Системная ошибка - Олег Валентинович Ковальчук

На ликвидацию последствий взрыва ушло часа четыре, не меньше. Мы с Хельгой работали вместе со всеми. Ни к чему больше не осталось времени.

Как заметил один из техников, взрыв должен был произойти гораздо раньше. Детонатор был запрограммирован на вес. Как только экипаж в полном составе покинул бы транспорт, направленный взрыв, накрыл бы всех людей покинувших.

На Кайрона детонация не сработала, потому что весил он не так много.

Нас спасла предусмотрительность строителей этого ангара. Он был до отказа напичкан барьерами, замедляющими любые входящие сигналы. В особенности те, что характерны для взрывных устройств.

Как только мы покинули машину, сигнал сработал. Вот только ответная команда пришла с большим запозданием. Однако ущерб был нанесён немалый.

— Что ты думаешь? — спросила Хельга. — Кайрон договорился с Аланом?

— Не думаю, — бросил я. — Хотя я уже сам не знаю, чему верить.

Спустя час после взрыва мне и Хельге пришло видеосообщение от Боксёра.

И увиденное несколько пролило свет на произошедшее.

— Ну что, ребятки, я вас просил, я вас умолял, на коленях просил, чтобы вы приняли меня обратно. Но раз так, вы мне предали. Теперь я преданный друг, — он расхохотался. — Видите, как я каламбурить умею? А вы этого никогда не ценили. Но раз так…

Объектив камеры повернулся, и мы увидели ту самую местность, где когда-то появились впервые.

— Узнаёте? — продолжил Боксёр. — Серёга, я твою капсулу быстро нашёл. Ты, конечно, хитрый жук. В пещеру её спрятал. Но ничего, смотри.

Боксёр прошагал десять шагов и поравнялся с тёмным зевом той самой пещеры, в которой когда-то я встретил кошку.

— Смотри, как умею, — произнёс он.

В следующий миг раздался звук выстрела, на борту моей капсулы воскрешения появилась дыра, затем ещё одна, ещё. Капсула полыхнула и стала гореть.

— Все, Серёга, нет у тебя больше шансов, — закончил Боксёр. — Кранты тебе. Понял? И ещё, не друг ты мне больше.

На этом сообщение окончилось. Видеосообщение для Хельги было примерно такого же характера, вот только снимала его Риана. И эта психопатка сожгла вообще все капсулы, которые были в том районе.

— Ну и дура, — флегматично заключила Хельга.

Хельга записала ответное видеосообщение.

Сказала Боксёру о том, что у него в хранилище остался подарок. Хельга считала его другом, поэтому это был сюрприз, но он его не заслуживал. Поэтому она потребовала его вернуть.

А затем, спустя минуту отправила сигнал на взрывное устройство, которое когда-то висело на шее Кайрона.

А потом она весело смеялась, зачитывая мне гневное сообщение от Боксёра, который проклинал весь женский род за его коварство.

Мухаметдинов, который к тому времени уже окончил переговоры, заверил, что беспокоиться нам не о чем. Он предоставил нам две запасные капсулы, к которым мы тут же переподключились.

Хотя, признаться, ситуация была очень неприятная. Не то чтобы Боксёр меня чем-то удивил, но осадок неприятный остался. Я всё же надеялся, что он хоть немного искренен.

Затем Мухаметдинов вызвал на разговор меня. Причём Хельгу не позвали.

Мы расположились в его каюте. За небольшим столом.

— Пиво пьёшь? — спросил он.

— Не припоминаю, — ответил я, покачав головой.

— Вот как? Не помнишь, что это за напиток? — удивился он.

Я нахмурился, пытаясь припомнить, но покачал головой.

— Ну, вот попробуй, — протянул он мне стакан наполненный темноватой жидкостью, с белой пеной. — Это местное.

Мы выпили.

Удивительно, но я тут же, прямо моментально вспомнил этот вкус. Я уверен, что раньше мн епиво не нравилось. А тут распробовал. К тому же Мухаметдинов в качестве закуски предложил вяленую рыбу.

— Мы посовещались и решили тебе память пока не возвращать, — будто между прочим произнёс Мухаммеддинов.

— Вот как? — настало время удивляться мне.

— В этом смысла нету, только лишнее время займёт, — поспешил успокоить он меня.

Я нахмурился.

— Нам всем вероятно предстоит погибнуть, — объяснил он. — И если всё пройдёт по плану, очнёмся мы с откатом недели в три. Ну, это мы. Ты забудешь всего лишь эти сутки. Мы со Степновым уже договорились. Вам нужно будет пройти процедуру создания резервной копии памяти. Все воспоминания о том, что с вами случилось с момента высадки, будут отправлены на линкор «Живин». А уже потом, по итогам комиссии, систем решит — вернут вам воспоминания или нет. Но, учитывая все произошедшее здесь и особые обстоятельства, не думаю, что эти воспоминания вам нужны. Однако награды вам будут начислены. В этом даже не сомневайтесь. Представляешь, ты даже помнить ничего не будешь, а на счету прибавится. Чудо! — он рассмеялся.

— Мы ведь не о наградах здесь говорим, — произнёс я, заметив, что капитан не решался начинать неприятный разговор. — Так почему вы не хотите возвращать мне память на самом деле? Думаю, я имею право знать.

— Для того чтобы у тебя не появилось особого мнения, если совсем по-честному, — произнёс капитан. — Сейчас для тебя всё очевидно. Но мы не можем предположить, как изменится твоё восприятие, когда тебе вернётся память. Ситуация у нас довольно критичная. Но лишний жизненный опыт и прожитые годы порой дают излишнюю самоуверенность и чувство собственной исключительности. Нам этого не надо. Нам просто нужно принять решение относительно целой планеты. И учитывая, что стоит на кону, скорее всего, планете суждено погибнуть.

— Всё же вы уверены, что этого не избежать? — спросил я.

— Видишь ли, Глеб намеренно пошёл на то, чтобы объединиться с Кайроном, — ответил Мухаметдинов. — никто из нас кроме Крякина, не обладал таким жизненным опытом и такой силой воли. Не было подходящих кандидатов. Он успел насмотреться всякого, но без сомнения согласился и пошёл на этот шаг. Ему удалили последние воспоминания — все наши обсуждения и планы. Он знал только основную идею. Он должен был объединиться с системой Кайрона и по итогам дать свою экспертную оценку. Её ты уже услышал, — Мухаметдинов помолчал. — Я скажу тебе так. Мнению Глеба Крякина я доверяю больше, чем своему. Если он говорит, что другого варианта нет, значит так и есть. Планете суждено погибнуть.

Я смотрел на капитана Мухаммеддинова и понимал — всё, что он говорит, по сути, истинная правда. Решение, которое пришлось принять и которое он сейчас полностью берёт на себя, справедливо. Слишком много фактов вело именно к этому.

Но в то же время я был на сто процентов уверен, что у Мухаметдинова есть какой-то план. Во всяком случае, я на это надеялся всей душой. В моей голове не укладывалось, что они просто так решатся уничтожить всё живое на Гевее. Ну не могло такого быть. Я