Как приручить наставника. Пособие для ведьмы (СИ) - Либрем Альма

— Это моя жена, Марта, — он обнял девушку за талию, притягивая к себе. — Папенька, знаешь ли, натворил дел, а разгребать их мне не хочется. Так что мы с Мартой решили навестить тебя и заодно переждать время. А то, когда выйдем, — Зар ухмыльнулся точь-в-точь как Танмор, — сажать нас будет некому. От Сияющего, вероятно, останутся одни только кости. Ну, это мне как раз и надо.

Оллада явно была довольна ответом. Марта же поразилась тому, насколько органично подобное признание было произнесено Зарданом — если б она не знала, что в самом деле творится у него в душе, то наверняка поверила бы в весь этот бред.

Вот только убедительными слова Зара показались не только для неё.

— Ваше Высочество?! — раздался за спиной дикий вопль Риорика. — Что это за такие гадости вы говорите?! Это что вы такое на себя наговариваете?!

Марта досадливо закатила глаза. Надо же. И как они могли забыть об этом премилом наследном рыцаре?! Разумеется, без него не может произойти ровным счетом ничего! Как же! Чтобы Рик не влез и ничего не испортил из-за своего длинного языка, да просто быть такого не может!

— Высочество? — изогнула брови Оллада. — Однако, мой сын не был принцем. Я что-то о тебе не знаю, Зар? Или об этой милой девице? — она кивнула на Марту. — Мне бы очень хотелось узнать подробности.

— Как?! — охнул Риорик. — Вы не в курсе? Ведь Зар, как оказалось, родной сын короля…

— Некромантов, — выпалил Зар прежде, чем Рик успел договорить. Он отпустил руку Марты, но по такому поводу, что девушке просто было грех жаловаться — чтобы схватить за шкирку Риорика и встряхнуть его. Была б у Зара в распоряжении его магия, он бы наверняка заколдовал бы Рика, нашел бы какой-то хороший способ заткнуть ему рот. Но, поскольку колдовство оставалось недоступным, пришлось действовать наобум и пользоваться старыми, проверенными методами.

Парень отвесил горе-рыцарю подзатыльник, продемонстрировал ему кулак и прошипел:

— Ещё одно слово — и я отрежу тебе язык! По-королевски! Понял меня?

— Угу! — закивал Риорик, очевидно, решив, что язык — это дорогая и милая его сердцу часть тела, и избавляться от него как-то совершенно не хочется.

— Это мой слуга, — сообщил тем временем Зар. — Не знаю, за что мне это счастье свалилось на голову… Отец его где-то нашел.

На самом деле, отец Зардана — что один, что второй, — к Риорику уж точно никакого отношения не имели, но это не отменяло факт присутствия наследного рыцаря в аномалии. А ещё не отменяло то, что он успел наговорить лишнего достаточно, чтобы теперь Оллада смотрела на собственного сына с немалым подозрением.

— И этот умник уверен, — почти прорычал Зар, — что Танмор победил и занял трон! Ну больной, на всю голову больной. Потащился за нами…

— И ты его жалеешь? — фыркнула Оллада. — Мог бы убить, да и дело с концом.

— Я всё ещё хочу верить, что мой отец не настолько дурак, — пожал плечами Зар. — И не просто так притащил вот это вот… чудо в доспехах. Возможно, он — ключ?

Риорик согласно замычал, подтверждая, что он в самом деле ключ к разгадке, и убивать его не надо. В крайнем случае можно лишить языка. Но Зар уже отпустил его и, взглянув на мать, с кривой улыбкой сообщил:

— Так что, имеем что имеем. Приходится терпеть это существо под боком. Но не обращай внимания, если он вдруг ляпнет что-то не то. Я думаю, этот неисправимый болван просто не понимает, где находится и что происходит.

Рик затряс головой, подтверждая правоту Зара, и с таким невинным видом заморгал, словно надеялся на то, что его, всего такого невинного и ни в чем не задействованного, сейчас вернут домой, а Зар будет разбираться со всеми своими проблемами.

— Но ведь ты не лгал, — прошептал он, — когда говорил, что ты сын короля? И король не лгал, когда называл тебя твоим сыном?

— Не лгал, не лгал, — отмахнулся Зардан, понимая, что проще согласиться, чем объяснять Рику, насколько нынче бессмысленны его вопросы.

