Синхронизация (СИ) - Трифонов Илья

— Я… гхм…

— Брось, я шучу! Сила, как же я рада видеть вас обоих!

Судя по протестующему мявку, Фриса опять нещадно затискали. После чего Анья опустилась рядом со мной на колени и, нежно коснувшись ладошками моих мокрых от слез щек, заставила посмотреть себе в лицо.

— Что произошло?

Пять лет разницы. Анья в юности закидала бы меня вопросами или устроила бы дикий скандал за то, что мы с Фрисом бросили ее одну. После чего вцепилась бы и не отпускала до момента, пока мы не ступим на твердую землю реального мира. Все же для неподготовленного человека висеть над чернильной пропастью космоса без какой-либо защиты — то еще испытание. Даже если тут можно спокойно дышать, и вполне комфортная температура не превращает внутренние органы в ледышку.

Анья спустя пять лет представляла собой образец истинного джедая, не смотря на потрепанный внешний вид и испытываемые яркие эмоции. Красивая внешне и холодная внутри. Собранная и целеустремленная. Спокойная и в то же время не лишенная человечности. Именно такая, какими учили в Ордене быть всех юнлингов с начала времен.

Вид Звездной сети удивил Анью, но не напугал. А после того, как первый шквал эмоций от воссоединения со мной схлынул, его место заняла забота любящей женщины, готовой на все, чтобы ее мужчина почувствовал себя лучше. И потому терпеливой, не ставшей лезть в душу щипцами, вынимая на свет свежее и еще тлеющее пятно вины. Вместо этого Анья улыбнулась и, еще раз поцеловав меня в губы, прижалась ко мне плечиком, тихим шепотом выгоняя меня из прострации:

— Кирон будет так рад увидеться со своим отцом. Я воспитываю его на рассказах о тебе.

— Кто?..

— Твой сын, милый. Когда мы расстались, я была беременна. К счастью, у меня получилось найти выход из аномалий Ядра до родов. На ближайшей станции мне оказали необходимую помощь, а потом на Альдераане…, впрочем, это долгая история. Когда мы сможем вернуться за Кироном?

Я молчал, до боли сжимая в кулаке рукоять светового меча. Точно также, как молчал Фрис, до которого истинный смысл услышанного начал доходить примерно в то же время.

Он же первый и подал голос, подойдя к Анье и, как бы невзначай, уточнив:

— Значит, говоришь, Кироном назвала?

— Да, — с гордостью кивнула сияющая джедайка. — На самом деле, Кирон Атран, в честь деда и по фамилии отца. Сначала думала назвать Джоем, но Кирон сам не захотел. Знаю, звучит странно, но он заходился плачем каждый раз, как я к нему так обращалась. Хотя потом полюбил истории о своем отце. И усердно тренировался, чтобы быть на него похожим.

Анья улыбнулась и зажмурилась от приятных воспоминаний.

— Думаю, когда подрастет, ему будет под силу побороться за место грандмастера Ордена… что вы так смотрите?

Не я, ни Фрис не знали, что сказать. Оба поняли, о ком идет речь, но истина казалась невероятной. Немыслимой! Но оттого не менее реальной, потому что факты говорили сами за себя.

«Ха-ха! А Третий всю бошку изломал, отчего мы родство со стариком чувствовали. Грандмастер Кирон! Ха! Кто бы мог подумать!», — зашелся хохотом голос в моей голове, заставив снова вздрогнуть от неожиданности и с запозданием вспомнить о настоящем.

Могру. Что бы не происходило сейчас, остановить его куда важнее, чем тратить время на мысли об оставленном сыне и попытки понять, что за незваный гость поселился в моем теле. Хотя с последним кое-что понятно уже сейчас: причина, почему я не ощущаю второй духовный контур — потому что тот уже занят. Кем-то другим, и явно не собиравшимся уходить просто так.

— Анья, мы все обсудим позже, но сейчас мне нужна твоя помощь, — совладав с дрожащим голосом, я взял свою эвин за руки и потянул вверх, вместе с ней поднимаясь на ноги. — Помнишь Могру? Нужно остановить его, пока он не начал ритуал.

— Можешь рассчитывать на меня, Джове, — Анья выпрямилась, сверкнув в ментале стальным отблеском твердой решимости. — Я помню, что ты рассказывал, и усердно готовилась к этому дню. Все пять лет, пока подчищала дерьмо за Орденом. Ах, я ведь еще не сказала! Тогда позвольте представиться, как полагается, — моя эвин улыбнулась и присела в шутливом реверансе. — Барсен’тор Ордена джедаев Анья Рал к вашим услугам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Э?

