Бал кинжалов. Книги 1-2 - Жюльетта Бенцони

Лувр вернулся король. Он услышал колокол, поинтересовался, о ком он звонит, и, похоже, — как я жалею, что не видела этого собственными глазами! — впал в невероятный гнев. Он приказал арестовать вашу отвратительную тетку и, по словам милого Жуанвиля, который больше всего на свете любит рассказывать о том, чему не был сам свидетелем, пообещал вымести из Парижа всю фло... итальянскую клику своей жены, если только Бассомпьер опоздает и не спасет вас. Наш возлюбленный король даже вернулся к мысли о разводе со своей супругой. Сейчас при дворе очень неспокойно.

— А-а... какое он принял решение относительно меня?

— Пока еще никакого, но всем нам назначена встреча на завтрашний день. Я пришла к вам, чтобы узнать, как вы себя чувствуете, и сообщить, что приеду завтра за вами после обеда. Его Величество решил собрать всех, кто принимал участие в ваших злоключениях, и прояснить наконец все обстоятельства. Само собой разумеется, туда приглашена и моя дочь, мадам де Верней, и вы не можете себе представить, как мы обе этому рады. Впервые за долгие годы она и толстая банкирша окажутся в одном зале дворца. Это будет... великолепно! — радостно заключила она и захлопала в ладоши, словно была юной девушкой и собиралась на первый в своей жизни бал.

— Там будут присутствовать господин де Кур-си и господин де Сарранс?

— Может ли быть иначе? Вы не знаете, но вчера они колотили друг друга, как два неотесанных извозчика, и, чтобы хоть как-то их утихомирить, прево д'Омон отправил их обоих в Шатле, но из предосторожности в разные камеры.

— Господи! Только этого не хватало! — горестно воскликнула Лоренца. — Они же друзья чуть ли не с детства! Выходит, что я поссорила их!

— Не принимайте близко к сердцу, дорогая! Эта история стара, как мир. Петушки живут дружно, но стоит появиться курочке, как они затевают войну. И не думайте печалиться по этому поводу, — проговорила мадам д'Антраг, поднимаясь со стула. — Лучше помолитесь как следует за того, кто дважды спас вам жизнь. Если бы судьи послушались второго, лежать бы вам уже под землей. Думайте в первую очередь о себе, милочка. Кстати, я принесла вам платье, чтобы завтра вы выглядели как положено. Вы как-никак вдова, и черное будет вам к лицу!

С этими словами Мария д'Антраг поцеловала Лоренцу в лоб, ласково погладила ее по голове в знак ободрения и оставила наедине со своими мыслями.

Часть III.

Гроза над Лувром

Глава 11

Оскорбление

По зрелом размышлении Генрих решил, что дело Лоренцы, деликатное со многих точек зрения, лучше слушать не в стенах Лувра. Слишком уж много задует сквозняков и столкнется подводных течений. И он попросил у своего друга де Сюлли предоставить ему помещение для встречи в Арсенале. Де Сюлли не только возглавлял артиллерию, не только исполнял должность министра финансов, но был к тому же главным посредником и примирителем в королевском семействе и эти свои обязанности исполнял едва ли не чаще других.

Арсенал был для де Сюлли и командным пунктом, и домом родным. Этот маленький дворец, расположенный неподалеку от Бастилии, был отреставрирован Генрихом в 1594 году и теперь выполнял функции несгораемого шкафа Франции. От Сены его отделяла чудесная аллея вязов, его окружал восхитительный сад, и в хорошую погоду королевская чета любила устраивать там пиршества. Иной раз случалось, что королева просила предоставить ей в этом дворце Большой зал, чтобы устроить в нем спектакль. Балеты она обожала и в дворцовых представлениях обычно исполняла главную роль...

Природа не наделила Максимильена де Бетюн, маркиза де Рони и герцога де Сюлли элегантной внешностью, столь необходимой для дипломатов. Он был толст, к своим сорока шести годам совершенно облысел, зато носил густую длинную бороду, глаза у него были голубые и холодные, а характер отвратительный, но работать он мог круглосуточно, и благодаря его трудам разоренная религиозными войнами Франция стала процветающей страной. Вне сферы его влияния оставались лишь вопросы внешней политики, которыми ведал ненавидимый им герцог де Вилеруа. Де Сюлли считал это своим временным недосмотром и надеялся в один прекрасный день его исправить.

С двенадцати лет он подружился с Генрихом, и дружба их оставалась нерушимой. Время от времени они ругались и ссорились, но все бури и испытания прошли вместе.

В красивую гостиную, располагавшуюся рядом с кабинетом герцога де Сюлли, слуга ввел дам д'Антраг, дочь и мать, которые сопровождали донну Лоренцу. Лоренца на этот раз была в черном бархатном платье, отделанном черным мехом, лицо ее скрывала черная вуаль, прикрепленная булавками к уложенным короной золотым волосам. При необходимости вуаль можно было легко откинуть. Лоренца была бледна, но не дрожала. Все три дамы заняли места, которые им были указаны, по правую руку от кресел, приготовленных для Их Величеств. По левую сторону стояло множество стульев. В камине горел огонь.

Де Сюлли вошел в гостиную сразу же вслед за дамами с обычным для него высокомерным видом. Мать д'Антраг он приветствовал с некоторой теплотой, зато дочь обдал ледяным холодом. Ей он был обязан множеством бессонных ночей, проведенных в поисках убедительных доводов, которые могли бы склеивать опять и опять разбиваемое ею вдребезги королевское супружество. Лоренцу он видел впервые, потому что не был в день ее представления королевскому двору в Фонтенбло, и удостоил девушку подобием улыбки.

— В самом деле, — вынес он свое суждение после того, как внимательно на нее посмотрел.

Мадам де Верней уже приоткрыла рот, чтобы спросить, что он имеет в виду, но тут в гостиную вошли Жан д'Омон и Жак Санген в сопровождении судей, а вместе с ними Тома де Курси и Антуан де Сарранс, но уже не в качестве узников, хотя лица их явно побледнели после пребывания в камерах Шатле. Взгляды обоих юношей сразу же обратились в сторону Лоренцы, но если Тома послал ей радостную улыбку, то Антуан удостоил мрачной злобой, от которой Лоренца хоть и вздрогнула, но почувствовала, что в ней воспрянул боевой дух. К сожалению, оказалось, что молодой де Сарранс был ничем не лучше своего отца! Тот же ужасный характер и та же жестокость, недаром он по-прежнему желает ей смерти... Только Господь Бог знает, что бы с ней сталось, попади она в руки этого красавца!

Появление королевской четы отвлекло ее внимание от Антуана. Все присутствующие склонились в низком поклоне.

—