Литература как социальный институт: Сборник работ - Борис Владимирович Дубин

(печатающая фантастику, детективы, статьи по истории и методологии науки, истории культуры и т. п.), «Знание – сила» и др.

В некоторых отношениях эти журналы можно рассматривать как издания, альтернативные догматическому официозу и ведомственным журналам по соответствующей области знания. Например, устойчиво растущий журнал «Семья и школа» за 10 лет увеличил тираж в 2,4 раза (с 1,3 млн экз. до 3,095 млн экз.). В отличие от официального курса руководства школой, этот журнал не только поддерживал все это время эксперименты учителей-новаторов, но и захватывал гораздо более широкий круг проблем – в частности, вел постоянные, очень профессиональные и компетентные, психологические консультации ведущих детских психологов и психиатров (А. Добровича, В. Захарова и др.). Высокий уровень обсуждения проблем и специфическая значимость психологической проблематики и внутрисемейных напряжений (озабоченность, характерная лишь для определенных слоев, прежде всего интеллигенции) обусловили среду и возможности этого рода, журнал компенсировал и отсутствующую психологическую службу семьи, и отсутствие соответствующей консультационной литературы для матерей. В принципе должен был бы выходить ряд профилированных изданий для семьи, прежде всего матерей, по различным вопросам детского и подросткового воспитания и образования, по взаимоотношениям в семье.

Журналы этого плана отходят от собственно масскоммуникативного функционирования. Они переживают «свое» время и весьма часто комплектуются в библиотечки, что вообще характерно для журнала как издания. Комплектуются не только годовые комплекты полностью, но и выдирки, обладатели которых часто обращают их в самодельные конволюты. В книгоиздательском отношении этот момент чрезвычайно важен – здесь начинается путь оседания материалов уже в книжной форме (ежегодников, энциклопедий, сборников психологических упражнений, тестов, советов, рецептов, полезных сведений либо публикуемых с продолжением романов и повестей, документальных прозаических вещей разного жанра и формы).

Большая часть этих изданий росла пропорционально росту молодежных контингентов в структуре населения, ибо основное назначение этих изданий – опережающая или предшествующая социализация к ценностям и культуре технической рациональной цивилизации. Рост наблюдается почти у всех журналов, за исключением тех, кто «выбрал» свой контингент полностью, как это произошло с «Вокруг света» и близкими по читательским характеристикам и объему аудитории изданиями типа «Науки и жизни», которая, имея в 1960 г. 206 тыс. экз., после снятия лимитов дала быстрый рост – к 1965 г. 1750 тыс. экз., а еще через 5 лет вышла практически на свой сегодняшний устойчивый уровень – 3106 тыс. экз. С некоторыми колебаниями (в 1986–1987 гг. тираж составлял 3,4–3,45 млн экз.) он держится и в настоящее время – 3,23 млн экз. «Вокруг света» в 1960 г. имел тираж 173 тыс., к 1970 г. – 2,7 млн, который держится сегодня (1981 г. – 2,8 млн экз., 1985 г. – 2,7 млн, 1986 г. – 2,8 млн экз., 1988 г. – 2,9 млн экз.). Можно говорить о пределе насыщения аудитории изданием такого типа. Дальнейшее развитие может идти только как расслоение аудитории – дифференциация издания, выпуск приложений и библиотечек. Характерно, что в 1940 г. журналы имели тираж соответственно 35 и 100 тыс. экз. Перелом, наступивший к началу 1960‐х гг., отражает изменение в социальной структуре населения, резкий урбанизационный взлет, сказавшийся и на обращении к журналам такого типа

Некоторое снижение интереса к научно-популярным изданиям произошло только в последние два года, но как тенденция это снижение можно было бы предсказать по отдельным видам и раньше. Так, общий зажим и идеологические разносы в начале 1980‐х гг. сказались и на некоторых перетрясках редакций журналов и изменении их политики. После этих событий они приостановили рост или даже теряли читателей, хотя ранее это были успешно действующие издания («Химия и жизнь», «Знание – сила» и другие). Перелом для них, как и для толстых журналов, наметился в 1981–1982 гг. То, что они пытались донести в полуоткрытой форме на своих страницах, сегодня гораздо более определенно говорится в широкой печати, неизбежно перехватывающей у этих журналов читателя. Поэтому даже успешно растущие и гораздо более умеренные по своим программным установкам научно-популярные журналы в последние год-два несколько снизили свой тираж. Это касается даже такого журнала, как «Изобретатель и рационализатор», впервые за время своего существования потерявшего за последний год 11%.

