Великая охота - Роберт Джордан

Резко поднялся Лойал, с него спали одеяло и плащ.

– Что случилось? Моя очередь караулить? – Он посмотрел на Ранда и Селин, и даже в лунном свете было заметно, как у него расширились глаза.

Ранд услышал за спиной вздох Селин. Он отступил от нее, по-прежнему не глядя на женщину. Ноги у нее такие белые, такие гладкие.

– Что такое, Хурин? – Он постарался смягчить голос, не понимая, на Хурина сердится, на себя или на Селин? На нее-то за что сердиться? – Ты что-нибудь заметил, Хурин?

Нюхач заговорил, не поднимая глаз:

– Костер, милорд. Внизу, в холмах. Вначале я его не видел. Он у них маленький и спрятан, но они скрывают его от тех, кто идет за ними, а не от тех, кто впереди и наверху. Две мили, Лорд Ранд. Определенно меньше трех.

– Фейн, – сказал Ранд. – Ингтар не стал бы таиться ни от кого, идущего следом. Это должен быть Фейн. – И сейчас он вдруг сообразил, что не знает, как поступать дальше. Они ждали Фейна, и вот теперь тот всего где-то в миле, а Ранд – в растерянности. – Утром… Утром мы пойдем за ними следом. Когда нагонят Ингтар и другие, мы сможем точно указать, где они.

– Ну вот, – сказала Селин. – Вы позволите забрать Рог этому Ингтару. И слава тоже ему достанется.

– Я не хочу… – Не подумав, он повернулся, и там стояла она, ноги светлели в лунном сиянии, а Селин и дела нет, что она полуодета, словно она тут одна. Словно мы тут одни, мелькнула мысль. Ей нужен мужчина, который найдет Рог.

– Втроем нам у них Рог не отобрать. А у Ингтара – двадцать конников.

– Вы не знаете, можете отобрать или нет. Сколько у этого человека приверженцев? Этого вы тоже не знаете. – Голос Селин был тихим, но настойчивым. – Вы даже не знаете, есть ли Рог у тех людей, что разбили там, внизу, свой лагерь. Единственный способ все узнать – пойти туда самому и проверить. Возьмите с собой алантина. У его племени острое зрение, даже при лунном свете. И он обладает силой и унесет Рог с ларцом, если вы примете верное решение.

Она права. Ты не знаешь наверняка, Фейн там или нет. Хорошенькое дело бы вышло, если б Хурин шастал там в поисках следа, которого еще нет, и Ранд, Лойал, Селин – рядом, все – на равнине, как на ладони, а вот тут-то появляются наконец настоящие Приспешники Тьмы.

– Я пойду один, – сказал Ранд. – Хурин и Лойал останутся охранять вас.

Засмеявшись, Селин подошла к нему так грациозно, будто танцевала. Лунные тени бросили на ее лицо вуаль тайны, когда она взглянула на юношу, и эта загадочность сделала ее еще красивей.

– До тех пор, пока вы не вернетесь, я сумею за себя постоять сама. Возьмите алантина.

– Она права, Ранд, – заметил, вставая, Лойал. – При луне я вижу лучше тебя. С моими глазами, может, не понадобится подходить так близко, как в случае, если ты будешь один.

– Очень хорошо. – Ранд сделал несколько шагов к мечу, поднял его и застегнул пояс. Лук и колчан он оставил, где они и лежали: в такой темноте лук – не помощник, и он-то собирался не сражаться, а только посмотреть. – Хурин, покажи мне, где этот костер.

Вслед за нюхачом Ранд вскарабкался по склону к скале, громадным каменным пальцем торчащей из горы. Костер был маленьким пятнышком – указанный Хурином огонек он заметил лишь со второго раза. Тот, кто развел костер, хотел, чтобы огонь не был виден со стороны. Ранд отметил мысленно направление на костер.

Когда они с нюхачом вернулись в лагерь, Лойал уже оседлал Рыжего и свою лошадь. Ранд сел в седло, и тогда Селин поймала его за руку.

– Помните о славе, – тихо произнесла она. – Помните и не забывайте.

Сорочка будто бы сидела на ней лучше, чем он помнил, сам шелк облегал и подчеркивал ее фигуру.

Ранд глубоко вздохнул и высвободил руку.

– Хурин, оберегай ее ценой своей жизни. Лойал? – И легонько ткнул каблуками Рыжего. Следом за жеребцом брела большая лошадь огир.

За быстротой разведчики не гнались. Горный склон окутала ночь, а отбрасываемые луной тени не позволяли видеть, куда ступают лошади. Больше костра Ранд не видел – нет сомнения, с этого уровня он укрыт от посторонних взоров намного лучше, – но в голове он держал его местоположение. Тому, кто научился охотиться в чащобе Западного Леса в Двуречье, найти этот костер большого труда не потребуется. А что потом? Лицо Селин маячило перед глазами. Как горда я буду, стоя рядом с тем, кто держит Рог.

– Лойал, – вдруг сказал он, стараясь перевести мысли в иное русло, – что это такое – алантин, как она тебя зовет?

