Нумерос 78 - Raavasta

— Нам всем приказано вас сопровождать, — уточнил Сасакибе.

Странное чувство смутной тревоги начало закрадываться в подсознание к Урахаре еще на дальних подходах к собственному магазину. Но, к сожалению, в тот момент бывший капитан двенадцатого отряда не сразу обратил внимание на данное нехорошее предчувствие. Прошедший день оказался для Киске довольно тяжелым и прошел в кропотливой работе по «отключению» кидо-колонн, с таким трудом установленных для иллюзорной ловушки, предназначавшейся Айзену, но так и оставшихся в итоге бесполезными кусками камня. Поскольку разбрасываться «ценным» добром, Урахара по натуре не любил, то процесс демонтажа значительно затянулся из-за попыток «спасти» все, что еще могло бы пригодиться для каких-нибудь работ или экспериментов в будущем. В результате, именно усталость сыграла с Киске злую шутку.

Отодвинув дверь в сторону и перешагнув через порог, Урахара на секунду замер. Первое, что сразу бросилось в глаза бакалейщику, был тот факт, что торговый зал оказался совершенно безлюден. Нет, в большинстве случае он и не был забит клиентами даже, несмотря на вечерний час, но в данный момент отсутствовали не только покупатели. Место за прилавком тоже пустовало, и это было совсем не похоже на Тессая, в крайнем случае, оставившем бы вместо себя Дзинту или Уруру. Несколько негромких голосов в соседней комнате и тихий смех насторожили Киске еще сильнее.

Оставив свои сумки рядом со стойкой, после чего натянув на лицо привычное дурашливо-радостное выражение и вытащив из рукава неизменный веер, торговец направился в крохотную «гостиную», намеренно громко стуча деревянными гэта по полу. Как это ни было странно, но, похоже, на эту «демонстрацию» за стенкой никто не обратил никакого внимания. Беседа неизвестных протекала в прежнем плавном течении, не прерываясь на внешние раздражители. Громко хмыкнув по этому поводу, Урахара разулся и аккуратно приоткрыл перегородку, силясь понять, почему же непривычный фон новой духовной энергии, исходивший из помещения, кажется ему таким знакомым.

Идиллическая картинка, представшая глазам бывшего капитана, навевала атмосферу чинных семейных собраний за ужином, характерных для начала-середины прошлого века. Знакомая Киске троица постоянных обитателей лавки сидела вокруг небольшого стола и с серьезным видом распивала благоухающий напиток в лучших традициях классической чайной церемонии. Дзинта вел себя на удивление спокойно и тихо, а на лице у Тессая застыло, редко виденное даже Киске, выражение полного удовлетворения. И даже более того, бывший начальник отряда Кидо улыбался.

А вот гостья, послужившая, по-видимому, причиной, этого неурочного чаепития и столь странного поведения Цукабиши, была Урахаре совсем незнакома. Будучи среднего роста, с длинными волосами платинового оттенка и с по-аристократически бледной фарфоровой кожей, эта женщина была облачена в традиционное праздничное кимоно нежно-голубого цвета, расшитое великолепными сверкающими узорами, и сидела на условном «месте для почетных гостей». Как тут же выяснилось, именно ее голос, переливавшийся серебряными колокольчиками, Киске и слышал раньше, стоя за дверью. Кроме того, практически сразу шинигами заметил, еще и то, что в каждом движении незнакомки чувствовалась странная нечеловеческая грация. И все это было довольно-таки интересно…

— Кхы-кхым, — откашлялся Киске, привлекая к себе внимание. — Не помешаю?

— Урахара-сан! — едва не подпрыгнув на месте, обернулся Тессай. — Вы вернулись! А мы… У нас здесь…

— А я все вижу, что у вас здесь, — заулыбался Киске, уже привычно обмахиваясь любимым веером. — У нас сегодня незваные гости, но, судя по всему, приходу которых все почему-то очень рады. Может быть, и мне стоит разделить эту общую радость?

— Очень может быть, что стоит, Урахара-сан, — вежливо улыбнулась гостья, и, несмотря на теплоту и искренность, что прозвучали в этих словах, от взгляда незнакомки по спине у Киске побежали мурашки. — Ведь я пришла именно к вам. К сожалению, вас на месте не оказалось, но Цукабиши-сан составил мне приятную компанию, оказавшись прекрасным рассказчиком и удивительным мастером в вопросах приготовления чая.

— Ну, что вы, не стоит, Хоугиоку-сама, — на каменных скулах Тессая проступил отчетливый румянец. — Вы слишком мне льстите.