Собственно резкое расширение за двадцать пять лет аудитории научно-популярных журналов, имеющее скачкообразный характер, никак не отражено в книгоиздании: нет ни соответствующего роста числа названий, ни видов издаваемой литературы. Вся проблематика молодежи как социально-процессуального явления оказалась необеспеченной. Молодежь – это не столько возрастная, сколько социальная категория, т. е. контингент, испытывающий резкий сдвиг ролевых определений, задержку фиксированного принятия роли, контингент, культура которого охватывает проблематику и темы кризиса идентичности, переходности, постоянной, перманентной социализации. Отсюда резкое расширение и даже неопределенность возрастных рамок, понижающих сегодня (ранее они вполне обладали квалифицирующей и различающей силой) возможность жесткой социальной демаркации.

Неспособность административно-отраслевой системы управления общественной жизнью видеть глубинные трансформации и процессы предопределила и грядущий кризис общества. С этим же связана и невозможность социализировать и адаптировать значительные контингенты населения – отсюда не только рост социальной патологии (молодежной преступности, девиации всех видов – от наркомании до проституции и отказа от одобренных моделей жизненной карьеры), но и разрастание социального инфантилизма, кризис основных ценностей общества.

Следует отметить также острую чувствительность молодежной аудитории к демагогии и фальши, широко распространенной в период застоя. В принципе рост интереса молодежи к «своим» изданиям, к специфическим ценностям и информации, транслируемым этими журналами, вполне очевиден, но там, где сохраняются ложная патетика, консерватизм и т. п., там тиражи заметно начинают падать или стоят на одном уровне. Это наблюдается почти во всех республиканских изданиях, за исключением рижского «Родника» и армянского «Гарун». Но чуть контроль ослабевает, как в последние два года, так тут же становится живее работа редакции, начинает захватывать, пусть даже частично, реальную жизнь молодежи, сразу же начинается общий рост. Такова траектория «Ровесника», «Студенческого меридиана» и других.

4. Структура и динамика журнальной аудитории. 1981–1987 гг

Для выборочного обследования динамики читательской поддержки были взяты 130 журналов. Из них 5 оказались с фиксированным тиражом, не менявшимся на протяжении ряда лет («Мода», «Модели сезона» и другие). Среди оставшихся 125 большую часть составляют литературно-художественные журналы (центральные, республиканские и областные). Кроме того, в выборку входят массовые, молодежные, научно-популярные, академические и ведомственные издания (журналы Министерства культуры, Министерства просвещения, Госкомиздата).

Лучше всего за исследуемый период дела обстояли у массовых и молодежных изданий. Все они существенно расширили круг своих читателей. Так, тираж «Работницы» вырос на 32%, «Крестьянки» – на 68%, у молодежных журналов – «Смена» – на 13,5%, «Сельская молодежь» – на 12%. Постоянный рост их авторитетности объясняется крупномасштабными и долговременными процессами в жизни страны – постоянным повышением уровня образования и общей культуры населения, распространением городского образа жизни и т. п.

Те же тенденции к росту аудитории характерны и для научно-популярных журналов. Рационализация и выравнивание условий повседневной жизни различных категорий населения требуют доступной широким кругам населения информации, постоянной консультативной помощи по таким комплексным проблемам, как воспитание детей, психологический климат в семье, семейное жилстроительство, сложная бытовая техника, досуговые и любительские занятия и т. д., вплоть до психологических и медицинских советов. Так, аудитория журнала «Человек и закон» выросла на 103% (а за последние 10 лет – втрое), «Семья и школа» – на 26%, «За рулем» – на 38%, «Здоровье» – на 27% (а за 20 лет – почти в 7 раз), «Русская речь» – на 22% и т. д. Подчеркнем, что аудитория этих журналов не ограничивается в них материалами основного тематического профиля: читателей в немалой степени интересуют рубрики истории, культуры, общественных и гуманитарных наук, где соответствующие темы и проблематика обсуждаются оперативнее, свободнее и включаются в более широкий междисциплинарный и общекультурный контекст, чем в собственно академических или специализированных изданиях.

В сравнении с этими типами изданий состояние академических журналов по гуманитарным и общественным наукам чрезвычайно тяжелое. Именно на научных журналах этой категории ощутимее всего сказались механизмы торможения, годы рутины и застоя, догматизм, отсутствие притока новых идей. В результате из 12 важнейших изданий 9 потеряли от 1/5 до половины своей аудитории.

Таблица 11

В последнем случае снижение тиража, если