Случайные гости - Дарья Кузнецова

– Извини, – вновь покаялась я. – Почему-то привыкла считать, что ты всегда все контролируешь и все знаешь…

– Контролирую, – раздраженно фыркнул он, прижимая меня крепче. – Если бы действительно контролировал, этот урод не посмел бы к тебе даже подойти!

Разнеженная и поглощенная последними переживаниями, я не сразу сообразила, что имеется в виду, а сообразив, поежилась и в утешение потерлась щекой о плечо мужчины. Не знаю уж, кого я больше пыталась успокоить этим жестом – себя или его.

– Давай не будем о нем, – предложила тихонько.

Мы некоторое время посидели неподвижно, наслаждаясь тишиной и объятиями друг друга. Я вяло размышляла над превратностями судьбы и ее неожиданными поворотами. А еще в который раз вспоминала старинную пословицу: «Все, что ни делается, – к лучшему». Были какие-то потрясения, тревоги и страхи, а сейчас я чувствовала себя совершенно счастливой, и все треволнения недавних дней казались бесконечно далекими и несущественными.

Мужчина сидел, расставив ноги, между которыми я устроилась, удобно откинувшись ему на грудь и положив голову на плечо, и медленно поглаживала обнимающие меня сильные руки, прослеживая кончиками пальцев контрастные черные полосы и очерчивая мышцы.

– Сур, а расскажи мне лучше что-нибудь о себе, – попросила через некоторое время. Не то чтобы молчание начало тяготить, просто показалось глупым не воспользоваться возможностью задать несколько важных вопросов. Тем более что обстановка располагала к задушевной беседе.

– Например? – озадаченно уточнил он.

– Ну, например, сколько тебе лет? Есть ли у тебя родные?

– Родные… не самая приятная тема, – хмыкнул он. – А с возрастом все просто, мне чуть больше пятнадцати.

– Сколько? – ошарашенно пробормотала я, скосив взгляд на его лицо. Правда, всерьез перепугаться не успела – сообразила, в чем может быть подвох. – Это имеется в виду местных, да?

– Конечно, – тихо усмехнулся мужчина. – На земные пятнадцать, наверное, никак не похож, да? Год на Сапфире в два с лишним раза длиннее земного: шестьсот тридцать восемь дней плюс еще продолжительность суток. В пересчете на ваши… точно не скажу, что-то около тридцати пяти. Биологически – мы тот же вид, что и вы, ничем не отличаемся.

– Не скажи, а цвет глаз? Вот у тебя они удивительно яркие. Очень красиво, у нас таких не бывает. В смысле, естественным путем не появляются, – возразила я из чистого упрямства, после чего осторожно уточнила: – А родные… умерли, да? Извини.

– Нет, почему, живы. – Он слегка пожал плечами. – Родители, младшая сестра, только мы не общаемся.

– Кхм. Я надеюсь, твоя младшая сестра – не Элиса? – Озаренная внезапной догадкой, я даже отстранилась, чтобы уже прямо посмотреть ему в лицо.

– Интересное предположение, – рассмеялся Сур. – Главное, близко к истине.

– То есть? Она – кузина?

– Нет, но у них с Амилой много общего, – отмахнулся он. – Хотя, пожалуй, ни одна, ни другая этого никогда не признают.

– Ты поэтому с ними не общаешься? – предположила я. – Ну, Элиса – стерва, она тебе явно не нравится, наверное…

– Элиса не так уж ужасна, равно как и моя сестра, – возразил Сур, не дав мне договорить. – Я не общаюсь с семьей главным образом из-за отца, а точнее, политических и морально-этических разногласий с ним. Если уж совсем точно, это он со мной не общается. Амила – папина дочка и во всем следует за ним, а мать просто слишком мягкая и слабохарактерная, она не рискнет пойти против его воли.

– Ну ничего себе, – потрясенно проговорила я. Картина представилась весьма удручающая и печальная. – А я думала, что у вас из-за симбионтов ничего такого никогда не бывает… Ну, эта эмоциональная связь и все прочее, а тут – типичный отец-тиран.

– Я, наверное, неправильно выразился и слишком сгустил краски, – через пару мгновений осторожно возразил Сур. – Отец не жестокий и не так чтобы деспотичный, просто очень упрямый. Мать его любит таким и не хочет с ним ссориться, а я уже достаточно взрослый мальчик, чтобы обойтись без ее постоянной опеки, – со смешком пояснил мужчина. – Как раз с ней мы иногда встречаемся. Да и отец, думаю, прекрасно осведомлен, что происходит в моей жизни, просто не желает это демонстрировать. Он ставит убеждения и принципы выше всего прочего, и гордость мешает признать ошибку. С другой стороны, я веду себя примерно так же, и еще неизвестно, кто в итоге действительно окажется прав, – иронично добавил он.

– Вот придумают же люди проблему на ровном месте, – протянула я. – Из-за чего вы хоть поругались?

– Из-за ЗОР, – с отчетливо прозвучавшей в голосе насмешкой спокойно ответил Сургут. – Отец едва ли не самый ярый противник контакта.

– Кхм. – Я выразительно кашлянула, потому что сразу подобрать достойный ответ не сумела. – То есть мне теперь стоит бояться, что…

– Не стоит, – со смешком оборвал Сур толком не успевшую сформулироваться тревожную мысль. – Он не такой уж монстр. Во всяком случае, не страшнее меня и точно не станет втягивать окружающих в наши с ним разногласия. Только матери вот и досталось, но это… издержки. Мешать в работе он может, но тебе опасаться нечего.

– Если он может мешать тебе в работе, получается, он большая шишка?

– Он – что? – растерянно уточнил Сургут.

– Ну, значительная фигура, обладающая большим влиянием, – пояснила я непонятную идиому.

– А, да. Он входит в Общественный совет, это…

– Местное правительство, – опередила я, искренне радуясь, что хоть что-то мне не нужно объяснять. – Точнее, его часть. И ваше Контактное звено ему подчиняется, да? А ты кем в этой структуре числишься?

– Собственно, ничего сложного: это самое звено я и возглавляю. Просто ЗОР – основное и приоритетное направление нашей работы. С Землей, в отличие от прочих человеческих государств, можно договориться, и на заключенные с ней договоры можно полагаться. Точнее, я так думаю, и это – одно из главных наших с отцом разногласий.

– Ага, – глубокомысленно изрекла я. – И в этот самый совет ты тоже входишь?

– До недавнего времени да, входил. Но сейчас меня оттуда выгнали за неблагонадежность, – отозвался Сур. По голосу не чувствовалось, что подобное его сильно расстраивает, но я все равно нашла нужным повиниться:

– Прости, пожалуйста. Если бы я знала, что та прогулка закончится…

– Забудь, – отмахнулся он. – Я поступил так, как счел нужным, и закроем тему.

– Но… – попыталась возразить я.

– Не хочу об этом, – ворчливо отмахнулся мужчина, опрокидывая меня на лопатки, наваливаясь сверху, вновь вжимая в гладкую теплую кожу петы и отвлекая поцелуем. Целовал – жарко, жадно, долго – до тех пор, пока я окончательно не сдалась, выкинув из головы все лишнее.