Бастарды его величества - Альма Либрем

жизненными силами Кэранта, он мог думать только об этом. Только о свежем потоке волшебства, который наполнял его тело столь желанным могуществом.

Кэрант крепче сжал руку Даркена и рванул его за себя, увлекая за собой на самый центр комнаты. Его магия медленно текла в чужое тело. Сначала - тот излишек, который он получил от Лорейн, наследие отца, подаренное королём Эдмундом. Следом за ним уходили и собственные силы.

Даркен торжествовал. Улыбка на его лице была горделива, преисполнена радости. Он наслаждался той силой, которую так легко отдавал Кэрант, упивался ею, считал себя всемогущим.

А потом опустил взгляд на руку.

Кожа Даркена тоже покрывалась пятнами. Вены вздувало. Вместе с магией в его тело переходила и чума. Да, Кэрант умирал, и теперь ему не хватило бы сил, чтобы пережить чуму во второй раз, но он не задумывался об этом. Единственное, чего хотел мужчина - спасти Диану. Подарить ей счастье. Он был готов дойти до конца.

Даркен задрожал, попытался вырвать руку из чужой хватки, но, когда высвободился, они оба рухнули на пол.

- Ты...

- Отравил тебя, - Кэрант закрыл глаза. - Теперь можно и умереть.

Сил не оставалось. Он наблюдал за происходящим из-под полуприкрытых век и видел, что Даркена чума победила ещё не окончательно. Он имел силы бороться.

- Папа... - он повернул взор к лорду Ортему. - Папа, помоги мне. Папа...

Последнее слово было произнесено с огромным трудом. Он смотрел на Ортема с плохо скрываемым обожанием, как безумцы смотрят на своих жертв. Но лорд сделал шаг к своей племяннице.

- Ты мне никто, - произнёс он. - Я дал тебе силу только для того, чтобы убрать всех лишних и помочь Диане взойти на трон. Она должна была выйти замуж за кого-нибудь, чтобы занять престол и не раскрывать тайны. Я просто отомстил Эдмунду таким образом. Жаль, что мой план не сработал до конца.

Губы Даркена задрожали. На его глазах выступили слёзы. Он дотянулся до кинжала, взглянул на Диану, и Кэрант почувствовал, как его сердце почти остановилось в страхе за девушку. Неужели всё зря?

- Она не виновата... - из последних сил прошептал он. - Ты не отомстишь ему... так...

Даркен встал через силу.

- Сын... - прохрипел он. - Вельможи сын... Живой.

Его взгляд был направлен на бессознательного, беспомощного Вилфрайда. Диана вскрикнула от ужаса, подалась вперёд, но она уже ничем не могла помочь актёру.

Своему кузену.

Лорд Ортем не позволил себе остановиться. Он метнулся вперёд, раскинув руки, заступил сына, и кинжал ударил его в грудь.

Ортем, казавшийся прежде богатырём, зашатался. Его лицо вмиг потеряло всякий румянец, а потом он медленно зашатался и упал в какое-то странное, наполненное не воздухом, а чем-то вязким пространство. Обрушился на Даркена - и умер.

Ложный бастард захрипел, запустил пальцы в волосы Ортема. По его щекам потекли кровавые слёзы. Чумные пятна, расползавшиеся по телу, охватили всю кожу. Светлые волосы напоминали солому, тёмные глаза в один миг посветлели, а спустя секунду стали и вовсе белыми.

Даркен умер. Магия вырвалась из его груди и заметалась по комнате.

Диана сорвалась со своего места, наконец-то вырвавшись из ступора.

- Кэрант! - он слышал, как девушка звала его. - Кэрант!.. Прости меня...

- Ты устала, - прошептал он, не в силах открыть глаза. - Прошу тебя, отдохни. Живи, Диана. Живи...

Он видел сквозь полуприкрытые веки, как сверкали рубины на наследной короне. Ярко, будто маленькие солнца. Они полыхали так, напоминая о том, что Диана должна править Алиройей. Это её удел, её право, её цель.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я спасу тебя, - она сжала его руки. – Кэрант, ты слышишь? Мы найдём способ…

- Нет, - возразил он, вырывая свои ладони из чужой хватки. – Тогда ты заразишься. Уходи, Диана. Уходи…

Кэрант был готов сдаться. Он чувствовал, что совершил то, для чего был предназначен. Любовь – вот что держит огненного мага на краю пепелища и не позволяет ему выгореть до дна. Любовь – то, что не позволяет ледяному замёрзнуть до смерти. Кэрант не ждал от судьбы другого дара. Если ему суждено умереть, то пусть это случится вот так.

Чумная магия, вырвавшаяся из умершего Даркена, ударила его в грудь. Кэрант выгнулся дугой и вновь осел.

- Этого хватит? – Диана погладила его по щеке. – Ведь ты выжил, когда был ребёнком… выжил. Ты можешь ещё раз!..

- Нет, Ваше Величество, - покачал головой Кэрант. – Я больше на это не способен.

Он обречённо закрыл глаза. Весь мир померк.

- Диана…

- Да?

Её слёзы капали на его лицо. Кэрант облизнул пересохшие губы и почувствовал солоноватый привкус. Диана… Как он хотел ещё раз обнять её. Поцеловать напоследок. Признаться в любви…

Что ж, на последнее ему ещё хватало сил.

- Диана, - прошептал Кэрант, - я люблю тебя. Больше всего на свете.

- Я тоже, - она склонилась к мужчине, и Кэрант чувствовал её дыхание на своих губах. – Я тоже люблю тебя. Больше жизни.

Она прикоснулась к его губам.

Сначала мир был пуст. В нём не существовало ничего, даже Дианы. Кэрант не мог пошевелиться. Болезнь выпила из него все силы, и он чувствовал себя рабом собственного тела. Обнять бы её… Но для этого надо было стать призраком, а что-то держало Кэранта на этом свете и не позволяло умереть.

Потом он ощутил поцелуй. Тёплый, яркий, наполненный пламенем…

Всё тело наполнила боль. Диана вливала в него своё пламя. Теперь чума переползала и на неё, поедала прекрасное девичье тело, оставляя закованный в огненное платье скелет. Диана вливала в Кэранта свой огонь, дарила ему жизнь, жертвуя своей.

Кэрант почувствовал себя здоровым. Таким, каким никогда не был прежде. Пламя, туман, лёд – всё это соединилось в нём, смешалось и теперь дарило ощущение удивительной лёгкости и счастья. 

Губы Дианы стали ледяными.

Он не мог позволить ей умереть. Не мог дать девушке расстаться с собственной жизнью просто так, в обмен на его.

Вся эта дикая смесь должна была принадлежать Диане.

Кэрант вновь поцеловал её, пытаясь вдохнуть в омертвевшие губы всё то, что королева передала ему. Его руки крепко обняли обмякшую девушку, и огонь, такой чуждый его крови, потёк обратно.

Магия выплёскивалась на свободу. Она заливала всё вокруг. Мертвецов, бессознательного Вилфрайда, людей, кричащих где-то там, вдалеке…

Болезнь вернулась. Но зато Диана теперь была жива. Теперь она обладала магией, которой прежде не было ни у кого.

Кэрант верил: его любимая станет лучшей королевой.

Но она сопротивлялась. Не позволяла оставить её в живых. Она вновь вернула поцелуй Кэранту, и теперь уже его наполняла чужеродная, безграничная сила, призванная привязать к этому миру и не позволить утонуть в пучине чумы.

Кэрант не сдавался. Диана тоже. Они