Нумерос 78 - Raavasta

— Надеюсь, никто не будет сильно возражать, и сначала я сделаю небольшое лирическое отступление. Но если уж слишком сильно разольюсь мыслью по древу, то одерните меня. Еще соответствующий знак можно будет подать сладким храпом.

— Юноша, вам не кажется, что вы переходите допустимые рамки приличий? — попыталась все-таки меня приструнить какая-то матрона.

Повернувшись в ее сторону, я наивно захлопал ресницами.

— Ну, я же не специально.

Кто-то из советников закашлялся, кто-то откровенно хохотнул.

— Но вернемся к сути нашей незапланированной беседы! Думаю, все в этом зале со мной согласятся, что ошибки надо признавать и исправлять. Особенно легко признавать чужие ошибки. Исправлять — посложнее, но уж признать чужую глупость нетрудно, верно? Зато у упомянутой сложности есть свои дополнительные плюсы. Исправляя чужие ошибки своими силами, мы испытываем удовлетворение от свершившейся справедливости и, чего скрывать, некоторую гордость за содеянное.

— Молодой человек, к чему все эти ваши пространные рассуждения? У нас не так много свободного времени. Нельзя ли выразиться уже поконкретнее? — снова «прорезался» тот член Совета, что открывал мое слушание.

— Можно, — кивнул я, крутнувшись в его сторону. — Но чуть позже. Итак, мною только что была затронута тема гордости. Это чувство играет немаловажную роль в нашей жизни и в мироздании, вы уж согласитесь. И ничто не придает такой гордости любому мыслящему созданию, как получение репутации самого первого в каком-либо деянии, желательно благовидном, конечно. Собственно, за этим я и пришел. Вы все здесь почтенные люди, умудренные опытом и не обделенные уважением. Наверное, вашим родственникам трудно на дни рождения и прочие праздники делать подарки, таким людям, как вы, «имеющим в жизни самое главное»? — на лицах некоторых советников появились понимающие улыбки, видимо, каждый из них вспоминал какой-то свой эпизод из недавнего прошлого. — Но я все же попробую вас удивить. Я хочу подарить вам, дамы и господа, немного гордости!

Гробовую тишину, повисшую в зале, прервал обреченно несчастный всхлип Киры откуда-то из темноты.

— Кхм, — откашлялся «председательствующий». — Думаю, мы услышали достаточно, чтобы с уверенностью сказать…

— Что отказываться от такого подарка будет несусветной глупостью, — перебил я советника, заставив старичка от подобной наглости удивленно вытаращиться на меня. — Не будете же вы уподобляться своим предшественникам, закономерным результатом продолжительной работы которых стал визит в эти стены бывшего капитана Айзена Соске, совершившего небольшую, но явно своевременную ротацию кадров путем принудительного увольнения предыдущего Совета в полном составе.

— Нацу, им нельзя угрожать, — раздался откуда-то сзади панический шепот Изуры.

— Да разве я посмел бы делать такое? — пожав плечами и вновь беспечно улыбнувшись, мне оставалось лишь получать удовольствие от той невероятной палитры всевозможных эмоций, что играла сейчас на лицах советников. — Я же не самоубийца. И не Шихоуин Йоруичи, чтобы вот так вот запросто вломиться сюда, раскидывая с дороги охрану, и так же беспрепятственно уйти. Кстати, я не помню, уважаемые господа, тот факт, что это была действительно она, удалось доказать? Или речь шла только о косвенных уликах?

— К чему этот вопрос? — настороженно уточнил кто-то с верхнего ряда.

— Как ни странно, но, похоже, к основной теме моего визита, — ответил я, и вправду, почти искренне удивляясь. — Однако к этой обворожительной персоне мы сможем вернуться чуть позже. А пока, давайте, продолжим беседу о гордости и подарках. Я думаю, никто из вас не откажется от предложения получить звание первого состава Совета, который отменит несправедливое решение своих предшественников, особенно в свете всех недавно открывшихся обстоятельств? Ведь это будет прекрасный повод для гордости, да? И что может быть лучше и правильнее для обновленного Совета, чем в самом начале своей деятельности сделать, что-нибудь хорошее, нужное, справедливое, а главное — очень полезное для Сообщества Душ?

Очередная театральная пауза затянулась чуть дольше, чем я рассчитывал, но, наконец, один из моих слушателей подал голос:

— И о чем же именно вы ведете речь, Нацутори-сан? — было заметно, что прозвучавшее в конце обращение далось дедульке с некоторым трудом, и к тому же заставило вздрогнуть многих других советников, но незримый Рубикон был уже перейден.

— Речь о жутко неправильном судебном решении, вынесенном Советом Сорока Шести около ста лет назад в отношении группы бывших капитанов и офицеров Готей-13, - без заминки поведал я.

