Схороните мое сердце у Вундед-Ни - Ди Браун

"На пятый день, - сообщал Джозеф, - я отправился к генералу Майлсу и отдал ему свое ружье". По поводу капитуляции Джозеф произнес яркую речь, записанную в английском переводе лейтенантом Чарльзом Эрскином Скоттом Вудом, которая со временем стала наиболее часто цитируемой речью американских индейцев:

"Скажите генералу Говарду, что я знаю, что у него на душе. То, что он говорил мне прежде, я сохранил в моем сердце. Я устал сражаться. Наши вожди убиты. Зеркало мертв. Тухулхулзоте мертв. Все старейшины мертвы. Теперь юноши говорят "да" или "нет". Тот, кто вел юношей [Оллокот], мертв. Наступили холода, а у нас нет одеял. Дети умирают от холода. Кое-кто из моих людей убежал к холмам, и у них тоже нет одеял, нет пищи; никто не знает, где они, возможно, они замерзли. Мне нужно время на поиски наших детей, чтобы узнать, сколько их еще можно отыскать. Возможно, я найду их среди мертвых. Слушайте меня, мои вожди! Я устал; мое сердце страждет и скорбит. С сегодняшнего солнца и впредь я вовеки не стану сражаться".

С наступлением ночи, в то время как обсуждались условия капитуляции, Белая Птица с отрядом несгибаемых воинов, разбившись на маленькие группы, прокрались по оврагам и пешие бросились в сторону канадской границы. На второй день пути они пересекли ее, а на третий день заметили в отдалении конных индейцев. Один из приблизившихся индейцев подал знак: "Из какого вы племени?"

"Неперсе, - ответили они и спросили: - А вы кто?" "Сиу", - последовал ответ.

На следующий день Сидящий Бык привел беглецов-неперсе в свой канадский поселок.

Что касается вождя Джозефа и остальных неперсе, то о свободе для них не могло быть и речи. Вместо того чтобы отправить их в Лапуай, как обещал Медвежий Мундир, солдаты погнали их, как скот, погрузили на пароход и доставили в форт Ливенворт, штат Канзас. Там в заболоченной пойме их содержали в заключении как военнопленных. После того как умерло почти сто человек, их перегнали на бесплодную равнину на Индейской территории. Как в свое время пленные модоки, неперсе начали болеть и умирать от малярии и сердечных заболеваний.

Чиновники и господа из христианских обществ часто посещали их, выражали свое сочувствие пленникам и посылали бесчисленные отчеты в различные организации. Джозефу устроили поездку в Вашингтон, где он встретился со всеми великими вождями правительства. "Все они говорили о своих дружеских чувствах ко мне, - рассказывал он, - и о том, что со мной поступят справедливо, но, хотя их уста все время произносили хорошие слова, я не понимал, почему же ничего не делается для моего народа... Генерал Майлс пообещал, что мы сможем вернуться на родную землю. Я поверил генералу Майлсу, а иначе я никогда бы не сдался".

Далее следовал страстный призыв к справедливости: "Я слышал лишь разговоры да разговоры, но ничего не делалось. Добрые слова долго не живут, если они ничем не оборачиваются. Словами не расплатишься за моих убитых. Словами не расплатишься за мою землю, которую сейчас опустошают белые люди... Добрые слова не дадут моим людям здоровья и не избавят их от смерти. Из добрых слов не построишь дом, в котором мой народ мог бы жить мирно, сам заботясь о своих нуждах. Я устал от никчемных разговоров. Мое сердце сжимается, когда я вспоминаю все добрые слова и нарушенные обещания.... Скорее реки потекут вспять, чем свободнорожденный человек удовлетворится жизнью в загоне, не имея свободы пойти, куда он хочет... Я спрашивал иных белых вождей, кто дал им власть утверждать, что индеец должен жить в одном месте и видеть, как белые идут туда, куда им заблагорассудится. Я не услышал их ответа.

Оставьте мне свободу - свободу передвигаться, останавливаться, работать, торговать там, где я хочу; свободу выбирать учителей, исповедовать веру предков, думать, говорить и действовать по своему усмотрению, - и я подчинюсь любому закону и понесу любое наказание".

Но никто его не слушал. Джозефа отправили обратно на Индейскую территорию, где он и жил до 1885 г. К этому времени в живых осталось всего 287 пленных индейцев неперсе, большинство из которых были слишком молоды, чтобы помнить былую вольную жизнь, или слишком стары, больны и духовно сломлены, чтобы представлять угрозу для могущества Соединенных Штатов. Кое-кому из уцелевших разрешили вернуться в резервацию Лапуай. Вождя Джозефа и еще около 150 человек считали слишком опасными, чтобы держать их вместе с остальными индейцами неперсе, на которых они могли оказывать влияние. Правительство пароходом отправило их в Неспелем, в резервацию Колвилл в штате Вашингтон, где они и доживали в изгнании свои дни. Когда 21 сентября 1904 г. Джозеф умер, врач агентства сообщил, что причиной смерти было "разбитое сердце" вождя.