— Вэк?!

Наши с Фрисом вытянувшиеся лица надо было видеть. Причем квард, обладая несколько более широкими возможностями к выражению эмоций, в прямом смысле уронил челюсть до пола. Как в мультиках, чем вызвал у Аньи приступ здорового смеха.

— Так получилось. Оказывается, если обучаешь кого-то, то и сама многое узнаешь. А Кирону хоть и пять лет, но по развитию он уже опережает многих юнлингов. Особенно в менталистике, — Анья подмигнула мне. — Пришлось многое узнать, чтобы пресекать его проказы заранее. Стихийное бедствие, а не ребенок! Ни секунды на месте усидеть не может. Но очень-очень меня любит. Жду не дождусь познакомить вас с ним.

Я сцепил зубы и, чтобы не выругаться матом по примеру не столь сдерживающегося Фриса. Поймавшего мой предостерегающий взгляд втайне от влюбленно смотрящей на меня Аньи и кивком подтвердившего, что будет молчать.

— Идем, эвин, — я прижал к себе довольно засопевшую джедайку и повернулся в сторону, куда улетела странная птица с зеленоватым оперением. Где-то там вдалеке мерцала рамка портала на Ондерон, ожидая, когда мы покинем Звездную сеть, чтобы закрыться и навек отрезать нам путь назад. В прошлое. К сыну, с чьей взрослой версией мы познакомились еще со времен обучения на Тайтоне.

«Сила не лишена иронии, не так ли? — вновь напомнил о себе голос у меня в голове. И в этот раз в нем послышалось плохо скрываемое злорадство. — Впрочем, об этом мы тоже позже поговорим. Сейчас же позволь исполнить данное обещание и показать, с чего все началось».

Звездная тропа под ногами покачнулась, и я, падая на подкосившихся ногах, услышал встревоженные крики Аньи и Фриса.

— Джове! Держи его, не дай упасть. Джове!!

Тьма. Холод. И мое собственное лицо в отражении черного зеркала, растягивающее губы в предвкушающей оскаленной ухмылке.

«Добро пожаловать в Ад, Поглотитель. Твой и мой, до конца времен».

Эпилог

2288 ДБЯ.

Каркас дома Пряхи догорал, тогда как само ее тело лежало изломанной куклой на земле, мокрой от пропитавшей ее крови. Могру утер измазанные губы и с щелчком втянул зубы-иглы, заставив стоящего рядом светловолосого подростка в простой джедайской тунике брезгливо поморщиться.

— Это было так необходимо, учитель?

Зеленокожий экзот, ростом едва ли по колено Кирону, смешно пряднул длинными треугольными ушами. Вот только звать его так молодому джедаю бы не взбрело в голову и в самом лютом пьяном бреду. Только учитель. И исключительно уперев взгляд под ноги в знаке уважения. К этому Могру приучил его в первый же день знакомства, в короткой и очень унизительной для Кирона схватке показав разницу между самоучкой-новиком и Мастером Разума.

— Она отказалась сотрудничать и послужит хорошим уроком другим, — как ни в чем не бывало отозвался Могру, равнодушно наблюдая за тем, как горит дом, где он провел последние пятнадцать лет. До того дня, пока не ощутил, что Пряха больше ничего не может дать ему, а, значит, выполнила свою роль и более не нужна.

— И все же она была твоим учителем.

— А еще Мастером Разума! — с напором напомнил Могру, снизу-вверх пытливо глянув на своего первого и пока единственного ученика. — Не тебе объяснять, на что способны такие, как мы. Если хотим достичь цели, придется идти на жертвы.

— Но…

— Мы найдем другой способ найти семью твоего отца.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А если нет? — в голосе юноши проскользнули злые нотки. — Из-за него мама вернулась в Орден и тренировалась, как одержимая. И ради чего? Чтобы умереть на очередном задании, тогда как они даже не почесались, чтобы спасти ее?! Ни он, ни вся эта чертова семейка Атран!

— Ты все еще не можешь вспомнить, где они прячутся?

Кирон поморщился, обращаясь воспоминаниями в свое детство. Увы, он был слишком мал, чтобы запомнить планету, куда его возила мама для знакомства с родней отца. А она сама не любила говорить о том времени. Что-то между ними произошло, отчего Кирон с мамой вернулись в Орден и стали жить при Храме, почти не возвращаясь к теме родичей отца.