Звери Гора - Джон Норман

— Почему ты на свободе? — спросил я.

— Ну и жара, — повторил краснокожий. — Как ты думаешь, зачем они здесь так топят?

— Ты же стоял на посту, — напомнил я.

— Я следил за Карджуком, — кивнул Имнак.

— Почему я в клетке, а ты нет? — спросил я.

— Может быть, я немного сообразительнее, — ответил охотник.

Я пристально на него посмотрел.

— Почему я должен быть в клетке? — спросил Имнак. — Не понимаю.

— Тебя поймали, — сказал я.

— Нет, — покачал головой он. — Это тебя поймали. Посмотри, как идут Поалу эти украшения.

— Очень идут.

— В чуме в этой тунике замерзнешь, — заметила девушка.

— Может, поэтому они так топят? — предположил краснокожий.

— Имнак, они убеждали меня, что ты меня предал, — сказал я.

— И ты им не поверил?

— Конечно нет!

— На твоем месте я бы основательно обдумал этот вопрос, — сказал он.

— Нет! — решительно произнес я.

— Надеюсь, это никак не отразится на нашей дружбе? — озабоченно спросил Имнак.

— Никак, — твердо сказал я.

— Это хорошо, — кивнул охотник.

— Странное дело, Имнак. Любого другого я бы уже возненавидел, а на тебя не могу даже рассердиться.

— Это потому, что я — простой, дружелюбный парень, — объяснил он. — Можешь спросить любого человека в стойбище. Только вот петь я не умею.

— Ты не умеешь быть преданным, — сказал я.

— Это еще почему? — возмутился Имнак. — Смотря кому преданным.

— Никогда не пытался взглянуть на это дело с такой точки зрения, — признался я. — Полагаю, ты предан Имнаку.

— Ему можно быть преданным, — кивнул он. — Имнак простой, дружелюбный парень, все в стойбище это подтвердят. Только вот петь он не умеет.

— Надеюсь, ты собой гордишься, — сказал я.

Имнак пожал плечами:

— Кое-что у меня действительно хорошо получатся.

— Например, предательство, — заметил я.

— Не надо говорить обидных слов, Тэрл, который со мной охотился, — сказал Имнак. — Я говорил с Карджуком. Так лучше.

— Я тебе верил.

— Если бы ты мне не верил, мне было бы труднее, — признался он.

Я посмотрел на одетую в красную шелковую тунику Барбару.

— Мы о тебе волновались, — сказал я.

— Только не я, — проворчал Имнак.

— Меня схватил ледяной зверь, — произнесла девушка, — или кто-то очень на него похожий. В ушах у него были кольца. Он притащил меня сюда. А потом меня вернули Имнаку.

— Ты очень красивая.

— Спасибо, господин.

— Ты тоже, Одри, — сказал я, посмотрев на другую девушку.

— Мне очень приятно, что я тебе нравлюсь, — ответила невольница. В глазах ее застыли слезы.

— Нам пора, — проворчал Друсус.

— Желаю удачи, Тэрл, который со мной охотился, — Имнак приветственно помахал мне жареной ножкой вула.

Я промолчал. Тележка покатилась дальше. Четверо человек остались позади.

— За золото можно купить любого, — произнес Друсус, шагая позади повозки. На бедре у него висел меч, правую руку убийца держал на прикладе легкого арбалета с прикладом. — Любого, — повторил он.

Я молча стоял в углу своей клетки, стискивая побелевшими пальцами железные прутья. Клетка продолжала медленно катиться по длинному стальному коридору.

Глава 30. МАЛЕНЬКАЯ АРЕНА

Я увидел две круглые платформы. На них стояли одетые в классические белоснежные платья девушки. Ошейников на них не было. Вместо них сверкали дорогие украшения и браслеты. На головах девушек красовались небольшие короны. Я отметил простоту и изящество царственных головных уборов. Девушки походили на убар. Между тем, судя по тому, как ниспадали платья, нижнего белья на них не было. Руки девушек были схвачены тонкими цепочками и прикованы к торчащим из платформ железным столбикам. В ногах у каждой лежал открытый ошейник и полоска шелка.

Одна из них раньше звалась госпожой Тиной из Людиуса. В свое время Рэм сделал ее рабыней. Второй была Арлин.

Между платформами был насыпан мелкий золотистый песок.

Напротив моей клетки стояла клетка с Рэмом. Я не видел его с тех самых пор, когда метель разлучила нас во льдах.

Я очень обрадовался, что Рэм жив. Возможно, его сохранили для этого развлечения.

Клетку с Рэмом открыли, он вышел на песок, и ему тут же вложили в руку короткий меч.

Он несколько раз рассек им воздух и отошел на край арены. На середину засыпанной песком площадки вышел человек в черно-коричневом одеянии.

Рэм посмотрел на меня.

— Желаю удачи, — сказал я.

Он улыбнулся.

Я оглядел небольшой амфитеатр. Зрителей было человек сто. Некоторые заключали между собой пари.

Я знал, что Рэм умеет драться. Правда, я не знал, насколько хорошо.

Позади моей клетки, на высоте двадцати футов, в стену было встроено зеркало. Зачем оно могло понадобиться в таком месте, я не представлял.

Скорее всего, за ним сидели кюры.

Человек в центре арены обратился к двум бойцам. Говорил он недолго.

Правила были предельно просты. Как на войне.

Когда на кону стоит женщина или слиток золота, состязание становится интереснее. Дело, конечно, не в женщинах и не в золоте. Просто мужчинам это нравится.

Бойцы разошлись.

— Каждый ставит правую ногу на деревянную планку, за которой насыпан песок, — скомандовал стоящий в центре арены человек.

Рэм и его противник исполнили приказ. Они стояли и смотрели друг на друга с противоположных краев посыпанной песком арены.

— Бой! — крикнул судья и вышел из круга.

Рэм был действительно великолепен. Другой парень тоже неплохо дрался, но состязания, как такового, не получилось. Через несколько минут Рэм уже вытирал лезвие о тунику лежащего у его ног противника.

Я работал быстрее Рэма, но его скорость удивляла. Такую редко можно встретить даже у воинов. Что бы он про себя ни говорил, уверен, что до ссылки на Телетус он носил алую тунику.

— Отличная работа, воин! — крикнул я.

Рэм приветственно помахал мечом.

Тину отстегнули от железного столба, и она бросилась к нему, но едва не напоролась на выставленный клинок. Рэм не хотел, чтобы она прикасалась к нему в одежде свободной женщины. Он показал мечом на платье, корону и украшения. Тина моментально разделась и опустилась перед ним на колени. Он швырнул ей кусок шелка, лежащий рядом с открытым ошейником. Девушка набросила его на себя, после чего Рэм грубо затянул ошейник на ее шее. Потом он притянул ее к себе, но вокруг уже сгрудились арбалетчики с оружием наготове. Рэм рассмеялся, оттолкнул рабыню и вернулся в клетку. Тину водворили обратно на платформу. Теперь она стояла на коленях, вместо тоненькой цепочки руки заковали в грубые невольничьи кандалы.