Первое мгновение вечности - Рэйя

— А разве всему этому нельзя научиться? — Арчер пожал плечами.

— Нет, с этими способностями можно только родиться, — с легкой завистью вздохнула Гермиона. — Так жаль, что все эти удивительные возможности умерли вместе с их обладателями.

— Ты что‑то говорила про Грависов, — напомнил Том, хотя тема «мертвых наследий» не на шутку его увлекла, вот что он хотел бы получить в наследство от родителей — какой‑нибудь особый дар.

— Ах да, — опомнилась Грейнджер, — Грависы были известны, как род ловчих. Ловчие способны были поймать и обуздать стихийных духов.

— Зачем?

— Потому что если правильно рассчитать энергию такого духа, то можно зарядить ею артефакт или использовать такого духа для магических обрядов и ритуалов. Долгое время Грависы работали с алхимиками, но потом их деятельность приобрела довольно узкую специфику, — Гермиона замолчала, подбирая слова. — Они…отлавливали и приручали домовых эльфов.

— Ловчие? — презрительно скривился Том. — Зачем волшебнику с такими способностями заниматься такой ерундой?

— Ты не понимаешь, — запротестовала гриффиндорка, которая прочитала достаточно книг о домовых эльфах, чтобы уверенно вести дискуссию на эту тему, — домовики — невероятно редкие создания. О них практически ничего неизвестно, а написано еще меньше, но если сопоставить факты, то получается, что на самом деле те домовые эльфы, которых мы знаем, — одно из гениальнейших изобретений алхимии!

— Хочешь сказать, что на самом деле домовики это пойманные духи, заключенные в физическую оболочку? — не поверил Том.

— Да, по крайней мере, это моя теория, — кивнула Грейнджер. — Не зря в названии фигурирует «эльф». Видимо Грависы…или тот, кому это пришло в голову, использовали для создания домовиков лесных духов. Эльфов или фей. Известно, что эльфы живут на границе миров и невидимы для простых людей, хотя при желании могут им являться. Поймать фею невозможно, так как она не обладает физическим телом. Но что если когда‑то ловчий смог поймать эльфа и создать для нее материальный облик? Ведь до сих пор неизвестно, откуда вообще взялись домовики, так может быть, их просто создали маги?

— А как ты объяснишь их послушание и любовь к тяжелой работе? — задал встречный вопрос Арчер, которому становилось все труднее делать вид, что ему скучно.

— Честно говоря, не знаю, — вздохнула Гермиона, — сомневаюсь, что духи стали служить магам добровольно… Возможно существует какое‑то соглашение…или что‑то вроде того.

— Мне интересно, а сами домовики знают об этом?

— Наверное нет, ведь тогда могло вспыхнуть восстание, они бы наверняка захотели вернуть свободу, — девочка выглядела несколько возмущенной положением, в которое волшебники поставили этих существ. — К тому же, им нравится их работа, и они не смыслят жизни без хозяина,…так что видимо на них когда‑то наложили очень могущественные чары.

— Если ты права, — задумчиво протянул Том, — то становится понятно, почему на них не действует наша магия и ограничения, и почему их магия так отличается от нашей. Это магия стихийных духов, — он восхищенно выдохнул. — Удивительно, сколько талантливых колдунов существовало в этом мире…додуматься же надо…

— А по–моему это дикость, — недовольно перебила его гриффиндорка. — Как можно так поступать с разумным существом? Сковывать его волю и сознание, делать рабом?

— А что в этом плохого? — пожал плечами Арчер. — Кто сильнее, тот и правит.

— Отличный девиз для тирана, — тут же начала злиться Гермиона. — У тебя сердце‑то есть?

— Это такой ненужный стучащий орган? — невинно поднял брови Том. — Да, кажется, было что‑то подобное, все гадаю, зачем оно нужно.

— Исключая очевидное? — язвительно усмехнулась Грейнджер.

— Спорю на свою волшебную палочку, магу необязательно нужно сердце, чтобы жить, — слизеринец послал ей ядовитую улыбку, гриффиндорка ответила испепеляющим взглядом.

Наступила еще одна воинственная пауза, которую в этот раз прервал Том, заглянув в записи девочки.

— А что насчет остальных наследий?

— Что?

— Ну эти «мертвые наследия», кроме ловчих есть и другие? Эти, — он сузил глаза, пытаясь прочитать названия, — говорящие…?

— Да, — Гермиона тут же переключилась в режим лекции, — говорящие — маги, способные понимать и говорить на языке животных. Кстати, Салазар Слизерин мог говорить со змеями, — в словах девочки удивительным образом перемешались восторг и отвращение. — Но эта способность относится к темной магии. Вообще все основатели обладали особыми способностями. Например, Годрик Гриффиндор был одним из сильнейших заклинателей, он мог приручить практически любое существо, магическое или нет, Ровена Рейвенкло обладала талантом плетельщиков заклинаний и открыла более трехста магических формул. По–моему, она была просто удивительной волшебницей, плетельщики видят нити магии и могут составлять из них узоры, которые потом становятся заклинаниями. Более тонкой и сложной магии я и представить не могу! Однажды я наткнулась на пару формул, из которых потом были составлены заклятия, и запуталась на третьей строчке. Кстати некроманты тоже обладали способностью плетельщиков, но более узкой направленности, потому что их магия была напрямую завязана на магии смерти. А вот наследие Хельги Хаффлпафф до сих пор сохранилось, — торжествующе произнесла Гермиона, — она была целителем.

— Целителем? Колдомедиком?

— Нет, колдомедицина это ответвление целительства, то, чему маги могут научиться. Целители могут излечить любую рану без зелий и заклинаний, одним прикосновением. Это очень ценный дар, испокон веков семьи целителей считались неприкасаемыми. Ольхава Ликорис, одна из наследниц целителей, создала целое направление магии, опасаясь, что не сможет произвести на свет потомков, которым передаст свой дар. Так появилась колдомедицина.

— А кроме целительства ты знаешь какие‑нибудь сохранившиеся наследия?

— Ну… — она задумалась, — самые известные: метаморфы — маги, способные менять собственный облик, прорицатели, врожденные легилименты, способные читать мысли, кстати, они же создали одноименную науку — Легилименцию, способность читать мысли, и Окклюменцию — способность закрывать сознание. Еще существуют врожденные анимаги, но их очень мало.

— Врожденные? — завистливо переспросил Том. — То есть, им даже не нужно учиться, чтобы превращаться?

— Да,… но некоторые поговаривают, что это не наследие, а просто гены.

— Гены?

— Ну да, если в роду был оборотень, который дал потомство, дети вполне могут перенять его способности…как болезнь, — Гермиона помрачнела. — Вообще, я мало об этом знаю.