Тёмные сёстры (СИ) - Лана Рисова

Во время своей тирады она вскочила, уперев руки о крутой изгиб обтянутых полупрозрачной тканью бедер. Потом вдруг резко обмякла, ее голос упал до шепота.

– Ты не понимаешь, что я чувствую.

– Сними эту штуку, – я чуть подался к человечке, протягивая к ней руки, из которых она ловко выскользнула, – и я пойму.

Нидия отпрянула обратно на диван, забиваясь в угол и возводя между нами стену из подушек.

– Нет, – она отчанно замотала головой, – уже поздно. Последний Выход был скорее всего… последним.

Я, нахмурившись, смотрел на нее. Как могло получиться так, что наслаждаясь силой буйства ее эмоций и всепоглощающей любви ко мне, я не разглядел отчаянного до безумия желания жить?

– Все умирают. Рано или поздно.

– Но кто-то настолько поздно, что может пережить вечность! – выкрикнула она из своего мягкого укрытия.

Я пожал плечами, а она тихонько заскулила, пряча глаза. Это привело меня в бешенство и заставило вскочить.

– Ты спросила, чего ожидал я?! – шипение заставило ее задрожать, или мои пальцы слишком сильно сжали ее горло, когда-то это ей даже нравилось, – так вот я ожидал что угодно: гнев, бешенство, истерику, наконец, но не монотонное нытье!

Моя рука расслабилась, и она, задыхаясь, упала обратно на подушки. Забрав тарелку с нимшорой, я вернулся на диван, закидывая в рот сразу несколько ягод. Человечка отдышалась и теперь внимательно рассматривала меня, настороженно подобравшись, прижимая колени к груди.

– Ты встретил кого-то, – ее пораженный голос прозвучал в тишине легким перезвоном, я всегда удивлялся мастерству строителей, строивших Дома развлечений таким образом, что ни единый звук не мог перетечь из одного помещения в другое.

Поднимая взгляд, я увидел, что она застыла на месте с широкораспахнутыми глазами, прижимая ладонь ко рту.

– Никогда не видела у тебя таких глаз, – выдохнула человечка еле слышно.

Я отставил тарелку и облизнул пальцы, покрытые сладким соком. В мои планы не входили разговоры в подобном ключе, поэтому если тема получит развитие, я был готов на то, чтобы подняться и уйти. Бывает и такое, что у Игры вместо приятного логического завершения, в конце остается лохматый оборванный конец.

– Надеюсь, ты имеешь ввиду мое чудесное исцеление, – кончик моего пальца коснулся белесого шрама над бровью.

– Не только, – упрямо возразила Нидия, – я знала, что когда-нибудь это произойдет.

Жалея о потраченном впустую вечере и охромевшем хьрше, я поднялся, направляясь к двери, когда мне в спину врезалось мягкое горячее тело. Ее руки обхватили меня за талию, мешая движению, а раскаленный лоб уперся в спину. Я чувствовал ее жар даже сквозь плотную материю сиршани. Хорошо, что она не видит моей улыбки, все-таки темперамент сыграл с ней злую шутку. Не смотря на амулет и бесстрастную маску на лице, ее тело безмолвно кричало, умоляя, чтобы я остался, еще до того, как она произнесла это вслух.

– Прошу, останься.

Не дождавшись ответа, но обнадеженная моим промедлением, Нидия обошла меня, не отрывая рук от сиршани, ее пальцы нащупывали застежки. Она не могла поцеловать меня, пока я не наклонился к ней, оттягивая ее пышно уложенные волосы, каскадом спадающие до талии, обнажая шею, и не впился губами в нежное место под маленьким ушком. Человечка выгнулась и забилась, не чувствуя, что пальцы моей второй руки сминают, обрывая, цепочку ее амулета, и он летит к дивану, утопая в подушках.

И я остался.

Лиссанайя.

Только когда мы добрались до ближайшего пропускного пункта через Периметр и временно разместились в небольшой, но массивной башне, больше похожей на укрепленный форт, я поняла, что это из-за меня Кирсаш нарушил приказ принца, и весь сешшер ждет суровое наказание.

Тиану дали полчаса на то, чтобы привести меня в относительный порядок. И целитель, проводя диагностику и ставя восстановительные щупы, быстро вводил меня в курс дела. Сопровождение Рииллы передали другому эштерону, и они без промедления отправились в Такрачис. Сешшер направили на ликвидацию последствий последнего Выхода и патрулирование Периметра, причем на это время он должен был быть расформирован, за то, что воины имели наглость перечить кронпринцу. Когда же я узнала о причине подобного поведения ребят, я похолодела.

Тиан остановился на мгновение и серьезно посмотрел мне в глаза:

– Тебя отвезут в шинн-данн, – тихо и спокойно проговорил он, – это тюрьма…

Мои глаза округлились, на что дроу чуть улыбнулся самыми уголками губ.

– Это временные меры, направленные скорее на запугивание тебя и давление на Кирсаша. Ничего не бойся и не падай духом. Тем более, скорее всего, тебя разместят в покоях для высокопоставленных гостей.

Я нервно хихикнула.

– Помни, что клятва Рода – это не пустой звук, и тебе не смогут сделать ничего плохого.

– Чего плохого? – я прикусила губу. Легко сказать «не бойся».

– Ну, например, убить, – проговорил Тиан и снова принялся за работу.

– Ааа…. – глубокомысленно протянула я, уставившись в одну точку.

– Кирсаш будет в Такрачисе где-то, через три дня, как только передаст каждого из нас новому фейрину. Мы вернемся дней через десять. Но пару-тройку дней тебя итак никто трогать не будет, ввиду твоего, мягко скажем, нелучшего состояния. Поэтому отдыхай и набирайся сил. Смотри сюда. У тебя сломано два ребра, вот здесь и здесь я вправил вывих. В трех местах был разрыв внутренних органов. Ты не совсем правильно их собрала, мне пришлось надорвать, и сделать по-новой, – дроу нахмурился, – Ты слушаешь меня, Лиссэ? Что ты скисла? Улыбнись.

Моя кривая гримаса рассмешила его.

– Ты странная девушка, Лиссанайя, не боишься путешествовать по Лесам, но в ужасе от каких-то нескольких дней в шинн-данне.

– В Чаще я, по крайней мере, знаю, что меня ждет, – мой голос звучал как-то слабо и безжизненно.

Тиан серьезно кивнул:

– Все верно, так и должно быть. Но все же не позволяй страху выходить из-под контроля, – он тихонько постучал пальцем по моему лбу, откинув прядь волос, – мне пора.

Целитель поднялся, и я машинально потянулась за ним.

– Мне ведь не позволят увидеть остальных?

Дроу покачал головой.

– А отряд, который меня повезет, уже прибыл?

– Ты поедешь с эскортом принца. Увидимся, Лиссанайя. Не забудь выпить настойку.

Тиан мягко улыбнулся и закрыл за собой дверь. Я поднесла чашку к губам. Меня мелко трясло.

Дверь за целителем еще не закрылась, а в комнату скользнул незнакомый хассур.

– Следуйте за мной, лайнере, – бесстрастно проговорил он, – ваш хьюрш готов.