Узы любви - Кэндис Кэмп

— Я приведу с собой несколько человек. Ты только покажи мне, где это.

— Ладно, приводи, покажу.

Порывшись в кармане, Хэмптон дал ей несколько монет.

— Жди меня здесь, пока я не вернусь со своими людьми. Позже я дам тебе еще денег.

Девушка пожала плечами и кивнула. Мэттью опрометью кинулся на корабль за подмогой. Когда часом позже он вернулся вместе со своей вооруженной до зубов командой, девушка от удивления открыла рот.

— Да у тебя здесь целая армия! — воскликнула она.

— Не вся, — Хэмптон улыбнулся, исполненный того ледяного спокойствия, которое всегда приходило к нему перед сражением.

— Теперь веди нас, дорогая, ну же!

Девушка схватила шаль и поспешила на улицу в предрассветный холод. Улицы были тихи, лишь то там, то здесь валялись спящие пьянчужки. Хэмптон, Пелджо и другие матросы следовали за девушкой молча. Мэттью не составило труда убедить их помочь ему спасти Кетрин. Она ведь кормила их в плену, ухаживала за ранеными после боя, и они давно уже привыкли считать ее как бы членом экипажа.

Внезапно девушка остановилась.

— Вон тот дом, напротив.

— Ты уверена?

— Да.

— Молодец! — он сунул в ее руку еще несколько монет, и она засеменила поскорей прочь.

Размашистой походкой Хэмптон подошел к входу и попробовал открыть дверь. Заперто. Он спокойно достал револьвер и выстрелил в замок, затем ногой пнул дверь, и она распахнулась. Оказавшись посреди опустевшей к утру гостиной, он взял пепельницу и швырнул ее в зеркало. На грохот появился сонный охранник, вывалившись откуда-то из коридора. Увидев наведенное на него орудие, он замер.

— Я хочу видеть Перл, — сказал Хэмптон.

— Перл! — вместо крика из горла вышибалы вырвался шепот, и ему пришлось крикнуть еще раз.

— Черт подери! Я только что легла спать! Что происходит? — Перл резко остановилась наверху лестницы.

— Мадам, я пришел сюда по поводу вашего пополнения. Высокая девушка с темно-золотыми волосами и глазами цвета янтаря.

Последовала вопросительная пауза. Глаза Перл выкатились.

— Неужели вы…

Хэмптон засмеялся.

— Мэттью Хэмптон, мэм. Она угрожала вам моим гневом? Она вполне могла это сделать! Где она?

— Я не знаю, о ком вы говорите! — пришла в себя Перл.

Хэмптон прицелился и выстрелил. Осколки хрустального канделябра рассыпались по полу. На лице Перл появилось упрямое выражение. Выстрел. Еще один канделябр оказался разбит вдребезги. В припадке гнева Мэттью кинулся вверх по лестнице, схватил Перл за руку и заломил ей руку за спину.

— Где она?

— Я не знаю, о ком вы спрашиваете. Хэмптон приставил к ее виску револьвер.

— Где она?

— Ладно, — поспешно ответила Перл, — я отведу вас к ней. Скатертью ей дорога! Она разбила окно, набила Харри шишку на голове размером с яйцо и чуть не убила ножом Паркера.

Мэттью разразился радостным хохотом:

— О, это Кетрин, все правильно! Веди меня к ней! Пелджо, со мной! А вы, ребята, пройдите по всем этажам и выкиньте всех охранников, девушек и посетителей. Ломайте все, что найдете, зеркала, мебель, бутылки. Крушите все! А ну, пошли, Перл!

Он как следует подтолкнул ее, и она заковыляла по лестнице.

Громкие голоса и грохот ударов заставили Кетрин проснуться. Ее затуманенный разум никак не мог понять причину этих звуков. Все казалось таким далеким. Слабый смех достиг ее слуха, и она слегка улыбнулась: Мэттью! Но Мэттью, конечно, здесь не могло быть. Она попыталась собрать воедино обрывки смутных мыслей, но сдалась и закрыла глаза, чувствуя себя словно на облаке.

Под дулом револьвера Перл вскарабкалась быстрее обычного в мансарду, где была комнатка Кетрин. Она отперла дверь и ступила в нее в сопровождении Мэттью Хэмптона и Пелджо. При виде бледного и хрупкого лица Кетрин, спавшей на ветхой и грязной постели, Мэттью остановился как вкопанный.

Заслышав шум в своей комнате, Кетрин еще раз попыталась проснуться. Ее веки задрожали и открылись, она уставилась на вошедших мутным взором и никого узнала. Хэмптону пришлось проглотить комок в горле, прежде чем он смог говорить.

— Кетрин? Кетрин, это Мэттью! Ты понимаешь меня? Это Мэттью. Я пришел, чтобы забрать тебя отсюда.

Кетрин, чуть нахмурившись, взглянула на него. И вдруг слезы выступили у нее на глазах, и она воздела к нему руки, как ребенок.

— Мэттью, — прошептала она.

Не видя ничего, как во сне, Мэттью сунул свой револьвер в руку Пелджо и подошел к Кетрин. Обернув ее несвежей простыней, которой она была укрыта, он нежно поднял ее на руки. Кетрин доверчиво обвила его шею руками и склонила голову на его плечо.

— Мэттью, я знала. Я знала, что ты придешь. Я говорила ей.

Мэттыо повернулся к выходу, его лицо было таким холодным и полным бешенства, что у Перл перехватило дыхание, и она сделала шаг назад.

— Пелджо, поджигай! Мадам, считайте вам повезло, что я не вырезал вам сердце.

Он прошагал мимо нее и направился к выходу, загромыхав сапогами по лестнице. Кетрин опять забылась сном, и ее тело покоилось у него на руках. Он нес ее по улицам трущоб, над которыми занимался рассвет, бережно прижав к себе мощными руками, ставшими от ярости тверже стали.

К черту их всех! Проклятье всем, включая его самого, кто когда-либо насиловал, обижал ее и причинял ей боль. Что они с ней сделали? Ее накачали наркотиками? Почему она на грани безумия? Почему у нее странные, замедленные движения? Она едва была похожа на прежнюю Кетрин. Неужели, это случилось… ее упрямый и непокорный дух оказался сломлен? У Мэттью возникло чувство, словно его сердце кто-то сжал железной рукой и выдавил из него всю радость, все ощущения, все счастье, пока не осталась одна холодная пустота.

Он поднялся на борт «Сюзан Харпер» и вошел в свою каюту, где осторожно положил ее на кровать. Тихонько стащив с нее простыню, он едва не воскликнул от ужаса при виде бесчисленного числа коротких алых шрамов, разбросанных по всему ее телу, и обилия синяков, оставленных жадными и похотливыми руками.

Стараясь не разбудить ее, он отвернул одеяла и уложил ее на чистую простыню. Затем он сам устало присел на край кровати, охватив свою голову руками. Милостивый боже, она никогда не простит его! И он себя сам не простит.

Медленно и печально он стянул с ног сапоги, затем встал и снял с себя одежду. Он заполз в постель под одеяло рядом с Кетрин и привлек ее к своей груди, держа в своих объятиях, словно в колыбели. Наконец и его сморил сон.

Глава 14

Прошло много времени, прежде чем Кетрин проснулась. На секунду ей подумалось, что она все еще спит — лежит в объятиях Мэттью, прижавшись щекой к его обнаженной груди и слушая медленный и ровный ритм его дыхания, не совпадающий с ритмом покачивания корабля. Но постепенно ее разум, все еще несколько туманный, удостоверился, что это не сон, а явь.