XIV. ИСХОД ПЛЕМЕНИ ШАЙЕНОВ

Мы были на юге и очень страдали в тех краях. Многие умерли от болезней, для которых у нас нет имени. Сердца наши искали родину и томились по ней. Нас оставалось так мало, и все, что мы хотели, - это немного земли, на которой мы могли бы жить. Мы оставили неразобранными наши вигвамы и бежали в ночь. Солдаты шли за нами следом. Я выехал к солдатам и сказал им, что мы не хотим сражаться; мы лишь хотим пройти на север, и, если они нас не тронут, мы никого не убьем. В ответ солдаты дали залп. После этого нам пришлось пробиваться, но мы убили лишь тех, кто стрелял в нас первым. Мой брат, Тупой Нож, увел половину группы и сдался возле форта Робинсон... Они отдали свои ружья, и тут белые убили их всех.

Окумгахе (Волчонок), из северных шайенов

Мы просили всего лишь позволить нам жить, и жить мирно... Мы склонились перед волей Великого Отца и пошли на юг. Но там нет жизни для шайена. Потому мы пришли домой. Не лучше ли, думали мы, умереть сражаясь, чем погибнуть от болезней... Вы вольны убить меня здесь, но вы не сможете заставить меня пойти обратно. Мы не пойдем. Есть только один способ доставить нас на юг - прийти к нам с дрекольем, разбить наши головы и замертво оттащить туда.

Утамелапашме (Тупой Нож), из северных шайенов

После знакомства с различными индейскими племенами, я считаю шайенов лучшими представителями этой расы.

Трехпалый (полковник Рендал Маккензи)

В 1877 г. в Месяце, Когда Всходит Зеленая Трава, когда Бешеный Конь привел людей племени оглала-сиу в форт Робинсон сдаваться, разрозненные группы шайенов, присоединившиеся к нему зимой, тоже отдали лошадей и оружие, полагаясь на милость победителя. Среди вождей шайенов находились Волчонок, Тупой Нож, Стоящий Лось и Дикий Кабан. Всего шайенов было около тысячи человек. Две Луны и 350 шайенов, отделившиеся от остальных после боя у реки Литл-Биг-Хорн, отправились к реке Тонг в форт Кью и сдались Медвежьему Мундиру Майлсу.

Шайены, прибывшие в форт Робинсон, рассчитывали жить в резервации вместе с племенем сиу, согласно договору 1868 г., подписанному Волчонком и Тупым Ножом. Агенты из Бюро по делам индейцев сообщили им, однако, что этот договор обязывает их жить либо в резервации сиу, либо в резервации, выделенной для южных шайенов. Агенты советовали северным шайенам переместиться на Индейскую территорию и жить со своими родичами - южными шайенами.

"Нашему народу были не по душе эти речи, - рассказывал Деревянная Нога. - Мы все хотели остаться на своей земле, рядом с Блэк-Хилс (Черные холмы). Но у нас был сильный вождь Стоящий Лось, все время твердивший, что лучше бы нам отправиться на Индейскую территорию. По-моему, из всего нашего племени с ним согласились только человек десять. Нам казалось, что он говорил так только для того, чтобы стать важным индейцем в глазах белых людей".

Пока власти решали, что делать с северными шайенами, вожди "синих мундиров" из форта Робинсон вербовали некоторых воинов в разведчики для розыска разрозненных отрядов, которые все еще оставались на свободе и не желали соглашаться с неизбежной капитуляцией.

Лейтенант кавалерии Уильям Кларк убедил Волчонка с несколькими воинами сотрудничать с ним. Кларк носил белую шляпу, и поэтому шайены назвали его Белая Шляпа. Вскоре они обнаружили, что Белая Шляпа действительно симпатизирует индейцам, интересуется их образом жизни, культурой, языком, религией и обычаями. (Позднее Кларк опубликовал научный трактат о языке жестов у индейцев.)

Волчонок мог остаться в форте Робинсон с Белой Шляпой, но, когда из Вашингтона пришли приказы о переводе шайенов на Индейскую территорию, он решил идти со своим народом. Перед тем как отправиться в путь, встревоженные вожди шайенов попросили созвать последний совет с участием Трехзвездного Крука. Генерал попытался успокоить их, предлагая им пойти и взглянуть на Индейскую территорию; если им там не понравится, они смогут вернуться на север. (Во всяком случае, так переводчики передали слова Крука.)

Шайены хотели, чтобы и Белая Шляпа отправился с ними на юг, но армейское командование приказало сопровождать индейцев лейтенанту Генри Лотону. "Он был хорошим человеком, - говорил Деревянная Нога. - Он всегда был добр к индейцам". Они называли Лотона Высокий Белый Человек и были очень довольны, когда он стал предоставлять старикам и больным для дневных переездов солдатские фургоны, а для ночлега - армейские палатки. Высокий Белый Человек следил также за тем, чтобы каждый получал достаточно хлеба и мяса, кофе и сахара.