'Фантастика 2025-10'. Книги 1-31 - Макс Вальтер

звон и гул в мозг пробивался чей-то крик, я плавно повернулся в его сторону и увидел того, кому он принадлежит.

Это он спас меня, пока я торговал лицом. Вот только спаситель не обладал той способностью, что досталась мне по праву рождения. И сейчас его тело, посечённое осколками, истекало кровью. Одна нога неестественно вывернута и, кажется, держится лишь на куске кожи.

— Закрыть брешь, бля! — мимо пробежал Толя.

В пылу боя он даже не заметил ни меня, ни раненого человека, впрочем, и не его это обязанности. Свои обязанности уже спешит выполнить молоденькая девчушка, на вид моя ровесница. Что? Что она собирается делать⁈

Тем временем девушка быстро осмотрела раненого, после чего зашевелила губами, словно пыталась его успокоить или, может, читала молитву? А затем вытянула пистолет и без лишних колебаний выпустила пулю прямо ему в голову.

Человек, который спас мне жизнь, замер, вытянулся всем телом, несколько раз дёрнулся и окончательно затих, а его убийца с лоскутом красной ткани на плече уже спешила ко мне.

— Вы в порядке? — она поочерёдно заглянула мне в каждый глаз. — Кажется, у вас лёгкая контузия, в принципе ничего страшного. Вы можете идти.

— Что? Зачем вы убили его⁈ — прокричал я, с трудом слыша собственный голос.

— Я избавила его от мучений, — прокричала в самое ухо та. — С такими ранениями у него даже в Склифе не было бы ни единого шанса.

Я кивнул, мол, понял, однако от помощи отказался. Звон в ушах перешёл на более высокую ноту и превратился в противный писк. Зато головокружение и расслоение изображения прекратилось, а значит, мне снова пора на стену.

Девушка несколько раз попыталась помочь, но видя, что мне это не нужно, отмахнулась и поспешила на помощь тем, кому это действительно было необходимо.

У пробоины уже творился настоящий ад. Несколько человек под руководством Толи поочерёдно опустошали магазины, поливая врага остроконечной смертью.

Груда битого кирпича, щедро сдобренная мясом и кровью под их ногам, и немалых размеров дыра. И ведь ровно в том самом месте, где всё это время, сидел прикованный цепью Тимур. От двоих его товарищей, что расположились слева и справа тоже ничего не осталось. Это чем, интересно, они так жахнули, не из танка же в самом-то деле?

Ответ пришёл незамедлительно. Оборонявшие брешь люди, в один миг отпрянули, и в этот момент на территорию что-то прилетело, оставляя за собой дымный реактивный след. А затем грохот повторился, только уже в окне на первом этаже в доме, что расположился прямо напротив ворот.

— Сука! Лютый, сними мне этого ублюдка, немедленно! — прокричал в рацию Толя, после чего слегка высунулся в брешь и выдал короткую очередь.

Пинками он вновь заставил перепуганных людей отбиваться и бегом пронёсся мимо меня на другую линию обороны.

Сколько уже это продолжается? Час или, может быть, всего пару минут? Как, вообще, люди определяют течение времени в таком месиве? Толе будто плевать на пули и периодические взрывы. Он носится по территории от стены к стене, раздаёт точные и чёткие указания.

Я же находился в каком-то тумане, мозг воспринимал происходящее плавно, словно во сне, а всё это лишь кошмар.

Когда добрёл до стены и уже было собирался подняться, к моим ногам упало бездыханное тело. Стеклянные глаза смотрели в небо, а во лбу зияло красное отверстие, которое быстро заполняла кровь.

И вдруг мир резким скачком вернулся. Вот только что я ощущал его будто сквозь вату, и тут на голову обрушилась суровая действительность. Крики, выстрелы, взрывы, всё это в один момент обрушилось на голову. Был в этом и плюс: чёткое и ясное понимание ситуации.

Судя по всему, мы проигрывали сражение, хотя такое могло просто казаться, ведь что происходит на стороне противника — неизвестно. Я влетел на стену, окутал себя и рядом стоящих бойцов защитным полем.

Первичный осмотр не дал точного понимания. Враги рассредоточились в соседнем квартале, вспышки от выстрелов виднелись в окнах и переулках, и выглядели как-то вяло, будто провокация. В наглую атаку они не лезли, а обороняться при таком раскладе можно до бесконечности.

— Прекратить огонь! — закричал я во всю мощь лёгких.

