Синхронизация (СИ) - Трифонов Илья

Так и оказалось. Не буду останавливаться на всех унижениях, которым мы подверглись с подачи воспаленного воображения Пряхи, а скажу лишь о плюсах такого метода обучения.

Помимо повысившейся реакции и внимания к окружению, я научился в фоновом режиме контролировать духовный мир Силы. Иначе невозможно было избежать всех неприятностей, что обрушивались сверху, стоило чуть зазеваться. Пряха не разменивалась на мелочи, а в изобретательности многократно превосходила Юкиру, чьи приставания к Азуру на этом фоне казались шалостями маленького ребенка.

Вот и сейчас, покорно следуя за Аньей и предвкушающее ухмыляющимся учителем, я максимально обострил все чувства, готовый прикрыть свою любимую от любых неожиданностей. И не важно, что Азура рядом не было. Пряха, порой, придумывала нам индивидуальные испытания, вне зависимости от исполнения оканчивающиеся одинаково: нашим позорным поражением и ее ржачем на пару с Фрисом.

Вот уж кто искренен наслаждался нашими мучениями, ежедневно пополняя свой архив новыми историями для потомков. При этом Пряха тоже его учила, хотя чему именно непонятно. Оба хранили молчание, и, как бы я не старался, разговорить Фриса не удалось. Все, что удалось из него вытянуть, это фраза: «Так нужно, Джове. Доверься мне».

Что ж, пусть так. Причин не доверять одному из самых родных мне разумных не имелось, так что я позволил им с Пряхой хранить свои тайны. Тем более, что результат их занятий виднелся любому, способному ощущать ментал.

Эмоции Фриса приобрели более глубокий окрас, став практически неотличимыми от обычных людских. Да и сам он все чаще стал пребывать в человеческом облике кварда, полностью сроднившись с моей худощавой версией. К которой добавил деталей, сменив образ джедайской туники на вполне обычную свободную одежду в зелтронском стиле. Плюс «нарастил» аккуратную бородку, надолго ставшую предметом наших с Азуром и Динором шуток. При молчаливом порицании Пряхи.

Учитель изменения в моем брате воспринимала, как должное, и, кажется, была довольна проделанной работой. Хотя утверждать точно не берусь. За все то время, что я провел рядом с Пряхой, так и не смог понять, какие мотивы ей движут. Как и причин, почему, порой, при взгляде на меня у нее на лице возникало выражение вселенской печали. Сменяющееся привычной саркастической маской с задорными смешинками в уголках губ, как только я спрашивал, в чем дело.

— Ой!

Пока я пребывал в размышлениях, Анья успела подняться на лестничную площадку второго этажа и замерла, ошарашенно вытаращившись на эротическую галерею Пряхи. С большим удовольствием наслаждавшейся растущим смущением гостьи, подтолкнув ее в сторону своего кабинета, прежде чем оно достигло пика.

— Нам сюда.

— Учитель? — я вопросительно вскинул бровь, все еще не веря, что меня приглашают в «святая святых» — кабинет Пряхи, куда не имел доступа даже ее любимый медвежонок Динор.

— Время пришло, — с налетом пафоса отозвалась зелтронка. И, не удержавшись, фыркнула. — Долго еще пялиться будешь, милочка? Если так понравилось, лучше оригинал пощупай.

— Простите! — подскочила бардовая Анья. Ломанувшись вперед под хихиканье Пряхи, она едва ли не лбом вышибла дверь в ее кабинет. Где… не оказалось ничего необычного.

Не знаю, чего я ожидал увидеть, но подсознательно оказался разочарован. Когда Пряха зашла последней и включила свет, я увидел самый обычный офисный кабинет, почти спартанского стиля. Минимум мебели, пара шкафов со стеклянными дверцами для папок с личными делами клиентов. И небольшой диванчик под окном, выходящим на задний двор и, по обыкновению, прикрытый тяжелыми шторами серого оттенка.

Хотя с отсутствием необычного я погорячился. Не знаю, как Пряха добилась такого эффекта, но стены кабинета глушили Силу. Не так, чтобы полностью отрезать от нее, но и создавая определенное ощущение дискомфорта в подкорке мозжечка. Вкупе с хорошие звукоизоляцией, с закрытием входной двери фактически отрезавший кабинет от остальной части дома, ощущения не самые приятные.

