Оборотная сторона полуночи - Сидни Шелдон

Она повернулась к монахине и спросила:

– Что помещается в этом здании?

Монахиня молча покачала головой и жестом предложила им подождать. Они смотрели, как она отправилась к старому каменному зданию, находившемуся на дальней стороне двора. За домом, на выступающем над морем мысе, они увидели кладбище, на котором рядами росли высокие кипарисы.

– От этого места у меня мурашки забегали по телу, – пожаловался Ларри.

– Словно мы попали в прошлые века, – удивилась Кэтрин. Безотчетно они говорили шепотом, как бы боясь нарушить здешнюю тишину. В окнах главного здания они заметили любопытные лица одетых в черное женщин, с интересом рассматривавших их.

– Это что-то вроде монастыря-психушки, – решил Ларри.

Из здания появилась высокая худая женщина в монашеском одеянии и заспешила прямо к ним. У нее было миловидное и доброе лицо.

– Я сестра Тереза, – представилась она. – Чем могу служить?

– Мы просто проходили мимо, – стала оправдываться Кэтрин, – и заинтересовались этим местом.

Она посмотрела на прильнувшие к окнам лица.

– Мы вовсе не собирались нарушать ваш покой.

– Мы не избалованы посетителями, – ответила сестра Тереза. – У нас почти нет связей с окружающим миром. Мы – члены монашеского ордена кармелиток, которые дали обет молчания.

– На какой срок? – спросил Ларри.

– На всю оставшуюся жизнь. Только мне одной разрешается говорить, и то лишь в тех случаях, когда это необходимо.

Кэтрин глядела на большой тихий двор и с трудом сдерживала дрожь.

– И отсюда никто никуда не выходит?

Сестра Тереза улыбнулась.

– Нет. В этом нет надобности. Наша жизнь сосредоточена в стенах монастыря.

– Простите, что побеспокоили вас, – извинилась Кэтрин.

Сестра кивнула головой.

– Ничего страшного. Идите с Богом.

Кэтрин и Ларри покинули монастырь. За ними медленно закрылись огромные ворота. Кэтрин оглянулась, чтобы еще раз взглянуть на это заведение. Оно напоминало тюрьму. В некотором смысле здесь было даже хуже. Вероятно, потому, что сюда шли добровольно исполнить епитимью, сознательно отказываясь от нормального существования. Кэтрин подумала о молодых женщинах, которых она видела в окнах здания. Они до конца жизни отгородились от мира этими стенами и заживо замуровали себя в монастыре, где пребывают в постоянно глубоком молчании, словно лежат в могиле. Она знала, что никогда не забудет этого места.

21. НОЭЛЛИ И КЭТРИН. АФИНЫ, 1946 ГОД

На следующий день рано утром Ларри отправился в деревню. Он пригласил и Кэтрин, но та отказалась, заявив, что лучше подольше поспит. Как только Ларри ушел, Кэтрин встала с постели, наскоро оделась и поспешила в спортивный зал гостиницы, с которым ознакомилась еще накануне. Тренер, греческая амазонка, велела ей раздеться и критически осмотрела ее фигуру.

– Вы ленитесь, ленитесь, – упрекнула она Кэтрин. – Раньше у вас была хорошая фигура. Если вы согласны усиленно заниматься, Theou thellondos – милостью Божьей – ее можно поправить, и она вновь станет хорошей.

– Да, я согласна, – ответила Кэтрин. – Ну что ж, посмотрим, как Бог придает нам форму.

Каждый день она тренировалась под руководством амазонки, прибегая к мучительному, но улучшающему фигуру массажу, соблюдая спартанскую диету и выполняя изматывающие упражнения. Кэтрин скрывала от Ларри свои занятия в спортзале, но к концу четвертого дня она настолько изменилась, что он сам обратил на это внимание.

– Пребывание здесь идет тебе на пользу, – заметил он. – Тебя просто не узнать.

– Да, меня теперь не узнать, – ответила Кэтрин и неожиданно смутилась.

В воскресенье она пошла в церковь. Раньше Кэтрин никогда не видела греческой православной церкви. Кэтрин полагала, что в такой деревушке, как Янина, попадет в маленькую сельскую церковь, но удивилась, когда вошла в большой богато украшенный храм с мраморным полом, красивыми и сложными резными изображениями на стенах и потолке, десятком огромных серебряных канделябров перед алтарем и фресками на библейские темы. Богослужение вел худой и смуглый священник с окладистой черной бородой. На нем была отделанная золотом красная риза и высокая черная шапка.

Вдоль стены вытянулись деревянные скамьи, а за ними ряды деревянных стульев. Мужчины сидели впереди, а женщины сзади. «Наверное, мужчины попадут на небеса первыми», подумала Кэтрин.