Ближайшие ко мне бойцы услышали приказ и передали его дальше по цепочке. Не все сразу его осознали, и выстрелы гремели вразнобой ещё какое-то время.

А ко мне уже спешил Толя, выпучив от удивления глаза, и судя по гневному виду, явно не за тем, чтобы сказать что-то ласковое.

— Ты чё… чё творишь⁈ Какого хуя⁈ — тут же выпалил он, прервавшись, лишь чтобы набрать воздуха в лёгкие.

— Ничего странного не слышишь? — ухмыльнулся я, глядя прямо на него.

— А⁈ — всё ещё продолжая вращать глазами, выдавил он, а я наблюдал, как в его мозг постепенно приходит осознание.

Всё дело в том, что город внезапно погрузился в тишину. Конечно, неполную, гробовую и ставшую уже привычной, сейчас её прерывали периодические мучительные стоны, и не только внутри наших стен — раненых хватало с обеих сторон, однако выстрелов больше не было слышно.

— Они не нападают, смысл жечь патроны? — увидев наконец осмысленный взгляд на лице командира, я объяснил свой приказ.

— Что-то я это… — почесал он макушку. — Думал, нам пиздец уже.

В этот момент из-за дома выскочил Белый, лицо тоже пунцового цвета, но в отличие от своего товарища орать с ходу он не стал.

— Чё, всё? Уже победили⁈ — задал он совсем уж неожиданный вопрос, видимо, с тыла ситуация выглядела иначе.

— Да хрен его знает, — пожал в ответ плечами Толя. — Может, просто паузу взяли.

От высотки, что расположилась через дорогу, отделились двое, в руках одного из них находился импровизированный белый флаг. Но в целом такой жест ещё ничего не значит. Ну посланники, ну поговорить желают, может, даже какие-то требования выдвинуть попытаются.

Честно говоря, я изначально именно для этого на стену поднимался. Думал, именно с переговоров и начинаются войны, логика подсказывала именно такой вариант. Ну а кому хочется умирать, ведь это же противоестественно. Гораздо более разумно обсудить условия и в случае компромисса, точки соприкосновения интересов, просто разойтись без лишних потерь.

Но реальность, как всегда, превзошла даже самые худшие предположения. Вначале случилась драка, а только после того, как захлебнулась атака, с нами решили поговорить.

— Чё рты раззявили⁈ — от резкого возгласа Белого я даже вздрогнул. — А ну, бегом мешки с грунтом подтягивай. Закрыть брешь, доложить потери! Ты, бегом к Митяю, пусть ещё два ящика с пятёркой на ворота выписывает.

Толя тоже без дела не стоял и уже раздавал распоряжения, матюкаясь в рацию. А тем временем парочка с белым флагом подобралась практически вплотную к стене.

— Нам нужен некий Глеб! — во весь опор закричал один из них.

— Здесь я, незачем так орать, — отозвался я сверху, совершенно спокойным голосом.

Эта выходка смутила парламентёров, наверняка они ожидали, что я во время боя забьюсь в угол и буду скулить там, свернувшись калачиком от страха. Наверняка они в курсе, что я всего лишь зелёный юнец.

— Это, сдавайся и твои люди не пострадают, — как-то неуверенно выдвинул он свои требования. — Ваш лагерь должен присоединиться к нам.

— В итоге так и будет, но не сегодня, — буркнул я себе под нос, а затем ответил посланникам уже нормальным голосом. — На хер пошли и своему боссу передайте, ещё раз сунется к нашим стенам, обороняться придётся вам.

— А ты не охуел ли, пацан⁈ — поднял на меня наглый взгляд второй, доселе молчавший.

Ну что же, видимо, и этим придётся демонстрировать свои возможности. Может, это научит их уважению, хотя, конечно, сомневаюсь. В ближайшие несколько лет мне периодически придётся доказывать, что я не просто пацан, которого каждый может послать куда подальше.

Сила сработала безукоризненно. Я приподнял человека над землёй и поднёс его к себе, практически вплотную.

— Повторяю в последний раз: «Забирайте своих людей и вон с моей земли», — прошипел я ему прямо в лицо, чеканя каждое слово. — У вас ровно час, чтобы убраться, иначе я убью вас всех. У нас в лазарете находится около семидесяти ваших бойцов, тех, кому посчастливилось выжить возле склада и они умрут первыми.

После этого я не стал церемониться и просто отшвырнул его в сторону. Не сильно, чтобы не дай бог не убился, но тем не менее постарался