Черчилль. Династия на вершине мира - Силия Ли

Договор о перемирии между союзниками – Великобританией, Францией и Соединенными Штатами Америки – и Германией был подписан 11 ноября 1918 года в железнодорожном вагоне в Компьенском лесу во Франции. Основными лицами, подписавшими договор, были маршал Фердинанд Фош, главнокомандующий армией союзников, и Матиас Эрцгербер, представитель немецкой стороны.

В декабре 1918 года в Великобритании прошли всеобщие выборы. Женщинам старше тридцати лет было разрешено принимать участие в голосовании. Клемми, Гуни и недавно примкнувшая к ним Дженни поддерживали идею женского голосования и впервые смогли участвовать в выборах[471]. В результате выборов у власти сохранилось коалиционное правительство, состоящее из представителей консервативной и либеральной партий, во главе с либеральным премьер-министром Дэвидом Ллойд-Джорджем. В Ирландии политическая партия большинства, Шинн Фейн, заменила Ирландскую парламентарную партию времен лорда Рэндольфа. Она получила на выборах 73 из 105 мест в ирландском парламенте.

Прекращение сражений в Первой мировой войне совсем не означало, что дела тут же вошли в нормальное русло. Перемирие не означало полного мира, и теоретически война могла возобновиться в любую минуту. Джек занимался несколько месяцев работой в штабе Пятой армии, вначале в полевых условиях, а затем помогал при мобилизации соотечественников из действующей армии, которым наконец-то было разрешено вернуться к гражданской жизни. 6 марта 1919 года он писал Дженни:

Я надеялся получить приказ на отправление домой. Моя работа уже почти завершена, и хотя у меня было много дел вплоть до последней недели – сейчас мне почти нечего делать, и я очень хочу уехать домой… Я нужен в Сити, где дела сейчас налаживаются. По-моему, Гуни взяла дом на Бедфорд-сквер на 6 месяцев – мы пробудем там до осени, но нам будет довольно трудно.

Надеюсь увидеть тебя на следующей неделе и вернуться домой навсегда.

Похоже, что во время одного из последних отпусков Джек завел полезные связи в Сити, гарантирующие ему в будущем работу Дом 41 на Кромвелль-роуд все еще был сдан внаем на долгий срок, чтобы привлечь так необходимые средства. До истечения срока аренды Джек и Гуни должны были жить в лондонском доме по адресу: 44 Бедфорд-сквер, который им временно предоставила леди Оттолин Моррелл, хозяйка светских салонов[473]. Затем она бесцеремонно выставила их из дома, так как он понадобился ей самой, и им пришлось найти временное убежище в доме на Эбери-стрит. В марте Джек вернулся домой, и позднее, в 1919 году, он вместе с Гунн и детьми наконец-то вернулся жить в их собственный дом.

В мае Дженни переехала в новый дом по адресу: 8 Вестбурн-стрит, после продажи по выгодной цене дома на Брук-стрит. Монтагю Порч, оставив на некоторое время колониальную службу, смог присоединиться к ней, и Дженни была очень довольна жизнью с мужем, которой несомненно обожал ее.

На всеобщих выборах 14 декабря 1918 года Уинстон получил место в парламенте от избирательного округа Данди в Шотландии. Несмотря на большинство представителей тори в коалиционном правительстве, к счастью, друг Уинстона – Дэвид Ллойд-Джордж, который сохранил за собой пост премьер-министра, выглядел на мировой арене одним из победителей самой ужасной войны в истории Британии. И хотя кабинет министров состоял в подавляющем большинстве из консерваторов, в январе 1919 года премьер-министр почувствовал себя достаточно уверенным, чтобы иметь возможность предложить Уинстону либо его прежний пост в Адмиралтействе, либо важную роль государственного секретаря по военным вопросам, с дополнительной ответственностью за Министерство военно-воздушных сил. Уинстон выбрал двойную министерскую обязанность. Основная ирландская партия, Шинн Фейн, под руководством Артура Гриффита получила 73 из 105 мест в ирландском парламенте и требовала, вместо гомруля, статуса независимого государства для Ирландии.

Уинстон вместе с Клемми и детьми – Дианой, Рэндольфом, Сарой и новой малышкой Мэриголд – вернулись жить в свой загородный дом Лалленден, но также продолжали снимать дом в Лондоне. Клементина, как всегда исполненная благоразумия, посоветовала Уинстону оставить пост в Министерстве ВВС и сосредоточиться на одном деле. Но он был слишком увлечен авиацией, чтобы последовать ее совету, и даже перед войной брал уроки вождения самолета. 18 июля Уинстон вел самолет над аэродромом в Кройдоне и довольно эффектно врезался в землю. Несмотря на сильное потрясение, он все же выступил в тот вечер с речью на ужине. Уинстон, казалось, был несокрушим.

Репутации Уинстона не способствовала его яростная реакция на большевистскую революцию, которая произошла в России в 1917 году. Страна, измученная войной, стремилась насладиться миром, но он держал безрезультатно большое количество британских войск на севере и юге России в поддержку антибольшевистской коалиции. Уинстон говорил, что большевизм надо «душить в колыбели». Он играл важную роль в выделении войск для Польши во время ее вторжения на Украину[474]. Такой военный настрой Уинстона омрачил его отношения с Ллойд-Джорджем и послужил поводом для того, чтобы в рядах некоторых слоев британского общества его стали считать поджигателем войны.

Перед семьей Черчиллей продолжала стоять, по настоятельному требованию государства, задача возделывания земель в сельскохозяйственных целях из-за хронического недостатка продуктов питания – овощей и фруктов – в послевоенный период. Уинстон не мог позволить себе купить оборудование или платить жалованье управляющему поместьем и полевым работникам в Лалленден-ферм, и в апреле 1919 года он продал поместье своим друзьям, генералу сэру Иану и Джин – леди Гамильтон. До приобретения настоящего семейного очага им пришлось снимать в аренду еще несколько домов.

Джек, вернувшийся в том году с войны домой, не имел работы, но он напомнил о себе всем тем, с кем ранее имел деловые связи. Когда-то Джек проявил доброе отношение к одному из членов семьи Ротшильдов, которого он знал еще со времен учебы в школе Хэрроу, и этот факт не был забыт. Лео де Ротшильд в тот момент вкладывал деньги в фирму биржевых маклеров Викерс да Коста и попросил Джека участвовать в переговорах. Некоторое время спустя, примерно в конце 1919 года, Джек добился долевого участия в этой фирме и стал работать там биржевым маклером[475].

С ноября 1918 года Дженни активно занималась обустройством и отделкой своего дома по наивысшему уровню, используя для этого средства, полученные от продажи предыдущего дома. Леди Сара Уилсон, сестра покойного мужа Дженни, лорда Рэндольфа, давала в январе 1919 года в своем лондонском доме бал в честь победы в войне. Среди гостей были Дженни, Элис Кеппель и другие сливки светского общества, и на улице рядом с домом было припарковано пятьдесят «Роллс-Ройсов»[476]. Аристократы возвращались к роскошной жизни. Для Дженни и Монти, как она называла Порча, тот год со временем принес знакомство на приемах с новыми и интересными людьми, такими как Стравинский, Пикассо, Равель, Пруст и Джеймс Джойс. Дженни, как всегда переполненная весельем, особенно любила развлекать молодых людей. В сентябре она согласилась быть хозяйкой, вместе с другой леди, на званом обеде, устраиваемом в большом загородном особняке Шато-де-Вилжени, расположенном к югу от Парижа.