Как приручить наставника. Пособие для ведьмы (СИ) - Либрем Альма

Пытаясь сориентироваться в пространстве, она крутила головой, но узнаваемые элементы, находившиеся так близко, на расстоянии вытянутой руки, были на самом деле чем-то иным. Марта тянулась к ним, скользнула пальцами по поверхности артефакта, но обнаружила только гладкий бок вазы, совершенно нейтральной и не способной ни на что.

Но Марта наконец-то нашла отличие. В самом центре, на постаменте, пустующем в той, настоящей реальности, красовался артефакт. Кулон, совсем небольшой, аккуратный, не привлекающий особенного внимания… И такой же пустой.

— Это то, что уничтожил папа, — прошептал Зар, придвигаясь ближе к артефакту. — Точнее, его отображение. Наверное, это и есть та разность, которая связывает между собой аномалию и нашу реальность?

— Да, — тихо отозвалась Марта, потянувшись к кулону. — Наверное, это он. Но он такой пустой. Как будто… Как будто здесь вообще не существует магии.

Она ждала, что Зардан объяснит и это, но Зар не проронил ни единого слова. Марта внезапно осознала, что он, скорее всего, тоже не знал что делать и как разорвать эту странную, напоминающую тонкую нитку связь между мирами.

И как вернуться!

— Надо разбудить этого идиота, — Марта повернулась к Рику. — Сволочь! И зачем он полез!

— Потому что наш наследный рыцарь не может не сунуть нос не в свое просо, — печально хмыкнул Зардан.

Он силился встать, но, должно быть, очень сильно пострадал из-за перехода или настолько не привык существовать без собственного дара, что сейчас с трудом вообще ориентировался в пространстве. У марты и самой перед глазами прыгали цветные пятна, но она постепенно приходила в себя и с каждой минутой чувствовала себя всё лучше и лучше. Зардан тоже постепенно адаптировался к аномалии, а вот о Риорике такого сказать было нельзя. Наследный рыцарь был не без сознания, нет, он самым наглым образом спал, даже похрапывал, и Марта понятия не имела, смысл ли его будить.

Девушка даже подумывала спросить Зара, что он думает о возможности вернуться, но, благо, не проронила ни единого слова. Заскрипела дверь, та самая, которую в своей реальности Марта заблокировала, чтобы аномалия не вышла за пределы одной комнаты, и на пороге показалась незнакомка. Довольно привлекательная, достаточно молодая…

— О, — мягкий женский голос, по ощущениям — почти медовый, вкрадчивый и ядовитый, показался Марте отдаленно знакомым. Женщина стояла в дверном проёме и смотрела на них, чуть прищурив тёмные глаза. — У нас гости! Очевидно, вы прибыли вместо Танмора? Он умчался несколько дней назад и обещал вернуться, но почему-то так и не изволил этого сделать. Зато растратил, сволочь, остатки магии…

Зардан наконец-то поднялся на ноги и взглянул на женщину. Криво, через силу улыбнулся и протянул:

— Ну здравствуй, мама.

Марте сначала показалось, что Зар шутит. Эта женщина совсем ещё молодая, ей, наверное, лет тридцать… Какая мама? К тому же, Марта была уверена в том, что мать Зардана жива и здорова, вышла из тюрьмы и…

И что? Кажется, Зар говорил, что его бабушка и на порог не пустила собственную дочь. Сказала, что преступников в её роду не было. А теперь Зар даже был невесть чьим ребенком — наверное, генетически его всё ещё можно было считать сыном собственной матери?

Оллада оказалась привлекательной. Её внешность позволила понять, от кого Зар унаследовал некоторые черты, те, что уж точно не принадлежали королю Мартену. Но её колючий, злой взгляд, тот, которым она скользнула по собственному сыну, ясно дал Марте понять: этот разговор двух якобы родных людей будет далек от приятного. И готовиться надо к худшему.

— Зардан? — переспросила женщина. — Надо же… Сколько это тебе лет, мальчик мой?

— Двадцать пять… будет, — ответил Зардан тем же тоном, что прозвучал вопрос в исполнении его матери.

— Вот как, — усмехнулась она. — Однако… Когда я попала сюда, тебе было лет… Сколько, мальчик мой?

Кажется, Зар едва сдержался, чтобы не скривиться так, что его отношение к матери станет понятным и без всяких лишних слов.

