Электричка в Буслаевку - Владимир Анатольевич Тимофеев

и претендентом на выморочное Владение, именующим себя бароном Буслаем.

— А покороче нельзя?! — я решил особо не церемониться с этим «крючкотвором-электриком».

— Формой решения спора договаривающиеся стороны выбрали поединок, — невозмутимо продолжил электромаг…

«Нож в него, что ли, метнуть?»

«С ума сошёл?!»

«Шутка… Ха-ха…»

— …а посему стороны должны выставить по одному поединщику. Местом поединка я назначаю полость защитного поля, появившуюся естественным образом, вне воли сторон…

«Еще неизвестно, насколько естественным. Фиг знает, может, это его работа. Сам эту каверну слепил, а теперь прикидывается. Мол, я не я и лошадь не моя…»

«Кто не моя?»

«Не обращай внимания. Это я просто себя накручиваю».

«Смотри, не перекрути».

«Постараюсь».

— Поединок будет продолжаться до тех пор, пока: «а» — какая-то из сторон не признает себя побежденной, «б» — один поединщик убьёт другого, «в» — кто-то из них выйдет за пределы зоны поединка. Границами зоны являются границы полости…

— А что будет, если кто-нибудь выйдет, потом вернётся и грохнет соперника? — мне захотелось немного потроллить «судью».

— Такого не будет, — чванливо заявил Лициниус.

— Это ещё почему? — высокомерия в моём голосе было не меньше.

— Потому что любой, кто нарушит достигнутую договорённость, получит вот это.

В валяющийся на земле труп ударила ещё одна молния. Мёртвый нукер дёрнулся словно живой. В воздухе запахло озоном.

«Как можно защититься от электромагии?»

Колдунья ответила не сразу.

«Никак. От электричества магической защиты не существует».

«А если мечом?»

Лейка вздохнула.

«Пробовали уже».

«И?»

«За шестьсот лет ни разу не получилось…»

— Я повторяю: любой из присутствующих, включая зрителей, — электромаг бросил красноречивый взгляд в мою сторону.

Я презрительно усмехнулся, но продолжать перепалку не стал.

Лициниус задрал нос.

— Итак. Не позже, чем через минуту поединщики должны выйти в круг. Начального сигнала не будет. Регламент боя — свободный.

«Свободный? Может, мне тогда самому выйти? Ножик швырну и всего делов».

«Чекан тебе не простит».

«Хм, верно. Значит, придётся как договаривались. А я пока за этим хлыщом послежу».

«Каким хлыщом?»

«За Лициниусом. Не нравится мне этот казачок. По всему видать, засланный».

Про «казачка» Лейка ничего уточнять не стала. Видимо, догадалась по смыслу.

«Да, кстати. Твоя магия мне тоже понадобится».

«Что именно?»

«Вода. Очень много воды».

«Зачем?»

«Увидишь».

«Интриган».

«Не без этого».

«Ладно. Тогда я не буду тебя пока отпускать».

«Хитрюга».

«Не без этого» — улыбнулась Лариса…

Меньше, чем через минуту, Чекан уже стоял на «арене» с мечом в руке. Второй он не взял. Сказал, что в бою с Абдуллой «лишний» клинок будет только мешать.

Да, мы не ошиблись. От нукеров на поединок вышел сам темник. То ли решил наказать бывшего сослуживца собственноручно, то ли просто не доверял воинскому умению своих бойцов. В любом случае меня такой вариант устраивал. Про Чекана и говорить нечего. Тот буквально горел желанием прикончить недруга. В этом деле я ему не мешал и не отговаривал. Пусть месть и считается блюдом холодным, но если ей не давать выхода, она вполне может спалить мстителя изнутри. Или наоборот — заморозит саму себя и превратится в давно забытое воспоминание.

Перед выходом я кое о чём попросил воина.

— Да, милорд. Сделаю, как вы сказали, — кивнул Хэм.

— Тогда удачи!

— Спасибо, милорд. Я вас не подведу…

Бой начался буднично. Я бы даже сказал, скучно.

Никакой зрелищности, никакой театральности.

Противники обменялись парой ударов «меч в меч» и пошли по кругу, внимательно следя за движениями оппонента.

Заговорённое оружие — это не шпаги, не сабли и не рапиры. Рингарольская фехтовальная техника мало похожа на ту, что встречается в фильмах про мушкетеров. Ближайший «земной» аналог — джедайские схватки на световых мечах. Удар, блок, отскок. Финтить некогда. Любое касание заканчивается серьёзной раной. Поэтому и «спортивная составляющая» здесь совершенно не катит. В реальном бою мало кольнуть противника первым. Надо еще и уйти от ответного выпада. Поэтому один на один мечники действуют осторожно. Когда силы равны, защита важнее атаки. Наоборот — это если «стенка на стенку». Как объяснял Чекан, в групповых схватках победу чаще одерживают атакующие, поскольку страхуют друг друга и действуют сообща, выбивая соперников поодиночке, наваливаясь, когда двое на одного, когда трое, а когда и четверо-пятеро.

Однако здесь и сейчас численное преимущество создать невозможно.

В помощниках у бойцов только опыт, умение и удачливость…

Хотя…

«Лара!»

«Да?»

«Смотри только на схватку, а я сейчас замагичусь».

«Поняла. Буду смотреть».

«Да, и не забудь про воду».

«Уже приготовила».

«Сколько?»

«На пару ливней».

«Отлично!»

Что ни говори, а всё-таки есть у телепатии свои плюсы…

«Согласна. Есть».

«Подглядываешь?»

«Подслушиваю».

«Вот ведь…»

«Сам виноват».

«Знаю».

«А раз знаешь, то…»

«Всё. Ухожу из реала».

«Удачи»…

И снова передо мной магический мир. Точнее, изнанка реальности — именно так я решил называть то, что вижу и где уже несколько раз побывал. Белый огонь, башня, холодный ветер, лёд, под которым людские ауры. Всё то же, всё так же… Однако есть и отличия. В двух шагах от меня полынья, а в ней… нет, не вода, а что-то вязкое и тягучее, похожее на кисель. Кромки у полыньи то оттаивают, то вновь намерзают. Это границы каверны, в которой бьются сейчас Чекан с Абдуллой. А вот и сами они, напоминающие двух светящихся птиц, увязших в колдовском киселе. Малиновая — это Хэм, жёлтая — ханский темник. Их клювы — это мечи. Они сталкиваются и расходятся, повторяют движения друг друга, поднимаются, опускаются, качаются из стороны в сторону.

Левее и дальше какая-то тень в бледно-сиреневом ореоле. По контуру — человек.

Ба! Да это же наш законник Лициниус собственной персоной.

Чем, интересно, он занимается?

Ага, так я и думал. Пакостит помаленьку… гарант, едрить твою в дышло…

Смотреть на реальный мир глазами Ларисы и собственными на мир магический было весьма интересно. Но ещё интереснее оказалось сравнивать две картинки. На первой старший региональный инспектор гордо стоял на балконе и с независимым видом взирал на происходящее на земле. На второй электромаг третьего ранга Гай Рихтер Лициниус, изогнувшись как кот над банкой сметаны и воровато оглядываясь, посылал магоимпульсы в одну из бьющихся в полынье «птиц». Конкретно — в жёлтую, то есть в темника. В привычной реальности я бы и не заметил связывающий Лициниуса и Абдуллу энергопоток. А в «изнанке» эту ярко светящуюся нить не обнаружил бы только слепой.

Какие цели преследовал электромаг, зачем он подпитывал энергией Абдуллу — об этом я догадался не сразу. Первое, что пришло на ум, и самое очевидное —