До поворота (Кровавый Крым) - Кирилл Якимец

— Я подожду вас в кафе, — предложила Мила, указав в сторону белоснежных столиков и таких же белоснежных стуликов. Но Луис крепко сжал милину руку.

— К туркам захотела? В гарем? Пойдешь со мной, в одиночку девушкам здесь опасно торчать.

— Мы не надолго, — заверил ее Нурик и добавил что-то непонятное для суетливого человечка. Того будто ветром сдуло. Макс то и дело поправлял галстук.

Внутри «Мир человека» выглядел просто: несколько низких кресел, обитых бордовым дермантином, журнальный столик с буклетами. Двери без табличек.

Мила сидела в кресле, листала буклетик. Голые девушки на пляжах Анталии, голые девушки на пляжах Красного Моря, голые девушки на Сейшелльских островах… Луис и Нурик тоже сидели в креслах, напряженно ждали.

Входная дверь распахнулась, вошел высокий седой толстяк в строгом черном костюме и малиновой феске на голове. В руке у толстяка был плоский чемоданчик. Толстяка сопровождал бородатый дедок в белой шелковой тюбетейке.

— Сюда, эфенди, сюда. Сейчас на лифтике — и мы в магазинчике… — приговаривал дедок, открывая перед толстяком одну из дверей. Мила краем глаза заметила, что за дверью, действительно, находится лифт.

Толстяк и дедок уехали на лифте в свой «магазинчик», снова настала тишина.

Через несколько минут вернулся суетливый человечек с бумажкой в руке. Он несколько осунулся за эти несколько минут и казался как раз под цвет этой бумажки — зеленовато-желтым. Прчитав содержимое, Нурик присвистнул и пожал плечами. Луис снова весело заулыбался и подмигнул Миле:

— Не плачь девче-енка, пройдут дожди! — подхватив ее под руку, вывел наружу, — солдат верне-ется, ты только жди!

— Все хорошо?! — почему-то она была уверена в обратном.

— Просто замечательно! — светился счастьем Луис, — лучше и придумать невозможно!

Кивнув Луису, Нурик остановил такси. И укатил, оставив Луису свою машину.

— А куда мы едем? — растерянно спросила Мила.

— Конечно, на дачу к твоему дорогому и любимому отчиму. Я, правда, не знаю, где эта дача. Говорят, здесь, под Симферополем. Но ты-то должна знать адрес!

Мила сдавленно охнула:

— Может, не надо?

— Как хочешь. Все только ради тебя, — Луис сдунул воображаемую пылинку с ее плеча. — Твой Слава там. Выбирай!

— Едем, — она впрыгнула на переднее сиденье, — Скорее!

— Как ехать? — хитро прищурился Луис.

— Вон туда, за троллейбусом. Из города. Это в заповеднике… А Нурик? — только сечас она заметила, что у Макса под пиджаком есть некоторая неровность.

— Он нас догонит, — Луис притормозил у обочины, — Максик, будь добр, послужи шофером, чтоб менты не цеплялись!

Случайно распахнувшаяся пола кремового пиджака скрывала подвешенный в кобуре подмышкой автомат «узи». Мила успокоилась:

— Где он догонит? Ведь он дорогу не знает!

— Ага. Включи приемник, — вдруг попросил Луис.

Мила вдавила кнопочку на автомобильном приемнике «Урал». Зажегся красным глазком светодиод над надписью «сеть», но не раздалось ни звука.

— Это передатчик, на самом деле, — пояснил Луис, — а Нурик с братвой найдет нас по пеленгу.

Блочные коробки перешли в хрущевки, хрущевки — в мазанки. А мазанки — в поля. Когда-то Мила часто ездила по этой дороге. Вон и знакомые пологие холмы справа.

— Сейчас поворот, — сказала Мила, — за ним будет пост. Якобы менты. Папкины люди… Извини, пап. Я имела в виду — люди Цеппелина. А за ними, через километр, еще одна сторожка.

— Другим путем можно? — Луис задумался.

— Можно, там тропинка есть. Но только до сторожки.

— Хорошо, давай притормозим до поста и обойдем?

Мила кивнула. Макс остановился у обочины, сразу вытащил автомобильный приемник из пазов и сунул в широкий карман пиджака. Мила заметила, что красный светодиод над надписью «сеть» продолжает светиться.

Тропинка петляла между пышных кустов. Мила шла впереди. Почти возле самых холмов она остановилась, приложила палец к губам. Макс снял с предохранителя свой «узи», Луис вытянул из-за пазухи большой пистолет, а из набедренного кармана — глушитель. Привернул глушитель к и без того длиному дулу пистолта.

По ложбинке между холмами двигались почти ползком, стараясь не шевелить кусты.

— Сверху сторожка видна? — спросил шепотом Макс.

— С левого холма.

Стали взбираться на холм. Мила вспомнила, как несколько лет назад ползала здесь же, именно по этому холму, играя сама с собой в партизан и немцев. Сегодня была последняя игра. Не важно, чем все кончится — но сюда Мила решила больше не возвращаться. Если останется жива.

За холмом проходила дорога — подъездной путь к даче Цеппелина. Еще не добравшись до вершины, Мила услыхала мощный рык моторов. Луис первым раздвинул кусты. Выглянул. Улыбнулся, поманил к себе Милу.

Мила тоже выглянула. Отсда дорога и «сторожка», бетонное приземистое здание с узкими бойницами, были прекрасно видны. Мила знала, что за бойницами скрываются пулеметчики. Но, похоже, для пулеметчиков настал последний бой. По дороге к «сторожке», загребая асфальт тяжелыми колесами, катило два серо-зеленых монстра — два бронетранспортера. Передний бронетранспортер, закрытый, был оборудован башенкой. Мила слыхала, что в башенке, вроде, должен находиться пулемет. Но ствол, торчавший из этой башенки, был подозрительно толст.

Не сбавляя скорости, бронетранспортер развернул ствол в сторону «сторожки». Гулко ударил выстрел. Да, это был вовсе не пулемет. Бетонная «сторожка» наполнилась изнутри огнем — и лопнула, разлетелась россыпью угловатых обломков, среди которых мелькнули обгорелые человеческие тела.

Бронетранспортер прошел под холмом, шумя и пачкая воздух кудрявой гарью выхлопа. Сразу за первой машиной шла вторая, открытая. Мила видела сверху, что за бронированными бортами скрываются скрываются люди. Вместо касок на головах людей белели одинаковые шелковые тюбетейки.

Один из пассажиров второго бронетранспортера привстал и приветственно махнул рукой в сторону холмов. Мила узнала Нурика.

— Сколько им пилить до дачи? — спросил Макс.

Мила прикинула в уме. Потом ответила:

— Без остановки — минут пять. Больше постов нет, дальше уже ворота. Главные.

Луис сжал кулак.

— Хорошо. Главные и нужны. Сколько людей на даче?

Макс покачал головой, сплюнул.

— Ненавижу экспромты. Даже не знаем, кто там ждет!

Мила снова начала прикидывать в уме. Четверо — на верхней веранде, четверо — у входа. Один человек возле калитки. Вокруг еще шесть человек гуляет. А Бек — при хозяине.

— Шестнадцать, включая Бека. Хотя… Я тут не была уже года три. Все могло перемениться. Чем вооружены — не знаю. Пистолеты, наверное, может быть — еще «калаши».