В погоне за чувствами - Морин Мур

стоит отлучиться на минутку в комнату ожидания. Здесь несколько человек, которые хотели бы тебя увидеть. Я могу остаться с твоей мамой, – говорит Риз, как только я заканчиваю укладывать маму.

Этот мужчина такой милый, такой заботливый и замечательный, что я не могу поверить, что он мой. Я прижимаюсь губами к маминой щеке.

– Я люблю тебя, мама. И скоро вернусь.

– Не торопись, милая. Я думаю… я в надежных руках, – произносит она, уже погружаясь в сон.

Когда я перевожу взгляд на Риза и вижу, как он застенчиво улыбается, мое сердце замирает в груди.

– Мы обе, мама.

⁂

Направляясь в зал ожидания, я не знала, чего ожидать. Уровень адреналина все еще был на таком высоком уровне, что у меня не было ни сил, ни времени думать о чем-либо другом, кроме как о желании вернуться к маме и убедиться, что с ней все в порядке.

Поэтому, когда я заворачиваю за угол и вижу всех наших друзей, сбившихся в кучу на неудобных пластиковых стульях, у меня отвисает челюсть, а слезы вновь наворачиваются на мои и без того красные и опухшие глаза. Грант, Илай, Лейн и Хэлли. Они все здесь.

Ради меня.

Они пришли, даже несмотря на то, что я не просила о поддержке или моральной помощи.

Хэлли поднимает голову, а затем вскакивает со стула и несется ко мне, окутанная копной кудрявых волос.

– Вив, боже мой! – она врезается в меня так сильно, что я едва не падаю, ее маленькие ручки обвиваются вокруг моего тела, когда она зарывается лицом мне в шею, прижимая меня к себе. – Я так волновалась. Я сходила с ума! С твоей мамой все в порядке?

Я киваю и крепко обнимаю ее в ответ. Я так много от нее скрывала, что теперь чувствую, что не заслуживаю ее доброты. Ее любви.

– С ней все в порядке. Она пострадала, и у нее сломаны ключица и запястье, но в остальном с ней все в порядке. Большое спасибо, что пришла… Я… Мне нужно так много тебе сказать. Мы можем поговорить минутку?

Она отстраняется, убирая с лица свои упругие черные локоны, и кивает с понимающей улыбкой.

– Конечно.

Мы подходим к ближайшим стульям и садимся. Я чувствую на себе взгляды Лейна, Илая и Гранта, поэтому выглядываю из-за Хэлли и слегка улыбаюсь парням, когда они садятся в нескольких рядах от нас, давая возможность поговорить наедине. Они делают вид, что смотрят на кого угодно, только не на нас, и я закатываю глаза. Это мило.

Я беру Хэлли за руку и сжимаю, когда поворачиваюсь, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Моя мама переживает действительно трудные времена. Она… долгое время была на себя не похожа, и я скрывала это от… всех. Большую часть времени она едва может функционировать самостоятельно, но до сегодняшнего дня не хотела обращаться за помощью. Я делала все, что могла, чтобы заботиться о ней, и я ушла из общежития, потому что мне нужны были деньги, которые я скопила, чтобы оплатить аренду квартиры, когда она потеряла работу. Обычно ей трудно даже вставать с постели, но сегодня… она попыталась сесть за руль впервые с тех пор, как мой отец умер. У нее случилась паническая атака за рулем, и она попала в аварию. Врезалась в дерево. Слава богу, с ней все в порядке и она никому не причинила вреда, потому что все могло быть намного хуже… – глаза Хэлли расширяются от шока и беспокойства, пока она ждет продолжения. – Мне так жаль, Хэл. Я должна была рассказать тебе раньше. Я знаю, что этого мало, но я хочу, чтобы ты знала, как мне жаль, что я скрывала это от тебя. Лучшие друзья так не поступают, но я делала это с самыми чистыми намерениями. Это не оправдание, но я просто так много всего пережила. Я не хотела тебя обременять или перекладывать на тебя всю тяжесть своей жизни. Поэтому я просто держала все это в себе. Мне очень, очень жаль.

Ее глаза наполняются слезами, и она отпускает мою руку, наклоняясь вперед, чтобы снова обвить руками мою шею и заключить в свои объятия.

– О боже, Вив. Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через все это. Я знала, что после несчастного случая твоя мама изменилась, но я понятия не имела, что все так… так. Это, должно быть, так тяжело для вас обеих. Я… но я хотела бы знать об этом. Я бы хотела быть рядом с вами. Я хочу быть рядом с тобой.

– Я знаю, мне не следовало скрывать это от тебя. Это… просто мне тяжело, Хэл. Выкладывать все вот так. Я бы хотела быть похожей на тебя в этом плане, быть такой же открытой, впустить людей, которых люблю. Это то, что мне в тебе нравится больше всего. Просто это не легко для меня, особенно после смерти отца. Я знаю, тебе, наверное, больно, что я не была честна с тобой, и мне действительно жаль. Я действительно хотела рассказать тебе обо всем. Поначалу я сдерживалась, потому что думала, что маме станет лучше, но все стало только хуже, и я просто не хотела расстраивать тебя.

Теперь, когда она обо всем знает, с моих плеч сваливается груз. Это еще одно подтверждение того, что я должна была просто рассказать ей обо всем давным-давно.

Она отстраняется, берет меня за руки и качает головой.

– Вив, ты моя лучшая подруга, и я люблю тебя. Ничто из того, через что тебе придется когда-либо пройти, не будет для меня слишком тяжелым, ясно? Это то, что друзья делают друг для друга. Мы поддерживаем в трудную минуту. Настоящие друзья не считают трудности слишком сложными. Ты никогда не будешь слишком, Вив.

От ее слов у меня щемит сердце, и тонкий всхлип срывается с моих губ. Мне нужно было это. Мне нужна была моя лучшая подруга, даже если я не считаю, что заслуживаю ее прощения прямо сейчас. Мне нужно было услышать, что между нами все будет хорошо.

– Спасибо, Хэл. И прости, что не позволяла тебе быть рядом. Я хочу повторить это еще миллион раз, потому что мне кажется, что этого недостаточно, – я делаю паузу, смахивая слезу, прежде чем продолжить. – Мама… она просто так долго боролась, а я была так занята, пытаясь не дать нам обеим упасть духом. Но то, что произошло сегодня… это открыло глаза и ей, и мне. Она хочет получить профессиональную помощь. Начать терапию или,