Сердце в подарок - Лори Хэндленд

Кэтрин подняла глаза на широкое и заботливое лицо своей экономки и улыбнулась.

— Я знаю, что ты хочешь помочь, Мэри. Я подумаю над тем, что ты сказала.

— Только выбрось из головы, что ты сможешь уехать отсюда без меня. — Мэри вернулась к своей грубовато-добродушной манере разговаривать, хотя Кэтрин и заметила, как красноречиво блеснули глаза экономки. — Я собираюсь заботиться о твоем ребенке, и не вздумай со мной на этот счет пререкаться.

Кэтрин кивнула, но так и не смогла ничего сказать. Любовь и преданность пожилой женщины растрогали ее сердце.

Мэри ушла, а Кэтрин все еще оставалась в конторе и засиделась там до глубокой ночи. Чем больше она размышляла над словами Мэри, тем больше находила в них здравого смысла. Она в долгу перед своим ребенком, и это сейчас главное. Да, продажа ранчо перевернет всю ее жизнь. Но ей необходимо подумать о ребенке. Когда-то, не так давно, ранчо «Серкл-Эй» значило для нее все. Она в конце концов обрела свой дом, который ей всегда так хотелось иметь, и она представить не могла, что когда-то вздумает продать это ранчо. Но теперь она знала, что дом ее будет там, где будет жить ее ребенок. Дом ведь это не просто какое-то место, дом — нечто, живущее в твоей душе.

Кэтрин долго смотрела в окно, рука ее покоилась на раздутом животе, где уже шевелился малыш.

Именно в такие минуты, когда Кэтрин оставалась наедине с этим чудом, она больше всего тосковала о Джейке. То и дело, и днем и ночью, она принималась искать его глазами, хотя тут же одергивала себя. Когда Кэтрин слышала, что по дороге к ранчо приближается всадник, у нее замирало дыхание, и она с надеждой ждала… и все время напрасно.

Кэтрин протянула руку и провела кончиком пальца по холодному стеклу. А если бы не случилось этой беременности, сумела ли бы она перебороть свою гордость и разыскать Джейка, чтобы помириться с ним?

Рут и Мэри, обе считали, что Джейк имеет право знать о ребенке. Может быть, так оно и есть… Но Кэтрин не могла заставить себя сообщить Джейку об этом. Однажды она чуть было не разрушила свою жизнь, выйдя замуж за человека, которому нужна была только ради ребенка. Она не разрушит жизнь своего драгоценного малыша, совершив ту же ошибку второй раз.

Кэтрин устало вздохнула и отвернулась от окна. Болела спина. Собственно говоря, болело все — бедра, ноги, ступни. Раздумья о Джейке повергли ее в меланхолию. В носу внезапно защекотало, и Кэтрин чихнула. Она больше не будет рыдать по этому человеку. Но тосковать по нему она будет всю свою жизнь, возможно, даже сильнее, чем сейчас, когда малыш будет напоминать ей о днях, проведенных вместе с Джейком. Однако сейчас не время этому — ей необходимо думать о ребенке.

Осторожно взбираясь вверх по лестнице в свою спальню, Кэтрин приняла решение. Как только появится на свет ребенок и сойдет снег, ее маленькое семейство будет в пути на Запад.

— Да, будет хорошенькая буря, мистер. Сутулый старик посмотрел на Джейка сквозь ледяные струи дождя. Его одинокая фигура была первой на пути Джейка с тех пор, как он выехал из Сент-Луиса рано утром.

— Лучше уж вам на время укрыться здесь.

Джейку и не требовалось смотреть на зловещие черные тучи, чтобы понять, что старик прав. Дождь, перешедший в мокрый снег, сек лицо. Еще час — и ехать станет невозможно. Небо выглядело так, будто вот-вот мокрый снег сменится настоящей вьюгой.

— Если моя компания устроит вас, сэр, я был бы вам очень признателен, — сказал Джейк.

Старик жестом указал ему куда поставить лошадь, а сам скрылся в тепле своей хижины.

Вытирая насухо вымокшее животное, Джейк мысленно перенесся на три месяца назад.

В тот сентябрьский день отцу стало хуже. Последние дни своей жизни он был без сознания. Когда он умер, Джейку пришлось заниматься похоронами, потом он остался еще, чтобы найти управляющего для магазина. Мать тяжело перенесла смерть отца. Джейк и в самом деле не мог оставить ее раньше, чем закончатся рождественские праздники, хотя снедавшее его нетерпение поскорее вернуться в Секонд-Чэнс с каждым днем становилось все невыносимее. Когда наконец он уже мог с чистым сердцем уехать, авария на железнодорожной ветке, которая вела на юг, в сторону Секонд-Чэнса, заставила его в разгар зимы пуститься в путь верхом.

Джейк отправил Кэтрин письмо, в котором разъяснял задержавшие его обстоятельства, но ответа так и не получил. Почта работала ненадежно, и Джейк так и не знал, дошло ли до Кэтрин его письмо или она решила не отвечать на него. Так или иначе, но все возраставшая потребность поехать в Секонд-Чэнс постоянно мучила его.

Начавшаяся буря задержит его по меньшей мере еще на несколько дней. Он яростно выругался, и лошадь попятилась, напуганная звучавшим в его голосе гневом.

Старик оказался хорошим собеседником. Он побывал простым солдатом на войне с Мексикой и изрядно попотчевал Джейка историями тех давно прошедших дней. Снег с дождем шел целых три дня, потом, как Джейк и ожидал, началась настоящая снежная пурга. Когда наконец снова засияло солнце, прошло уже больше недели.

От вынужденной задержки на ферме нетерпение Джейка стало совершенно непереносимым.

— Весьма благодарен вам за укрытие, сэр. Джейк попытался заплатить старику за его гостеприимство.

— Нет, сынок. Это я благодарен тебе за компанию. Если еще когда-нибудь будешь проезжать этой дорогой, заглядывай ко мне.

— Непременно.

Целый день лошадь Джейка пробиралась через глубокие снежные заносы. К ночи Джейк понял, что путь до Секонд-Чэнса займет у него еще целую неделю, если даже не принимать во внимание какие-то другие непредвиденные препятствия.

Шестью сутками позже, невероятно уставший от ночлегов на снегу, Джейк наконец-то подъезжал к Секонд-Чэйсу. К вечеру он будет на ранчо, и если все пойдет нормально, то ляжет спать, в теплую постель. И лучше всего, если рядом с ним будет еще кто-то, о ком он мечтал все эти месяцы.

День медленно тянулся, а Джейк внимательно посматривал на небеса. Сначала они были обычными для серого зимнего дня, однако довольно быстро на горизонте потемнело от мрачных, предвещавших бурю туч. Черные, словно уголь, тучи накатывались со стороны лежавших вдалеке холмов. Джейк пришопорил лошадь, чтобы она бежала побыстрее, но животное уже не реагировало на его команды. Жеребец преодолевал доходившие ему до колен белоснежные сугробы на пределе сил, и Джейку оставалось лишь сочувственно потрепать своего скакуна по шее:

— Теперь уже совсем немного, милый. Ты хорошо поработал в этот раз, спасибо тебе за все.

Джейк внимательно оглядел горизонт, высматривая хоть какие-нибудь признаки города. Они должны уже были появиться. Он ведь совсем рядом. Если удача не отвернется от него, он доберется до ранчо «Серкл-Эй» раньше, чем его настигнет буря. Джейк снова обратил взор на небо, и его настроение упало. Тучи были уже значительно ближе и надвигались все быстрее.