Жизнь - только держись! (Шаг второй) - Happalo

кабине застрявшего лифта ситуация начала выходить из-под контроля. У беременной девушка стали сокращаться промежутки между схватками, проще говоря, пришло время рожать, и ребёнок настойчиво стучал в уже приоткрытую дверь. В данную минуту ЧхэЁн разговаривала с доктором, который прибежал на второй этаж. Говорили они через закрытые двери. Медсестра даже на цыпочки привставала, чтобы её было лучше слышно.

- Схватки участились, доктор Чан, - поведала всем заинтересованным и не заинтересованным лицам данную новость медсестра.

- Единственное, что вы можете сейчас сделать, - долетел из-за закрытых створок мужской голос, - это посоветовать пациентке успокоиться и дышать глубже. Вы слышите, что я говорю, медсестра Ким?

- Да, доктор Чан! я вас услышала! - ответила ЧхэЁн и уже тише добавила. – Тоже мне… Как будто я и сама этого не знаю.

Лалиса стояла с выпученными глазами и смотрела прямо на пыхтящую девушку, которая пыталась выполнять все указания медсестры, но помогало ей это не сильно.

- Медсестра Ким! - снова послышался голос из-за закрытых створок.

- Да, доктор Чан!

- Проверьте уровень раскрытия!

- Я вас услышала! Сейчас проверю! – прокричала в ответ ЧхэЁн и обратилась к роженице.

- «Раскрытия? Какого раскрытия? Двери откроют? Это хорошо. Я не просто хочу отсюда выйти и побыстрее, а страстно мечтаю об этом. Выпустите меня!»

Медсестра, подойдя к ногам девушки и снова приоткрыв простынную, выполнила указание доктор. Лалиса в этот момент упорно смотрела в стену напротив себя.

- Доктор Чан! – Крикнула она, снова привстав на цыпочки и услышав отклик продолжила. – Раскрытие восемь сантиметров.

Некоторое время стояла тишина. Видимо доктор обдумывал услышанное. Я же продолжал стоять молча и пялиться в стену, потому что видеть то, что сейчас происходит, не желал ни при каких обстоятельствах.

- «За что?! Господи, за что?! Лифт дорогой мой - любимый машин, поехали уже, а? Ну что тебе стоит? Раз и всё!»

Как только ХеМи вернулась на этаж к свекрови и сообщила ей о том, что произошло. Пакпао нецензурно выругалась:

- Хи! Mаэ манг!.. (Тайский: Пи…! Твою мать!)

Невестка чуть мимо стула не села, когда услышала это. Она не очень хорошо знала тайский язык, однако, самые распространённые речевые обороты и словосочетания ей были хорошо знакомы, в том числе и не цензурные.

- Куда ты усаживаешься? – Поднимаясь чуть ли не прорычала бабуля. – Хватай сумочку и бегом к дочери своей!

Спорить естественно ХеМи не стала. Здоровье дороже.

Оказавшись на втором этаже здания, женщины сразу на выходе из лифта застали прелюбопытную картину. Доктор, а это был именно доктор, в белом халате практически лежал на полу и, немножко раздвинув руками створки двери, кричал в шахту. Только Пакпао хотела открыть рот, чтобы задать вопрос, как из шахты донёсся женский вопль, наполненный страданием. Женщины невольно вздрогнули, а вот доктор лишь поморщился. Усиливая первый крик, практически тут же заорал кто-то ещё, более высоким и очень знакомым голосом.

- Лалиса! - выпалила Пакпао и метнулась к створкам. – Лалиса! Внученька, что с тобой?!

За ней следом устремилась ХеМи и тоже заорала:

- Доченька, что с тобой?!

- Ай! – Вскрикнул доктор, получивший практически сдвоенный пинок чуть ниже спины, и выгнулся вперёд, а потом мужчина взревел словно раненый лев. – Убирайтесь отсюда немедленно! Вы мне мешаете работать! Там моя пациентка рожает!

- Там моя внучка! – Завопила словно «Иерихонская труба» Пакпао.

- Не смейте кричать на мою омму! – Не отстала от импровизированного хора ХеМи.

- Заткнись, идиотка мелкая! – Долетел до троицы приглушённый женский вопль из шахты лифта, принадлежавший медсестре Ким.

Глава 23

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

В помещении играет ритмичная музыка, парни выстроить в подобие некой фигуры лицом к зеркальной стене и замерли. Звучат последние звуки мелодии и все как один выдыхают, одновременно расслабляясь.

Приблизившись к ноутбуку и остановив уже запустившийся следующий трек из списка, ДжэДжун разворачивается к мемберам своей группы.

- Сегодня все молодцы, - произносит лидер и берёт полотенце со стола. Вытерев как следует своё лицо от обильно выступившего в процессе тренировки пота, парень вновь начинает говорить. – Даже ДжинСу молодец.

- Эй! Да хорош уже! – Тут же возмущается вышеуказанный.

- Что? – Не понимает ДжэДжун, но еле скрываемая улыбка выдаёт его с головой.

- Хорош говорю, каждый раз цеплять меня из-за всяких мелочей. Не мог промолчать? И почему сразу я? Вон, - машет ДжинСу рукой в сторону другого участника группы, - МиЧжун всё время валяется, будто пьяный. Почему его не упомянул?

- В отличие от некоторых, - улыбается МиЧжун, усевшись на один из принесённых с собой в новую студию стульев, - я валяюсь исключительно в свободное от тренировок время. Так что, хён…, - разводит руки в стороны он и начинает откровенно скалиться.

В этом парне удивительным образом сочетались непревзойдённая пластика и грация, когда он начинал танцевать. Но вот в остальное время… Одним словом, только ленивый не называл его «кальмаром». Даже в школе на некоторое время к нему прилипла эта кличка: «кальмар». Ким МиЧжун умудрялся порой падать там, где это случается только, если человек сам сильно захочет свалиться. Ну вот как можно упасть с ровно стоящего стула, потянувшись за чем-то, лежащим прямо перед тобой на столе? Как? Этот вопрос мучает всех в группе без исключения. Ребята до сих пор не могут отыскать на него ответ.

Попытавшись найти поддержку у остальных мемберов, ДжинСу видит лишь ухмыляющиеся лица и начинает возмущаться:

- Ааа! Куда я попал? Кругом одни предатели! Вы все, - машет он в сторону ребят, отвернувшись к стене и наклонившись, чтобы достать своё полотенце, - предатели! Не зря… Ох, не зря абоджи говорил мне, чтобы я лучше подбирал себе друзей.

Парни посмеиваются, занимаясь каждый своим делом, потому что подобные сцены повторяются с завидной частотой почти на каждой тренировке. Кто-нибудь подтрунивает над вечно ошибающимся ДжинСу и практически тут же получает желаемую реакцию. Самое интересное, что, являясь самым старшим в группе, ДжинСу никогда не тыкает остальных в это носом. Впрочем, эти самые остальные так же не переходят определённых границ, прекрасно зная когда