Священник начал читать молитву на греческом языке под церковное песнопение. Затем он сошел с помоста и направился к алтарю. Раздвинулся красный занавес, и появился седобородый патриарх в богатом одеянии. Перед ним на столе лежала украшенная драгоценностями ритуальная шапка и был водружен золотой крест. Старик зажег три соединенные вместе свечи, символизирующие, по мнению Кэтрин, Святую Троицу, и передал их священнику.

Обедня длилась целый час. Кэтрин наслаждалась зрелищем. Она думала о том, как ей повезло, и, наклонив голову, воздавала хвалу Господу.

На следующее утро Кэтрин и Ларри завтракали на веранде своего домика и любовались озером. Погода стояла великолепная. Светило солнце, с озера дул легкий ветерок. Завтрак им принес приятный молодой официант. Кэтрин сидела в утреннем халате. Когда вошел официант, Ларри обнимал ее и целовал в шею.

– Какую прекрасную ночь мы с тобой провели, – нежно щебетал он.

Официант подавил улыбку и скромно удалился. Кэтрин слегка смутилась. Обычно Ларри не выказывал на людях своих чувств. «Он и вправду изменился», подумала Кэтрин. Как-то так выходило, что стоило горничной или посыльному войти к ним в комнату, и они обязательно заставали Кэтрин в объятиях Ларри, который открыто выражал ей свои чувства, словно хотел, чтобы весь мир узнал, как сильно он ее любит. Кэтрин это очень трогало.

– Я заранее позаботился о том, чтобы нам чудесно провести утро, – похвастался Ларри и показал рукой на восток, где виднелась высокая гора, вершиной уходящая в небо. – Мы залезем на гору Цумерка.

– У меня правило, – заявила Кэтрин. – Никогда не забираться на гору, название которой не можешь написать.

– Да ладно тебе. Говорят, оттуда открывается потрясающий вид.

Кэтрин почувствовала, что Ларри настроен серьезно. Она еще раз взглянула на гору. Склоны ее показались Кэтрин почти отвесными.

– Милый, я не сильна в альпинизме, – предупредила она.

– Да это будет самая обычная прогулка. Идешь себе по тропинке вверх, и все. Но если тебе не хочется туда, я схожу один, – добавил он крайне разочарованным тоном.

«Можно легко отказаться, остаться дома и наслаждаться прекрасным днем. Соблазн весьма велик, но Ларри хочет, чтобы я отправилась с ним». И Кэтрин решила сделать так, как хочет Ларри.

– Хорошо. Пойду поищу свою альпинистскую шляпу, – согласилась она.

По лицу мужа Кэтрин видела, какое огромное облегчение принесло ему ее согласие, и она обрадовалась, что решила пойти вместе с ним. Помимо всего прочего, это может быть интересно.

Раньше она никогда не лазила по горам.

Они поехали к расположенному на краю деревни лугу, где начиналась горная тропа, и оставили там машину. У дороги был небольшой ларек, в котором Ларри купил бутерброды, фрукты, сладости и большой термос кофе.

– Там, наверху, хорошо, – похвастался он владельцу ларька. – Мы с женой собираемся заночевать на горе.

Он обнял Кэтрин, и, глядя на них, владелец ларька улыбнулся.

Кэтрин и Ларри подошли к началу тропы. Собственно говоря, было две тропы, расходившиеся в разные стороны. Кэтрин призналась себе, что напрасно трусила. Она решила, что подняться на гору будет нетрудно. Обе тропы казались ей достаточно широкими и не слишком крутыми. Когда она подняла голову и посмотрела на вершину, та выглядела суровой и неприступной. Но ведь они не полезут так высоко, а пройдут вверх лишь небольшое расстояние и устроят привал.

– Пойдем сюда, – предложил Ларри и повел Кэтрин по тропе, ведущей влево.

Владелец ларька с беспокойством посмотрел им вслед. Может, побежать за ними и сказать, что они выбрали не ту тропу? Этот маршрут опасен и предназначен для опытных альпинистов. Но тут к ларьку подошли покупатели, и грек забыл об американцах.

Солнце нещадно жгло, но, по мере того как они поднимались выше и выше, подул легкий ветерок, который становился все прохладнее. Кэтрин очень нравилось такое сочетание жгучего солнца с прохладным ветерком. Время от времени Кэтрин смотрела вниз и удивлялась, как высоко они уже забрались. Воздух становился разреженней, и дышать было все труднее. Теперь она шла за Ларри, потому что тропа так сузилась, что не позволяла им идти рядом. Кэтрин думала о том, когда же они наконец остановятся и сядут отдохнуть.

Ларри почувствовал, что Кэтрин отстает, и решил подождать ее.

– Извини, – задыхаясь, обратилась она к Ларри. – Высота уже слегка сказывается на мне.

Кэтрин посмотрела вниз.

– Да, нам долго придется спускаться с этой горы.