Греция и Рим. Эволюция военного искусства на протяжении 12 веков - Питер Коннолли

В 211 г. основная цель Ганнибала заключалась в том, чтобы снять осаду Капуи, в результате которой вокруг города сосредоточилось шесть легионов. Но операция карфагенян успехом не увенчалась.

В следующем году (211) численность армии снова возросла до 25 легионов. Для этого понадобилось заменить два дезертировавших легиона, составленных из рабов. Весьма сомнительно выглядит утверждение Ливия о том, что в прошлом году седьмой и восьмой легионы были уничтожены Ганнибалом в Апулии, поскольку тогда пришлось бы набирать четыре дополнительных легиона, чтобы довести общее число до 25: задача практически невозможная, учитывая острый недостаток средств. Основной целью в 211 г. становится Капуя: вокруг города сосредоточилось шесть легионов. Ганнибал предпринял попытку снять осаду, перевалил через Апеннины и вновь занял прежние позиции за горой Тифата. Ему удалось переправить в осажденный город сообщение о том, на какое время назначена его атака, чтобы жители Капуи могли нанести удар одновременно с ним, но и римляне не позволили застать себя врасплох. Они поделили пехоту на две части: половина войска, под командованием проконсула Пульхра, обороняла внутренние укрепления, в то время как консул Центумал защищал внешние укрепления против Ганнибала. В сражении участвовала и конница: союзническая — на севере, под командованием Нерона; римская — на юге, под командованием Флакка. Ганнибал вывел армию в долину и ринулся на внешний вал, а жители Капуи одновременно обрушились на внутренние стены. Обе атаки удалось отбить. Осознав, что возможность упущена, Ганнибал отвел войска назад под прикрытием конницы; в противном случае отступающую армию на равнине атаковали бы римские всадники. Снабдив своих воинов десятидневным запасом продовольствия, Ганнибал под прикрытием ночи переправил армию через Вультурн и двинулся по Латинской дороге к Риму, надеясь отвлечь на себя легионы, осаждающие Капую. Как только известия об этом достигли города, в сенате разгорелись бурные споры: многие требовали отозвать легионы. Но Фабий Максим правильно оценил ситуацию и послал сообщение командующим при Капуе, приказывая оставить у городских стен войско, достаточное для продолжения осады, а остальные легионы отправить на защиту Рима. Флакк немедленно разослал гонцов в города, расположенные вдоль Аппиевой дороги, веля заготовить провиант, а сам поспешил вдогонку Ганнибалу по значительно более длинному маршруту вдоль берега. Однако Ганнибал двигался неспешно, по пути разоряя окрестности, чтобы досадить союзникам. Римские колонисты уничтожали мосты, еще больше замедляя продвижение врага, в то время как Флакк и его армия стремительно приближались вдоль моря. Подойдя к Риму, карфагенянин опустошил всю округу, сжигая, грабя и убивая — словом, делая все, что в его силах, чтобы заставить римлян встать на защиту города. Тем временем Флакк добрался до Рима и разбил лагерь между Эсквилинскими и Квиринальскими воротами в восточной части города. Ганнибал подошел к реке Аниен и встал лагерем примерно в 4,5 километра к востоку от города. Утверждения Ливия о том, что Флакк якобы дважды вызывал Ганнибала на бой и в обоих случаях противникам препятствовала непогода, разумеется, чистой воды патриотический вздор. Карфагенянин понял, что маневр его раскусили, и вернулся в южную Италию, бросив Капую на произвол судьбы. А в Капуе положение было отчаянным. Перед жителями города стоял выбор: умереть от голода или сдаться на милость римлян, каковые снисходительностью, как показывал опыт, не отличались. Был созван капуанский сенат, и большинство проголосовало за капитуляцию. Около двадцати восьми сенаторов, изрядно себя скомпрометировавшие в истории с дезертирством города, покончили жизнь самоубийством. На следующий день ворота Юпитера в восточной части города распахнулись настежь и римские войска вошли в город. Оставшиеся в живых сенаторы были взяты под стражу. Двадцать восемь были отосланы в Теан, а еще двадцать пять — в Калы (совр. Кальви), где были публично биты плетьми и обезглавлены ликторами. С падением Капуи оставшиеся кампанские города-дезертиры, Калатия и Ателла, тоже сдались. Семнадцать их сенаторов были казнены, а основную массу населения Кампании либо согнали с насиженных мест, либо продали в рабство. Всеобщее ликование в Риме по поводу возвращения Кампании омрачили вести из Испании: двое братьев Сципионов погибли, а их армии полностью истребили. Тут необходимо вспомнить, что Сципион, разминувшись с Ганнибалом на Роне, отослал своего брата Гнея вместе с большинством кораблей и двумя легионами дальше в Испанию. Гней высадился в массилийской колонии Эмпориях (совр. Ампурьяс), чуть южнее Пиренеев. Последующую военную кампанию комментировать весьма трудно, поскольку Полибий следует в ее описании семейным преданиям Сципионов, а Ливии следует Полибию. Очевидно, римлянам отчасти сопутствовал успех, но насколько значительный — непонятно. Возможно, войска, оставленные Ганнибалом удерживать область к северу от реки Эбро, и впрямь отступили, но предположение о том, что осенью 218 г. они были разбиты наголову, представляется крайне маловероятным. После отхода карфагенян Сципион