— Мне было двенадцать, — холодно сообщил Зар. — Бабушка сказала, что не хочет иметь с тобой ничего общего, потом указала тебе на дверь. Всё. На этом наша прекрасная история матери и сына закончилась.

— Тем не менее, ты пришел сюда.

— Да, — кивнул Зардан. — Я встретил своего отца. Танмора. Наша встреча была не слишком приятной.

Во взгляде Оллады загорелось что-то опасное. Она смотрела на Зара так, как обычно смотрят на потерянные возможности. Изогнула вдруг губы в язвительной улыбке и протянула:

— Танмор попал сюда до меня. Когда я случайно наткнулась на это место, оказалось, что он жил здесь уже несколько месяцев. Мы провели вместе отличные полгода, а потом он куда-то пропал. Обещал вернуться, но вот миновала уже почти неделя, а его всё нет и нет.

Марта сглотнула. Она слышала допрос Танмора — и то, что он рассказывал. Неделя! Почти неделя. В реальности прошло несколько лет. А эти полгода, наверное, в реальности заняли почти десятилетие. Время в аномалии и время в реальной жизни текло по-разному, и девушка осознавала: если они не смогут быстро вернуться домой, то, вполне возможно, появятся там тогда, когда весь привычный мир уже давно умрет.

Вероятно, пока они здесь стоят и разговаривают с матерью Зара, которая выглядит всего лет на семь старше его самого, там, снаружи, стареют её родители, передает свой трон сыну король Мартен, умирает целое поколение, к которому они привыкли, и…

Зар, почувствовав волнение Марты, потянулся к ней и осторожно взял за руку. Девушка благодарно сжала его ладонь в ответ. Так стало спокойнее. Не намного, Марта понимала, что реально это ей ничем помочь не может, но хотя бы чуть-чуть! По крайней мере, она не одна. И какая-то часть её привычного мира стоит рядом.

Надежная часть.

Ненадежная там, за спиной, храпит так, что даже стены дрожат.

— В нашей реальности прошло несколько лет, — холодно произнес Зардан. — Танмор вернулся, разыскал меня. И попытался завоевать Рангорн, свергнув короля Мартена с трона.

— В самом деле? — хмыкнула Оллада. — И как? Удалось?

— Нет.

— Танмор часами просиживал в местной библиотеке, изучал колдовство, — закатила глаза Оллада. — Всё говорил, что если он познает секрет здешней магии, то сумеет стать властителем, заберет меня с собой… А я-то думала, почему не забрал? Неужели передумал, соблазнился на эту… как её там… Рангорнскую королевишну, Беллу? И что, ничегошеньки у него не вышло?

— Не вышло, — утвердительно кивнул Зардан.

— Как мило, — ухмыльнулась Оллада. — Нет, сыночек, правда, мило! Я ему триста раз говорила, что секрет здешней магии в том, что здесь нет никакой магии! Но он не верит! И мой милый герцог ди Маркель, которого мы откопали в подвалах — он всё что-то учил, учил, учил, конструировал артефакт… Он тоже считал, что тут есть какой-нибудь секрет. Дураки! Неужели так плохо жить в отдельном замке, наслаждаться обществом друг друга? Жаль только, гулять нельзя.

— Нельзя? — уточнил Зар.

— Энниз ушла. Вы знаете Энниз? Ах да! — Оллада фыркнула. — Когда Энниз посадили, вас ещё на свете не было, наверное. Ты, Зар, родился только через несколько лет… Понятия не имею, как Энниз сбежала со свих исправительных работ, может, уже срок отмотала, вот и выпустили, но только она попала сюда чуть позже меня. Такая дикая, нетерпеливая, короче, отвратительная женщина! — Оллада выразительно закатила глаза. — Ди Маркель объяснял ей, что сформированная структура мира сохранилась только в отдельных его клочках, например, в этом замке, но она не послушалась. Вышла на улицу, знаешь, вся такая гордая, прошла три метра до границы и успешненько растворилась в воздухе. Всё. Мне кажется, ей даже больно не было… — Оллада вдруг запнулась. — Ну что ж это всё обо мне да обо мне. Мальчик мой, с чего б это ты вдруг решил навестить матушку? Неужто так заскучал? И что это за девица рядом с тобой топчется?

Зардан смерил мать таким взглядом, словно точно что пожелал ей пойти прогуляться следом за Энниз, а потом спокойно произнес: