Обитель теней - Питер Страуб

– А между прочим, это все из-за него… Подумать только, даже Скелет вознамерился украсть у меня дядю Коула… – Дэл всхлипнул. – Мне хотелось наказать его, чтобы он мне отплатил за все… – Теперь Дэл тупо смотрел на не правильно выпавшие карты. Внезапно он заговорил быстро-быстро, почти без остановки:

– Я смотрел на него, только о нем и думал, а ты как раз заговорил с Маркусом Рейли, и я чувствовал себя просто ужасно после слов Бобби Холлингсуорса по окончании игры, и сразу вслед за этим я увидел тебя, Том, увидел тебя вместе с ним: ты смотрел прямо на меня, но больше никто тебя не видел – и это было так же отвратительно, как в тот день когда я сломал ногу, – я возненавидел все вокруг, весь мир, и я даже не мог поговорить с тобой, Том… – Дэл закрыл ладонями лицо. Продолжал он уже медленнее:

– Ну, в общем, я задумал избавиться от Скелета. Мне казалось, что мистер Брум и все остальные сразу же подумают на него. Я и представить себе не мог, что все так обернется… – Он, снова всхлипнув, посмотрел на Тома как побитая собака. – Да, я заставил его взять фигурку. Раньше я ничего подобного не делал, а тут мне как-то неожиданно стало ясно, что у меня это должно непременно получиться.

Пришлось сосредоточиться так, что у меня чуть не разлетелась голова от напряжения. И все же я его заставил! – Он опустил глаза, потом опять взглянул на Тома. – В результате я стал причиной всего, что произошло после этого: пожар, смерть Дейва Брика и.., все остальное.

– Нет, – задумчиво проговорил Том, – ты здесь ни при чем. Это все он.

– Кто – Скелет?

– Твой дядя.

– Дядя?! С какой стати?

– Понимаешь, Дэл, то, что он делает, похоже на… – Том замолчал, подыскивая слова, потом положил ладонь на карточную колоду. – Вот на это. Он тасует всех, кто его окружает, как ему заблагорассудится, творит что захочет, вытаскивает двойку, когда ты ждешь туза, – понимаешь меня? Пожар, человеческая жизнь – все это для него очередная пара карт, не более того. Он уверен в собственной непогрешимости, добро и зло он не отличает друг от друга.

– Но ведь это я заставил Скелета взять сову, – настаивал Дэл.

– И сам мне только что сказал, по какой причине.

– Ты говоришь так потому, что настоящего мага из тебя не выйдет, – снова взялся за свое Дэл.

– На эту тему спорить с тобой не собираюсь, – вспыхнул Том, но тут же подавил злость. – Послушай, Дэл, Роза считает, что нам всем необходимо бежать отсюда. По ее мнению, твой дядя потерял самоконтроль и вообще больше не может влиять на события. Она за нас с тобой боится, да и за себя тоже.

Последнее замечание, очевидно, проняло Дэла:

– Роза в самом деле боится?

– До такой степени, что хочет бежать, причем с нами вместе.

– Н-да, я, может быть, поговорю с ней… Если, конечно, это на самом деле так.

Ни к чему конкретному в результате разговора они не пришли, однако Том мог быть доволен уже тем, что Дэл с ходу не отверг саму мысль о возможности побега. Беседовали они до самого рассвета. В какой-то момент Дэл поднялся, зажег свечу и выключил электричество. Так они и сидели у письменного стола, на расстоянии трех футов друг от друга, и постепенно настороженность одного и раздражение, смешанное с чувством собственной вины, второго сменились взаимным пониманием той огромной роли, которую их дружба призвана сыграть в жизни обоих. Огонек свечи делал атмосферу между ними все теплее. Они говорили обо всем: о магии и картах, о школьной жизни и, конечно же, о Розе.

Несмотря на некоторые недоговоренности с обеих сторон, то была, пожалуй, лучшая ночь из проведенных ими вместе, ночь, когда к ним вернулась старая дружба, давшая в последнее время трещину. Вернулась она, однако, в последний раз, и в глубине души оба это понимали.

Глава 7

В продолжение следующей недели (которая предшествовала болезни Тома и его встрече с дьяволом) так получилось, что видеться они стали крайне редко, главным образом за завтраком и ужином. Время завтрака сдвинулось с восьми до десяти утра, затем почти до самого полудня, и в конце концов завтрак совпал с обедом Ложились они не раньше часа или двух и тем не менее почти не разговаривали друг с другом, словно все темы были исчерпаны в той ночной беседе. Дэл почти все время проводил в большом зале, упражняясь, чтобы, когда наконец наступит его час, быть полностью готовым.

