Цена слова - Елизавета Шумская

Эти мысли немного отвлекали от дурных предчувствий. Но те не сдавались, вновь и вновь упрямо штурмуя ее разум и настроение.

А еще было чувство безнадежности и беспомощности, будто ее, как мелкую щепку, несет вперед шумным потоком событий, а она сделать ничего не может. Лишь бессильно поворачивается то в одну, то в другую сторону. Кому такое понравится?

И приходилось вновь сжимать зубы, чтобы просто не повернуть коня и не присоединиться к тем разумным людям, что уезжали прочь от войны, а не стремились к ней.

«Как я во все это ввязалась? Я же просто хотела учиться магии и делать свои зелья. – Травница вспомнила темноволосого эльфа, его развеселую и такую неотразимую улыбку. – Тебе тоже приходится во всем этом участвовать? Только на своем фронте? Наверняка Катерина припахала и тебя. Пересечемся ли? Я бы не отказалась от такой поддержки… и такого спутника. – Мысли по аналогии перескочили на Ло, и Ива с некоторой долей неуверенности подумала, что Т’ьелху вряд ли потребуется что-то объяснять, да и сомнительно, что он ждет от нее верности. Главное – самой не запутаться в чувствах. Но Ло хотелось увидеть жутко. Она была абсолютно уверена, что при встрече с Темным эльфом она будет чувствовать себя очень легко, он умел снимать любую напряженность, но в своей постели его видеть уже не хотелось. По крайней мере, знахарка желала в это верить. – Но что же я тут делаю?!»

Чувство опасности просто кричало. Умирать ужасно не хотелось. Как никогда Ива вдруг поняла, что не желает никаких опасностей и заварушек. Что хочет спокойствия и стабильности. Уверенности в себе, окружающих и жизни.

– Мы катастрофически опаздываем, – прошептал Калли. Даже несмотря на то что произнес он это во время скачки, пусть не галопа, с него они только что перешли на более спокойную рысь, его услышали все.

– Что ты там бормочешь, ушастый?! – рявкнул Грым, невольно и даже неосознанно переживающий за подругу, отчего был жутко раздражен и зол. – Говори громче, коли начал!

«Не рычи на меня!» – хотел ответить эльф, но не смог. Все его сознание напрочь заволокло жуткое предчувствие. Уголки губ из ровной линии чуть опустились. В синих глазах плескалось беспокойство. Никогда еще никто из них не видел такого выражения на этом лице.

– Опаздываем. Как же мы опаздываем…

Со всех сторон посыпались вопросы. Все попутчики Светлого ощущали что-то давящее, неизбежное, очень тяжелое чувство, каждый мучился опасениями и догадками. Всем было не по себе. Но только Калли сумел высказать это вслух. Обычно невозмутимый и молчаливый, он сейчас казался комком нервов, обнаженной болью, тревогой. Наверное, в некоторых ситуациях эльфы чувствовали сильнее, острее, больнее.

Златко прервал беспорядочные вопросы взмахом руки. Подчинился даже Ло. На нем тоже лица не было.

– Калли, поясни. Это предчувствие или просто твои опасения? – Как же Бэррину не хотелось слышать ответ на этот вопрос! Он отлично знал, что он не будет таким, каким ему хочется.

– Я просто знаю, – еле смог произнести Светлый. – Я будто вижу, как бесценные песчинки времени утекают сквозь пальцы… не по одной, а много-много за единый миг. И еще мне кажется, что это ее время, нашей Ивы, время ее жизни… И его осталось так мало. И уже… скоро не останется совсем.

– Да что ты такое несешь?! – заорали одновременно Грым, Дэй и Ло.

Синекрылый побледнел.

– Замолчи!!! – кричали остальные.

Кто-то зарычал:

– Накаркаешь!

Кто-то процедил сквозь зубы, что такого не будет, что он этого не допустит. Кто-то рявкнул, что всех порвет… Прозвучало что-то еще. Но никогда еще друзьям не было так страшно. Больно и тоскливо. Хуже всего становилось от сознания того, что Калли вряд ли ошибается и что сделать пока можно только одно – пришпорить коней.

Что они и сделали. А бесценные песчинки времени действительно утекали.

– Ты уверен, что эта девка там? – Белая Кошка нервничала. Это было ощутимо в каждом ее движении, взгляде или слове. Даже обычные реплики каким-то непостижимым образом приобретали оттенок ругани.

Сероволосый пожал плечами:

– Ты же Кошка, ты должна знать, какова погрешность данных разведки.

– Я уверен, – произнес маг. – Она там.

– Точно? – Маргарета развернулась к нему всем телом.

– Абсолютно, – кивнул он. Взгляд был совершенно спокойным.

– Тогда… сейчас?

– Чего тянуть?

– Наше отсутствие могут заметить, – произнес дымчатоволосый. – В случае нашего успеха это неважно, но если что пойдет не так, лучше иметь запасной план, поэтому предлагаю действовать побыстрее.

– Я не ощущаю в этой девчонке никакой силы, – задумчиво пробормотала белая.

– Я тебе говорил. Очевидно, эта сила спит или как-то спрятана. Но у нас все должно получиться. Может, она просыпается только рядом с Кошкой. В любом случае уже поздно менять планы.

– И то верно. Не рискующий не побеждает.

– Верно, – кивнул маг.

– Только держись подальше. – Маргарета кинула на чародея подозрительный взгляд. – Не думаю, что потребуется твоя помощь, но присутствие, близкое присутствие человека может что-то сбить, и так боги знают сколько времени на разработку этого заклинания потратили. До сих пор непонятно, почему сила выбрала такого носителя. Может, в ней есть часть оборотнической крови?

– Она дочь духа Природы, может, это служит аналогом вашей крови?

Кошка покачала головой:

– Может, и так. Но это, право, очень смешно.

– Все мы дети Природы. В той или иной степени.

– Именно эта степень меня и удивляет. Ладно, сколько можно это обсуждать. Телепортируемся. Удача с нами.

Несколько оборотней и один человеческий чародей исчезли из палатки одной знатной Кошки.

И в тот же миг сигнальные трубы заиграли общее построение и готовность к бою.

– Они начали действовать, моя госпожа…

– Хорошо, – кивнула Катерина и посмотрела на мужчину. – Мой дорогой, – промурлыкала Кошка на ушко своему начальнику тайной разведки. В лагере, за стенами ее большой и просторной палатки, стоял гул. Пели трубы, и множество оборотней, людей и прочих существ поднимались и двигались, чтобы занять давно уже оговоренные и выученные позиции. Скоро бой, так и звучало в воздухе, бой, бой, бой… И Катерина отлично знала, что существа Анкела на другой стороне равнины-прохода тоже выстраивают боевые порядки. Скоро-скоро все и случится. – Ты же не дашь мне повода… сомневаться в твоей верности.

Тот выдержал ее взгляд совершенно невозмутимо.

– Ты же знаешь мою верность.

– Знаю, – прошелестел ее голос. – Но даже верностью можно манипулировать. И это делают с тобой, мой серый котик.

– Пытаются, – не стал он отпираться.