основал постоянный опорный пункт в Тарраконе (совр. Таррагона). Следующим летом Гасдрубал Барка переправился через Эбро с сорока кораблями и направился к побережью. Сципион воспользовался возможностью сокрушить карфагенский флот, предпринял внезапную атаку и разбил противника в устье реки Эбро, уничтожив шесть кораблей и захватив двадцать пять. Позже в том же году, оправившись от раны, полученной в засаде близ Тицина — левого притока реки Пад, — Публий вышел в море с двадцатью кораблями и 8000 воинами, рассчитывая воссоединиться с братом. Рассказ о том, что братья-римляне переправились через Эбро и в течение осени продвинулись на юг до самого Сагунта, представляется малоправдоподобным. В любом случае в 215 г. они все еще воевали к северу от Эбро, где якобы одержали великую победу над Гасдрубалом Баркой. Любопытно, что речь идет о единственном крупном поражении Гасдрубала до того, как ему суждено было погибнуть при Метавре восемь лет спустя. Даже прославленный Сципион Африканский не смог разгромить его окончательно. Вскорости после того Гасдрубал был отозван назад в Африку усмирять восставших нумидийцев. В Испанию он вернулся только три года спустя, а за это время братья Сципионы вполне могли совершить несколько значительных набегов в те области Испании, что находились под контролем Карфагена, и отбить Сагунт. Весной 211 г. Гасдрубал снова смог вернуться к военным действиям, и тут удача изменила Сципионам. Они поделили армию надвое, рассчитывая двумя клиньями продвинуться в глубь карфагенской территории. Армии по отдельности вступили в сражения с силами Карфагена, в результате чего обе были истреблены, а полководцы погибли. Сципионам расточалось немало похвал за то, что они помешали Гасдрубалу привести подкрепление к брату в Италию. Но поскольку Ганнибал в подкреплении явно не нуждался вплоть до 214 г., а в 214—212 гг. Гасдрубал находился за пределами Испании, этот аргумент, похоже, ни на чем не основан. Остатки римских легионов отступили к своему опорному пункту севернее Эбро, и теперь ситуация в точности соответствовала положению дел семилетней давности. После падения Капуи претор Нерон получил от сената приказ отобрать из двух легионов, находящихся в его распоряжении, 6000 пехотинцев и 300 всадников и отплыть из Путеол в Испанию. События на противоположной стороне Адриатики развивались несколько иначе. В 213 г. Филипп снова вторгся в Иллирию и сумел с боем пробиться к побережью, где захватил город Лисе. Левин, который после того, как двумя годами раньше отбросил войско Филиппа, встал лагерем на берегу Иллирии близ Аполлонии, теперь заключил союз с этолийцами, исконными врагами македонцев, рассчитывая удержать Филиппа в Греции и помешать ему вступить в войну на территории Италии. В конце лета 211 г. обе стороны принесли свои клятвы. В конце 211 г. Марк Клавдий Марцелл возвратился в Рим и был избран консулом на следующий год. Другим консулом стал Марк Валерий Левин, а Гальба, консул прошлого года, отправился в качестве проконсула в Иллирию на смену Левину. Впервые с тех пор, как Ганнибал вторгся в Италию, римляне, уверившись наконец в том, что победа в итоге останется за ними, сочли возможным демобилизовать войска, прослужившие долее прочих. Число легионов в Кампании, что до сих пор являлась основным театром военных действий, сократилось вполовину. Два сицилийских легиона (22-й и 23-й) также были распущены, зато сформировали два новых городских легиона; таким образом, число легионов, несущих службу в Италии и на близлежащих островах, дошло до 21. Теперь центр военных действий сместился в Апулию, каковая в качестве провинции отошла Марцеллу. Левину, второму консулу, поручили ликвидировать последние очаги сопротивления в Сицилии. К концу лета он завершил свою миссию, захватив Агригент и вынудив остальную часть Сицилии к капитуляции. Теперь обе армии приступили к отвоеванию Апулии. Города Эки и Арпы на севере отбили еще до того; теперь же Марцелл занял Салапию — город на побережье Адриатики в 17 километрах к северо-западу от Канн, — а потом вторгся в Самний и захватил две Ганнибаловы базы снабжения. Вторая армия, состоящая из двух легионов (7-го и 8-го) под командованием Гнея Фульвия Центумала, двинулась на Гердонию (совр. Ордона): этот город, подобно Салапии, дезертировал шестью годами раньше, после битвы при Каннах. Ганнибал, прослышав, что Центумал стоит под Гердонией, стремительно поднялся вверх от «носка сапога» — западной оконечности Апеннинского полуострова, — захватил римлян врасплох и истребил подчистую всю армию вместе с полководцем. Эти два легиона находились на воинской службе с 217 г. и последние шесть лет провели в Апулии. Уцелевшие присоединились к Марцеллу в Самний, но позже оказались в опале и были отосланы к каннским легионам на Сицилию. Тем временем Марцелл вторгся в Луканию, вошел в соприкосновение с Ганнибалом и оттуда устремился вслед за противником, на протяжении всего пути вступая в мелкие стычки. Рассказы Ливия о крупных битвах между Марцеллом и Ганнибалом как в этом году, так и в следующем являются вымыслом. Ганнибал двинулся к Апулии; Марцелл последовал за ним. Здесь карфагеняне расположились на зимние квартиры, а Марцелл с войском всю зиму держался поблизости.