— Дело Урахары Киске? — хмыкнул кто-то из зала.

— Оно самое.

— Невозможно, — отрезала старушка, сидевшая прямо напротив меня. — Этот вопрос уже обсуждался до вас. Приговор по данному инциденту не может быть отменен.

— На что поспорим? — уточнил я с детским интересом, склоняя налево голову и заставляя свою собеседницу разом потерять всю свою благообразность.

— Молодой человек, немедленно прекратите свои нелепые выходки! — жарко потребовала бабулька, задохнувшись от возмущения. — То, что мы еще до сих пор вас слушаем и не выставили отсюда…

— Несомненно, говорит о вас, как об очень мудрых и понимающих людях, — очередное перебивание члена Совета нахальным просителем уже не вызвало такой бурной реакции, как в первый раз. — Один мудрый и понимающий человек как-то сказал: «Подвергай все сомнению!» Неужели вы станете разбрасываться подобными умными мыслями? Особенно в нашей очень неоднозначной ситуации.

— У вас есть хоть какие-то основания для проведения пересмотра приговора по названному вами делу? — снова заговорил «председатель».

— М-м-м, — я закатил глаза и приложил к подбородку палец в притворной задумчивости. — Ну, давайте, вместе смотреть. Начнем с формулировки общих постулатов. Айзен Соске у нас, однозначно — предатель Сообщества Душ, прожженный интриган, безумный гений, жестокий убийца, сепаратист, антимонархист, похититель Хоугиоку, творец арранкаров, архитектор Лас Ночес и вообще редиска страшная. Так?

Сорок шесть пар округлившихся глаз взирали на меня почти в священном трепете.

— Последние пункты, озвученные вами, являются особо важной и строго засекреченной информацией, открытой только для офицеров Готей! Откуда она может быть известна рядовому лекарю?! — не понимая и негодуя одновременно, булькнуло где-то справа.

— Ах, да, — извиняясь, ответил я. — Забыл упомянуть при знакомстве. Я, если вдруг что, с некоторых пор законный муж милейшего капитана второго отряда.

Устремленные на меня взгляды в очередной раз переменились. Кажется, последний факт окончательно выбил старейшин из колеи. По высоким рядам тут же активно побежали разные «неверящие» шепотки.

— Я думал, что это просто сплетня…

— Семейство Фон ничего пока официально не подтвердило…

— Мне казалось, то «представление» часть какого-то хитрого отвлекающего плана…

— Даже если так, разве может быть этот мальчишка…

— Не верю, она съела бы его на завтрак в два укуса…

— Между прочим, она пыталась, — улыбнулся я автору последней реплики. — Чуть было без носа я не остался в тот раз.

Великосветское собрание от услышанного снова слегка зависло.

— Но не будем углубляться в подробности чужой личной жизни, — отмахнулся я. — С тем, что Айзен — гнилая бяка все согласны?

Одних лишь утвердительных кивков мне было недостаточно. Пришлось дожидаться, пока кто-либо из старичков не подтвердит мой вывод в полный голос.

— Согласны, — хмуро выдавил «председатель».

— Замечательно, — моя улыбка в очередной раз озарила зал. — Идем дальше. Раз уж беглый Айзен — вор, мошенник и плут, и к тому же располагает занпакто, способным создавать иллюзии, то вряд ли у кого-то могут возникнуть сомнения, что дело, по которому были осуждены многие невинные шинигами, сфабриковано. Вот и все.

— Нет не все, молодой человек, — прожигая меня настойчивым взглядом, опять заговорила старушенция «прямо по курсу». — Вам недавно уже пытались пояснить, что предложение о пересмотре приговора, в связи с новыми открывшимися обстоятельствами, было нами рассмотрено. Но, Урахара Киске и Цукабиши Тессай были осуждены за эксперименты по пустофикации шинигами, и этот факт был вполне доказан!

— Ага, — снисходительно кивнул я. — А еще при явке с повинной подозреваемый оказал ожесточенное сопротивление. Знаем-знаем. И, кстати, в долгосрочной перспективе эти эксперименты оказались очень успешными. Даже если не считать, что их истинным автором был Айзен. Насчет последнего прямых улик у меня нет, но этот момент вряд ли может вызывать сомнения у всех разумных людей. Ведь именно отсутствие доказательств и убеждает всех еще раз в том, что Айзен является хитрым, коварным и изощрённым преступником, не оставляющим следов, а потому заслуживает самого сурового наказания. Но это уже как-нибудь потом, наверное. Кстати, господа и дамы, неплохо было бы и изгнанных вайзардов допустить обратно сюда, в Сообщество Душ. Уж они-то в этой ситуации точно являются лишь невинными жертвами.