (Жест вверх.) А ловко я обдурил всех: “Установка для искусственного регулирования важнейших жизненных функций”. Все приветствовали, когда утверждали план! Иван: “Физиология дает выходов практику. Будем оживлять при клинической смерти, при шоке, инфаркте”. Все это верно, будем. Будут. Может быть, даже гипотермия понадобится, чтобы сначала сложить из, кусочков, а потом оживлять. Как в сказке, мертвая и живая вода. Многие инженеры на это дело клюнули: как же, кибернетика! Создание систем, управляющих организмом. И тоже верно: без кибернетики установка не пойдет. Плохо, если на заводах начали охладевать к нам. Что сделаешь? Все затурканы. Планы, штурмы. Сначала размечтаются: “Поможем человечеству”, “Приятно работать для жизни…” Потом, смотришь, остыли: “Знаете, если бы включить в план…