Марсианская святая - Сергей Сизарев

сварную платформу, они старались двигаться как можно тише — металлический пол был подобен барабану и мог выдать их шаги. В пустующей будке охраны Беккет разделся до нижнего белья и, убрав одежду в рюкзак, бросил его в угол будки. Противоосколочный комбез можно было носить только на голое тело — он практически не пропускал тепла, и в нём мгновенно становилось душно и влажно. Это, в некотором смысле, было Сэму на руку — раз комбинезон был теплонепроницаем, датчики движения, установленные стариком, не смогут его заметить.

Опустив забрало шлема и изготовив пистолет к бою, детектив вжался в стену и выглянул за угол. Перед ним была грузовая площадка, а сразу за ней — двухэтажное здание вокзала. Нужно было пробежать каких-то пятьдесят метров по гулкому стальному листу. Кивнув спутнице, Сэм послал команду на запуск эскалаторов. В ту же секунду, как они заработали, Беккет выскочил из-за угла и бросился к крыльцу.

Вспышек выстрелов он не видел. Короткая очередь ударила Сэма в живот, и свет для него погас.

Очнувшись, Сэм долго лежал с открытыми глазами. На потолке кровью было написано «РАЗБУДИ МЕНЯ, КАК ПРОСНЁШЬСЯ». Повернув голову набок, он увидел Миранду. Она, как и он, лежала на грязном полу будки охраны, постелив под себя пуховик. Под головой у неё был чехол от Зингера. Сам сшиватель плоти, грязный и извалянный в пыли, лежал рядом, у неё под рукой. Похоже, она спала.

«Опять вся в крови вымазалась», как-то безразлично заметил детектив. Протянув руку, он толкнул спутницу в голое плечо. Ноль реакции. Он толкнул ещё несколько раз. Наконец, она разлепила глаза и бессмысленно уставилась на стену.

— Как ты? — спросил он.

Она что-то коротко ответила на незнакомом ему языке.

— Я не понимаю.

— Это значит, что мне очень-очень плохо, — ответила напарница. — Нет, так не объяснить. В русском есть специальное слово для обозначения таких состояний. В дженерике его просто нет.

— Ну и холодина тут. Так и околеть недолго, — возмущённо пробормотал Бекет.

— Разве? — удивилась Миранда. — А по мне так вполне приятная прохлада.

— Ты же, вроде как, ненавидишь холод, — напомнил детектив.

— А сейчас вдруг полюбила, — огрызнулась швея.

— Что случилось? Почему мы здесь? — мужчина приподнял голову, чтобы обнаружить себя лежащим нагишом на измазанном кровью термолюксовом пуховике.

— Ты получил четыре бронебойно-зажигательных в живот, — объяснила Миранда. — Твой противоосколочный костюм разорвало как простую тряпку.

— Это не может быть. Этого просто не может быть, — ошалело прохрипел Сэм, поднявшись на локте. — Старик никогда, слышишь, никогда раньше не использовал бронебойно-зажигательные. Только осколочно-фугасные.

— Простая интуиция? — предположила спутница.

— Это не смешно.

— Он мог знать, что ты будешь в броне, — Миранда села, подложив под себя чехол.

— Но откуда? — задал ей вопрос детектив. — Мы же никому не рассказывали.

— Ты купил комбинезон на деньги Экзархии, — напомнила швея. — По меньшей мере, о покупке знала Клементина.

— Всё-таки она нас сдала, — зарычал от злобы Беккет.

— Как по мне, так мы с самого начала предназначались на убой, — стала разминать шею женщина.

Детектив уставился на неё так, словно видел впервые. Уж никак он не ожидал услышать такое от Миранды.

— Она сказала как-то, что я могу пожертвовать тобой, если так будет нужно для расследования, — вспомнилось Сэму.

— Мне она сказала то же самое, но только про тебя, — призналась напарница.

— Но зачем ей это? — повторил Сэм уже набивший оскомину вопрос.

— Я-то почём знаю, — пожала плечами Миранда. — Она ведь зачем-то продлевала жизнь Захарию все эти десятилетия. Возможно, виной всему какие-то её тёмные делишки, которые не должны всплыть наружу. Мне кажется, она саботировала расследование с самого начала — те таблетки, выбор тебя в качестве детектива.

— Почему ты говоришь мне об этом только сейчас? — подозрительно прищурился Сэм.

— Не знаю. Просто подумалось вдруг.

— Лучше бы ты раньше была такой догадливой, — укорил Миранду Беккет.

— Где твои рукава? — мужчина заметил, что рукава у чёрного платья напарницы теперь отсутствовали.

— Я оторвала их. В них не было толку. Они намокли от крови и только мешали тебя реанимировать, — объяснила швея.

— Как я выжил? — поинтересовался детектив.

— Чудом, не иначе.

— Где мой бронекостюм?

— Я сбросила его вниз. Он больше не пригоден — просто груда заскорузлого тряпья. Надень свою старую одежду, — Миранда указала на рюкзак, валявшийся в углу будки.

— О господи, только не опять! — простонал Сэм, скользя взглядом по своему телу, в очередной раз изуродованному швами и скобками. — Ну кто так зашивает? Неужели нельзя было аккуратно?

Изогнувшись, он ощупал свой торс по кругу.

— Это что — кольцевой шов? Меня что — располовинило? — вскрикнул от ужасной догадки Беккет.

— Брось глупости говорить. Если бы тебя разорвало, ты бы тогда не выжил, — отмахнула от него Миранда.

— Но шов…

— Просто мне было удобно шить тебя по кругу, чтобы строчку не обрывать. Переворачивай и шей, переворачивай и шей, — швея покрутила пальцем в воздухе, показывая, как удобно и легко ей было.

— Что ты залила в меня на этот раз? — простонал Беккет.

— О чём ты?

— В прошлый раз ты залила в меня воду из уличного гидранта вместо крови.

— А, не парься подробностями. Я справилась, и всё тут.

— Стоп! А сколько времени прошло? — вдруг встрепенулся Сэм.

— Три часа.

— Три часа! — воскликнул детектив. — Эскалаторы всё ещё работают на подъём?

— Да, — подтвердила напарница. — Лифт по-прежнему наверху. Если бы он заработал, мы бы сразу почувствовали вибрацию.

Пересилив слабость, Беккет встал на ноги и стал озираться в поисках пистолета. Оружие лежало поблизости — на пыльном табурете.

— Почему старик до сих пор не пришёл и не добил нас? — спросил он у Миранды.

— Из-за дронов, — коротко ответила та.

— Каких ещё дронов? — не понял Беккет.

— Я позвонила Клементине, когда тебя зашила. Она вызвала снизу, от армейских складов, четыре охранных дрона. Они бронированы, так что старик не может их так просто уничтожить — даже бронебойными микро-ракетами. Дроны патрулируют периметр здания и жарят в окна микроволновыми пушками. Для человека это не