Приобняв за талию Анью, судя по мелкой дрожи все еще не отошедшей от шока, я с позволения Пряхи усадил ее на диванчик у окна и присел рядом. Тогда как сама хозяйка кабинета заняла удобное кресло с высокой спинкой за рабочим столом, после чего сплела пальцы на животе и испытующе поглядела на нас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— То, что я сейчас расскажу, не должно выйти за пределы этой комнаты. Вам ясно?

— Да, учитель.

— Да! — с небольшим опозданием кивнула Анья, прямо вся скукожившаяся под взглядом Пряхи. Чем вновь изрядно насмешила ее и вызвала ожидаемый комментарий:

— Ну точно запала. Джой, ты уверен, что она по мальчикам?..

— Уверен. Только с проверки прилетели, — в тот же тоне отозвался я, чем вызвал новый приступ веселья Пряхи и получил кулачком в бок от Аньи.

— Эх, молодость… хотя именно об этом я и хотела поговорить. Начну издалека.

Пряха сделала паузу, собираясь с мыслями и подогревая во мне интерес. Я даже подался вперед, наблюдая за сменой лиц в ее исполнении

Впервые на моей памяти Пряха решила показать свои настоящие чувства. Видимо в своем уголке покоя, сокрытым от остального мира прочными стенами и непонятным барьером, препятствующим нормальному течению Силы, она могла это позволить. И потому не пускала нас раньше. Чтобы никто не видел слабость, какую Пряха являла сейчас, выказывая высшую степень доверия со своей стороны.

Поэтому, когда Анья собралась что-то сказать, я молча сжал ее руку, веля слушать и не перебивать. И сам замер, впитывая голос учителя, пропитанный застарелой тоской и болью.

— Когда я была примерно в вашем возрасте, Зелтрос посетила умбаранская делегация. Обычный дипломатический визит, ничем непримечательный. Но для меня он стал судьбоносным, когда сад кафарель посетил Он.

Пряха прикрыла глаза, ненадолго погружаясь в охватившую ее меланхолию, после чего также проникновенно продолжила:

— Его звали Крой Нур. Он стал моим наваждением и единственным смыслом жизни. Ради него я отказалась от прежней жизни, как и Крой предал свой долг перед кастой войнов, чтобы быть со мной. Но… наше счастье длилось недолго. Прошлое не исчезнет, если просто сделать вид, будто его не существует. Оно настигло нас в самый неожиданный момент, и, чтобы спасти Кроя, я совершила нечто ужасное. Образ жизни зелтронов отрицает насилие, а я не просто убила посланных по его следу убийц. Вместе с Кроем мы «переписали» их личности, после чего те сами уничтожили всех, кто представлял угрозу нашему счастью. А потом покончили с собой. Тогда мне казалось, что наша любовь того стоит принесенной жертвы, но то был самообман. Очень удобный, и в него так хотелось верить, но… он стал началом конца.

Прошлое все равно настигло Кроя, как я не старалась его уберечь. Умбаране из касты воинов очень ревностно относятся к исполнению своего долга, и карают предателей без всякой жалости. Не знаю, как, но о содеянном нами узнали. С Кроем расправились очень жестоко, сделав примером будущим поколениям. А меня… отпустили. Хотя на тот момент это оказалось еще хуже. Кафарель узнали, что я сделала, и заклеймили меня чудовищем, поправшим святое право чужой жизни. Они до сих пор отказываются произносить мое имя вслух, хотя и не выдали меня общественности. Предательство одной кафарель касается всех. Такого удара Зелтрос бы не вынес.

В полной тишине Пряха сменила позу, облокотившись на стол и не сводя сурово прищуренных глаз с меня и Аньи.

— Понимаете, к чему я клоню? Храните свои чувства, но не позволяйте им затмить рассудок. Всегда думайте, к чему приведут последствия ваших решений! Иначе рискуете закончить точно также, как мы с Кроем. Спросите, почему я так уверена? Ответ все тот же: истинная любовь. Она встречается редко, и потому всегда сопряжена с горем и потерями тех, кого одарила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

По моему виску скатилась холодная капля пота. Сглотнув, я посмотрел на Пряху и увидел, что она смотрит точно мне в глаза.

— Вижу, ты уже принял решение, ученик. Но готов ли ты столкнуться с его последствиями?