Том же все это время занимался тем, что загорал на пляже и купался, нежась на спине под ласковыми солнечными лучами на спокойной, без малейшей ряби, водной глади. Он выяснил, что, расслабляясь и делая длинные, размеренные гребки, может запросто переплывать озеро. На противоположном берегу он обнаружил маленький пляж, не более пяти футов шириной. Попав туда впервые, он, обнаженный, вытянулся на песке и незаметно для себя уснул. Во сне ему привиделся мистер Пит со своими троллями, которые обошли его вокруг, однако будить не стали. Когда же он проснулся, оказалось, что на песке отпечаталось множество следов.

На другой день, когда по их новому распорядку было еще раннее утро, Том отправился в лес, где наткнулся на Дэла.

Тот сидел в задумчивости на пеньке, на той самой поляне, от которой отходила похожая на туннель узенькая просека.

– Ой, – Дэл вздрогнул, – это ты? Привет. А я вот.., сижу тут.., решил немного прогуляться.

– И я тоже, – ответил Том. – Пройду-ка, пожалуй, немного дальше.

Оба, конечно, поняли, что каждый из них надеялся где-нибудь в лесу повстречаться с Розой Армстронг. Том помахал другу рукой и исчез за деревьями. На лице Дэла было яснее ясного написано, что появление Тома отнюдь не привело его в восторг.

Лес шел полого под уклон, и где-то через полчаса впереди заголубело озеро. Желтая полоска песка просматривалась за деревьями. Том направился туда.

Выйдя к озеру, он увидел на другом берегу пирс, похожий на указующий перст, а также разинутую пасть лодочного домика, у которого со стороны озера, как известно, стены не было. Обитель Теней на холме сверкала всеми своими окнами под косыми лучами солнца. Дом казался неким могущественным божеством, слишком погруженным в себя, чтобы обращать внимание на мирскую суету.

Следы все еще оставались на песке.

Том, переступив через них, направился по высокой кустистой траве в противоположную от берега сторону и вскоре очутился в тополиной рощице с выкошенной травой. Местность эта напоминала парк. Заросшая грунтовая дорога, видневшаяся впереди, плавно уходила влево.

Через минуту перед ним предстало довольно неказистое сооружение с порванным матерчатым навесом над покосившимся крыльцом: то был летний домик, который словно бы простоял тут долгие годы без обитателей. Над хижиной нависали деревья. Том медленно, осторожно приблизился и заглянул внутрь. Два ветхих кресла стояли на веранде, за подлокотник одного из них зацепилась перевернутая пепельница, а прямо на полу валялся раскрытый порнографический журнал. Цветная глянцевая картинка изображала толстомясую бабищу с раздвинутыми, поднятыми вверх ногами. Том прислушался – изнутри не доносилось ни звука.

Тогда он юркнул на веранду и приоткрыл дверь в комнату. Кровать, на ней расстеленный спальный мешок с подушкой, фанерный платяной шкаф с несвежими, измятыми рубашками на проволочных плечиках внутри… На стенах – множество картинок с голыми женщинами.

Полуоткрытая дверь вела из спальни в гостиную. Мебель тут была такой же ветхой, частично ломаной, в воздухе висел застоявшийся сигарный запах. Боковые двери, очевидно, вели в кухню и в другие спальни. На полу валялось множество пивных, и не только пивных, бутылок – разумеется, пустых. Сиденье одного из кресел было порвано, оттуда клочьями торчала вата.

Вдруг хлопнула дверь и прямо к нему простучали чьи-то быстрые шаги. На мгновение Том прирос к месту, затем попятился к выходу.

В дверь скользнула Роза Армстронг в закатанных до колен джинсах и голубой водолазке. Увидев его, она выронила полотенце.

– А ты как здесь оказался? – вытаращила она глаза на Тома.

– Да вот, – промямлил он, наблюдая, как она поднимает полотенце, – гулял в лесу и забрел сюда случайно… Неужели ты тут живешь?

– Ну конечно, нет, – рассмеялась Роза и подошла к нему, осторожно ступая по захламленному полу. – Идем-ка отсюда побыстрее. Видишь ли, у меня нет ванной, поэтому я вынуждена приходить сюда, когда они отлучаются. Идем же, от этого гнусного места у меня мурашки по коже.

– Так почему бы тебе не купаться в озере?

– Ага, чтобы они меня разглядывали?

Взяв Тома за руку, Роза потянула его на веранду, оттуда на крыльцо, вон из дома.

Чуть бледноватое лицо Розы дышало свежестью. По сравнению с прошлым разом она выглядела еще моложе и в то же время как бы повзрослела: на ее таком нежном, воздушном личике пролегли еле заметные морщинки возле уголков рта. Том вдруг понял, что впервые видит ее при дневном свете.

– Туда, – сказала она, ведя его через заросшую дорогу под сень раскидистых тополей. – Ну вот, здесь уже лучше.