Цирк уродов - Джек Блэксмит

Эрих Вейс решил рассказать студентам и журналистам о «Ловцах Душ», переродившихся в секту «Просветленные дети Бога», и о роли Асмодея в организации этой опасной метаморфозы.

Гарри был настроен решительно, как никогда. Он твердо решил посадить графа Вудворда в тюрьму.

Но спириты каким-то образом пронюхали о его плане…

…Во время перерыва в комнату, где отдыхал фокусник, вошли несколько человек. Это были боевики «Ловцов Душ». Обычные крепкие парни, не мутанты. Они схватили Гудини и молча стали его избивать.

Неожиданно в комнату вошел полицейский. Увидев происходящее, он положил руку на рукоять револьвера и выкрикнул:

— Что здесь происходит?!

Парни остановились.

— Мы решили проверить, — сказал один из них, — правда ли, что уважаемый иллюзионист может переносить сильнейшие удары без вреда для организма.

Полицейский повернулся к фокуснику:

— Это правда?

Второй громила закрыл дверь, вытащил из-за спины охотничий нож и выразительным жестом указал пальцем на горло полицейского.

— Правда, — прохрипел Гудини.

Полицейский окинул их подозрительным взглядом и вышел. Один из посланников Магистра повернулся к Гудини:

— Если ты скажешь хоть слово о нас, твоя жена умрет. Ты понял?

— Хорошо… — превозмогая боль, кивнул Гудини.

— И еще одно. Ты должен будешь забрать из банка в Нью-Йорке свой дневник.

— Зачем вам дневник?

— Магистр думает, что у тебя там записаны не только секреты фокусов.

Гудини изменился в лице, и громила довольно осклабился:

— Ага, вижу, наш Господин не ошибся и на этот раз. Сроку тебе — три дня.

Они ушли.

Жене Гарри ничего не сказал. Вечером следующего дня он выехал поездом в Детройт. В дороге иллюзионисту стало плохо. С вокзала его отправили прямиком в больницу. Диагноз был неутешителен: острый перитонит. Жить больному осталось считаные часы…

…теперь дневник хранится у меня.

Я понимаю, что должен был выполнить последнюю просьбу Гудини — рассказать о «Ловцах Душ», переродившихся в «Просветленных детей Бога» и прекратить их преступную деятельность. Но признаю — у меня не хватило духа. Мне было страшно. За себя… За свою семью… За свою душу. Да-да, несмотря на весь скептицизм, я верю, что «Ловцы Душ» обладают настоящей черноймагией.

Гудини был бесстрашен. Я не настолько храбр, как мой учитель. Мне стыдно. И мне с этим жить. Это очень тяжело, поверьте мне и… простите.

Надеюсь, когда-нибудь этот дневник попадет в руки по-настоящему смелого человека. Чистого умом и храброго сердцем. Человека, который не побоится бросить вызов темным силам и уничтожит «Ловцов Душ», чье место в Аду.

На этом записи в дневнике заканчивались.

Все встало на свои места. Первоначально «Просветленные дети Бога» были сектой медиумов и убийц. Они были «Ловцами Душ». Хотя почему — были? По сути, они ими и остались. Спустя век дневник случайно нашелся, и секта решила уничтожить компромат, способный разрушить многомиллионный бизнес, прикрываемый религиозной деятельностью. Для этой миссии троица Светлейших во главе с Апостосом наняла Алхимика.

Доказать, что Логан Макморан и Виктор Вудворд — одно и то же лицо, представлялось Алексу вполне реальным делом. В церкви «Просветленных детей Бога» хранится множество вещей, принадлежавших «мессии» Макморану. А в музее Скотленд-Ярда наверняка до сих пор имеются фотографии и отпечатки пальцев знаменитого английского преступника — графа Виктора Вудворда.

Алекс стиснул зубы.

Главари «Просветленных детей Бога» должны ответить за убийства ни в чем не повинных людей. Но Светлейшие никуда не денутся. Более важным и срочным оставалось прежнее дело.

Найти и арестовать Алхимика.

Глава 4

Профессор

С утра Алекс начал тихо собираться, стараясь не разбудить Николь. Но не успел он натянуть ботинки, как услышал за спиной голос:

— А позавтракать?

Он обернулся. Николь, в короткой ночной рубашке, стояла, прислонившись к косяку спальной двери. Заспанное лицо, растрепанные волосы. Очаровательное зрелище. Алекс подошел к ней и, зарывшись в волосы, поцеловал в шею.

— Нет времени. Лучше поужинаем вместе.

— Ты даже не скажешь, что это была лучшая ночь в твоей жизни?

— Да, неплохо было.

— Сволочь! Во сколько будешь?

— Не знаю. Как получится.

Он собирался ехать к профессору, на которого указал капитан Уиллард. Тащить с собой дневник Гудини к бывшему сослуживцу Алхимика не хотелось. Кто его знает, как там дело обернется?

— Я у тебя одну вещь оставлю, хорошо? А вечером заберу. Только ты про нее никому не рассказывай, договорились?

Он вложил дневник в руки девушки.

Дверь ему открыла женщина лет сорока. Бледное худое лицо без макияжа, затянутые назад волосы, длинное черное платье.

— Да?

— Здравствуйте, профессор Либерман дома?

— Кто вы?

— Меня зовут Алекс Смирнов, — показал он удостоверение.

Из глубины дома раздался недовольный голос:

— Мари, кто там на этот раз?! Рекламщики или сектанты?

Она оглядела молодого человека с ног до головы. Задержала подозрительный взгляд на шраме и, не оборачиваясь, громко сказала:

— ФБР.

— ФБР? Так чего ты их на пороге держишь?

Женщина поджала губы и нехотя посторонилась, пропуская гостя. Алекс шагнул в коридор. Судя по экспрессии, звучавшей в голосе профессора, он должен был выскочить из комнаты навстречу гостю. Алекс даже успел представить суетливую походку и нервно жестикулирующие руки.

Но, к его удивлению, из комнаты, жужжа мотором, выкатилось инвалидное кресло, в котором сидел полный мужчина лет шестидесяти с длинными седыми волосами и взлохмаченной бородкой. Под выпученными глазами торчал классический еврейский нос. Ноги профессора были укрыты клетчатым пледом.

— Как вас зовут?

— Алекс Смирнов. Вот мое удостоверение. Вы можете уделить мне немного времени?

— Почему бы и нет? Давно у меня гостей не было. — Профессор ловко развернулся на месте и покатил в глубь дома. — Следуйте за мной.

Алекс шагнул следом и едва не налетел на неожиданно остановившегося хозяина дома.

— Мари, сделай нам кофе! — не оборачиваясь, крикнул профессор.

— Вам нельзя кофе, сэр.

— Я за что тебе деньги плачу? И сигары не забудь!

Когда женщина вышла из комнаты, он пробормотал:

— Пора менять сиделку.

— Почему?

— Она заставляет меня вести здоровый образ жизни.