Впрочем, то ли Олладу так разморила безопасность аномалии, то ли эта ложь и вправду оказалась довольно убедительной, но женщина больше не стала задавать дополнительные вопросы. Ещё раз взглянув на своего сына, она усмехнулась и произнесла:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я так думаю, вы здесь достаточно надолго… В любом случае, вам надо бы подготовить место для ночлега.

— Замок большой, — пожал плечами Зар. — Я думаю, где-то для нас найдется местечко. Он же весь доступен, правда?

— Конечно, — подтвердила Оллада, посторонившись. — Прошу, — она поманила их за собой в коридор. — Но вы припозднились к ужину, просить ди Маркеля опять что-нибудь готовить я не стану. Да и тревожить его тоже неохота, он обычно не любит, когда его отвлекают от всех этих мерзких экспериментов… Возможно, вас устроит, если я просто предложу вам переночевать, а к столу буду звать уже завтра утром?

— Устроит, — кивнул Зардан.

Он вновь взял Марту за руку, и девушка благодарно вцепилась в мужскую ладонь. Еда? Да какая там еда! Она сейчас даже смотреть ни на что съестное не хотела, а с огромным удовольствием спряталась бы подальше от всех посторонних и просто уснула. Впрочем, что-то подсказывало девушке, что этот сон будет слишком далек от приятного. Всё, что она могла сейчас ощущать — это только усталость и страх, а они оба — не лучшие друзья крепкому сну.

Тем не менее, девушка заставила себя собраться с духом и даже улыбалась, когда ловила на себе внимательный взгляд Оллады. Дурацкая мысль, что эта женщина ей якобы свекровь, почему-то донельзя смешила Марту. Однако, надо было раньше соглашаться на женитьбу, королева Белла вызывала куда более приятные ассоциации!

Замок оказался запутанным просто до невозможности. Оллада ориентировалась в этих путанных лестницах и коридорах с легкостью, а вот Марте и Зару приходилось обращать внимание на каждую мелочь, чтобы понимать, что они не ходят попросту по кругу.

— Ну что ж, — женщина наконец-то остановилась у какой-то двери. — Прошу, мальчик мой. Надеюсь, ты найдешь, куда пристроить своего слугу.

И она, улыбнувшись со всем материнским теплом и лаской, на которые была способна, развернулась и стремительно зашагала прочь.

Зар проводил мать недоуменным взглядом, как будто задавался вопросом, что вообще это только что было, а потом осторожно потянулся к дверной ручке, надавил на неё, открывая комнату, первым переступил порог и огляделся. Комната внутри оказалась самой обыкновенной: большая, даже огромная кровать, под стать позапрошлому веку, окна, что вели на внутренний двор замка, пушистый ковер, по которому, должно быть, очень приятно ходить босыми ногами…

— А мне уже можно говорить? — осторожно поинтересовался Риорик. — Ваше…

— Можно. И никаких высочеств, — оборвал его Зардан. — Марта, заходи, здесь ничего страшного нет.

— Да я и не боюсь, — пожала плечами девушка. — Непривычно просто.

Пустота, доселе причинявшая ей почти физическую боль, теперь постепенно отступала. Марта немного освоилась и, осмелев, перешагнула порог. В комнате было темно, и она потянулась к свече, чтобы зажечь её колдовством, но с ужасом вспомнила о том, что магии-то нет. Пришлось нащупывать коробку со спичками, лежавшую у подсвечника, и зажигать свечку, как любой, самый обыкновенный человек.

Через окно можно было увидеть, что на улице и вправду царила ночь. На небесах сияли звезды, пахло весной, только поздней, когда уже цветет сирень, и Марта в который раз задумалась, какое здесь время года и когда они сумеют вернуться домой. В какое время?

— А эта женщина правда твоя мать? — не унимался Риорик.

— Да, — Марта хмыкнула, услышав ужасное раздражение в голосе Зардана. — Рик, оставь меня в покое, а?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я так рад, что попал сюда вместе с вами! Вы будете спасать мир, а я буду спасать вас!

— Рик…

— А ещё я готов вызвать всех этих злодеев на дуэль, чтобы они немедленно сдались и поклялись в верности нашему королю. Королю Мартену, я имею в виду! Зар, а король…

— Рик, закрой рот! — рявкнул Зардан, не выдержав постоянной болтовни. — И прекрати говорить о врагах и о королях, если ты хочешь вернуться домой живым и невредимым! Ты меня понял?