— Отнюдь, — взгляд малахитовых глаз искоса «стрельнул» в сторону усатого великана, еще больше залившегося краской от этого. — Данная похвала более чем заслужена и вряд ли способна в полной мере отразить истинную глубину моей признательности.

— И все же, вы слишком добры…

Обмен взаимными любезностями прервал настороженно-удивленный вопрос Урахары, с лица которого на этот момент уже исчезла былая улыбка, а глаза торговца напротив широко распахнулись от изумления.

— Э-э-э… Прошу прощения, я не ослышался? — ошарашенный взгляд, устремленный на гостью из-под полосатой панамки, лучше всего остального демонстрировал те чувства, что сейчас овладели Киске. — Вас зовут..?

— Нет-нет, вы не ослышались, Урахара-сан, — снова посмотрела гостья на хозяина магазина, замершего в дверях восковой фигурой.

— Но… КАК?

Кажется, Тессай уже хотел ответить, но Хоугиоку остановила его небрежным движением своей точеной ладони.

— Прошу вас, Цукабиши-сан, мне будет приятно рассказать все самой.

— Конечно, Хоугиоку-сама, — кивнул гигант.

— Вы бы присели, Урахара-сан. В ногах правды нет, — добрая улыбка гостьи и ее вежливый тон все больше начинали напоминать бакалейщику то выражение лица и голос, при помощи которых капитан четвертого отряда Унохана повергала в ужас даже самых отмороженных бойцов из одиннадцатого отряда.

Не имея почему-то ни малейшего желания спорить, Киске на негнущихся ногах прошел до оставленного ему места и опустился за стол. Тессай, немедля, поставил перед ним чашку с горячим ароматным напитком. Выражение некого злорадного предвкушения, которым озарилась довольная физиономия Дзинты, тоже что-то не добавило торговцу приятных предчувствий. Хоугиоку, тем временем, снова заговорила.

— Итак, с чего бы начать? Пожалуй, я начну с того, что мне всё известно, — поймав на себе очередной взгляд светловолосой, Урахара подавился чаем.

— Совсем… всё? — на всякий случай уточнил бакалейщик с робкой надеждой в голосе.

— Думаю, что, практически всё о том, что здесь творилось, с того момента, как Айзен извлек меня из тела бедной Рукии-тян. Кстати, это было не самое лучшее решение вашей проблемы Урахара-сан. Я имею в виду имплантацию меня в тело девушки-шинигами. Без всякого согласия, как с ее, так и с моей стороны, — в голосе говорившей послышались отчетливые льдистые нотки.

— Ну, обстоятельства складывались таким образом… — сам не до конца понимая почему, начал было оправдываться Киске, но смолк на середине фразы, заметив, как раздраженно дернулся уголок губ Хоугиоку.

— Мне известно, каким образом складывались обстоятельства. И я не буду поднимать тему скрытых мотивов, которые, возможно, намеренно подталкивали кого-то именно к тому развитию событий, которое и последовало. Ведь так будет лучше для всех, не так ли? — удержаться от согласного кивка было для Урахары довольно непросто.

— Не имею ничего против.

— Замечательно. Тогда я продолжу, но прежде, наверное, будет правильно выразить мою благодарность. Ведь как бы оно там ни было, именно вам, Урахара-сан, я обязана своим появлением на свет. Хотя признайте, родитель из вас получился не самый образцовый. И это обстоятельство заставляло меня немного беспокоиться о будущем детей, которые оказались под вашей опекой, — Уруру и Дзинта синхронно уставились на Хоугиоку при этих словах, но получили в ответ лишь теплую улыбку. — Однако это было до того, как я лично и близко познакомилась с Цукабиши-саном. После чего мои сомнения растаяли без всякого следа, целиком и полностью.

Тессай, явно довольный очередной похвалой от гостьи, еще больше, чем раньше, раздулся от гордости и одновременно с этим покраснел от смущения. А Киске вдруг ясно для себя осознал, что, вероятно, окончательно потерял единственного возможного союзника в этой беседе, последствия которой по-прежнему было очень сложно предугадать.

— Тем не менее, это не умаляет факта вашего недобросовестного выполнения своих обязательств, имевшихся в нашем случае, как минимум, в рамках концепции «создателя и создания», — заметила Хоугиоку, продолжая метать своим взглядом в Киске иллюзорные громы и молнии. — Но все же с моей стороны было бы черной неблагодарностью не дать своему творцу последний шанс на оправдание его бездействия после моего похищения. И я предоставлю вам такую возможность. Итак, Урахара-сан, расскажите, каким же образом вы планировали остановить Айзена и спасти меня после того, как он начал бы процесс слияния, о чем для вас не составило бы труда самостоятельно догадаться заранее?