– Это Древний Язык, Ранд. – Лошадь огир ступала с опаской, но он направлял ее почти столь же уверенно, как будто при свете дня. – Это означает Брат, сокращение от тиа авендей алантин. Брат Древам. Древесный Брат. Выражение очень официальное, но, с другой стороны, я слышал, что кайриэнцы – народ, придающий формальностям весьма большое внимание. По крайней мере, знатные Дома. Простой люд, что я там встречал, был весьма бесцеремонен.

Ранд нахмурился. Навряд ли пастух – компания под стать чопорному кайриэнскому благородному Дому. Свет, Мэт прав насчет тебя! Ты – безумец, вдобавок и гонору у тебя… Но если бы я мог жениться…

Ранду захотелось вообще перестать думать, и еще не успел он этого понять, как внутри сформировалась пустота, отдалив, отстранив в бесконечность все мысли, превратив в часть чего-то иного Ему засияла саидин, маня его. Ранд скрипнул зубами и игнорировал сияние; это было все равно что игнорировать пылающий уголь в голове, но так он мог хоть не подпускать ее близко. С превеликим трудом. Он бы избавился от пустоты, но где-то там в ночи – Друзья Темного, и теперь уже рядом. И троллоки. Ему нужно было это ничто, нужно это, пусть и тревожащее, спокойствие пустоты. Я не должен касаться ее. Не должен.

Вскоре Ранд натянул поводья, останавливая Рыжего у подошвы холма, в ночи чернели разбросанные там и сям на склоне деревья.

– По-моему, сейчас мы уже близко, – тихо произнес он. – Лучше всего дальше идти пешими.

Он соскользнул с седла и привязал поводья гнедого к суку.

– С тобой все хорошо? – прошептал Лойал, слезая с лошади. – У тебя голос странный.

– Со мной все хорошо. – Действительно, голос был какой-то напряженный. Чуть дрожащий. Саидин звала его. Нет! – Будь осторожен. Я не знаю точно, как они далеко, но костер должен быть немного впереди. Скорей всего – на вершине холма.

Огир кивнул.

Ранд медленно крался от дерева к дереву, аккуратно ставя ногу и прижав меч, чтоб тот не стучал по стволам. Хорошо, что подлеска тут не было. Следом большой тенью скользил Лойал; только ее Ранд и видел. Все вокруг было объято мраком и лунными тенями.

Неожиданно какой-то случайный луч лунного сияния раздернул, растворил тени впереди Ранда, и он застыл, ощущая под руками шершавый ствол болотного мирта. Смутно видневшиеся бугры на земле превратились в людей, завернувшихся в одеяла, а в стороне от них – кучка холмиков побольше. Спящие троллоки. Костер они потушили. Лунный луч, пробившись сквозь ветви, сверкнул золотом и серебром у земли между этими двумя всхолмьями тел. Луч, кажется, стал ярче; на миг Ранд увидел все яснее. У этого отблеска обрисовалась фигура спящего человека, но не он притянул взор Ранда. Ларец. Рог. И еще что-то поверх него, красная точка вспыхнула в лунном сиянии. Кинжал! Зачем это Фейн положил?..

Громадная ладонь Лойала закрыла Ранду рот и в придачу добрую половину лица. Ранд извернулся, посмотрев на огир. Лойал медленно, будто движение могло привлечь внимание, указал вправо от себя.

Поначалу Ранд не увидел ничего, потом – в десяти шагах, не дальше, шевельнулась тень. Высокая, громоздкая тень с вытянутым рылом. Дыхание Ранда оборвалось. Троллок. Он приподнял рыло, словно принюхиваясь. Некоторые из них охотятся по запаху.

На мгновение пустота дрогнула. Кто-то зашевелился в лагере Приспешников Темного, и троллок повернулся туда.

Ранд застыл, позволяя спокойствию ничто окутать себя. Ладонь лежала на мече, но об оружии он не думал. Пустота была всем. Что бы ни случилось, уже случилось. Не мигая, Ранд следил за троллоком.

Еще с полминуты тень с рылом наблюдала за биваком Друзей Темного, потом, как бы удовлетворившись, сложилась у дерева. Почти тотчас же оттуда донесся низкий храп, словно рвали грубую ткань.

Придвинувшись вплотную, Лойал, не веря, шепнул Ранду в самое ухо.

– Он уснул.

Ранд кивнул. Тэм говорил ему: троллоки ленивы и к любому заданию, кроме приказа убивать, относятся спустя рукава, если только ими не движет страх. Юноша вновь повернулся к лагерю.

Тут все вновь было тихо и спокойно. Лунный луч не сверкал больше на ларце, но юноша знал, которая из теней – он. Ранд видел его в своем разуме плавающим вне пределов пустоты, сверкающим золотом, гравированным серебром, в свечении саидин. Рог Валир и так нужный Мэту кинжал, и то и другое рядом – только руку за ними протянуть. В мысленном образе всплыло вместе с ларцом лицо Селин. Утром они могут последовать за отрядом Фейна и подождать, пока их не нагонит Ингтар. Если Ингтар появится, если он без нюхача по-прежнему идет по следу. Нет, лучшей возможности никогда не представится. Всё – на расстоянии вытянутой руки. А на горе ждет Селин.