Прошлые обиды - Лавейл Спенсер

- Хорошо, мама, мне пора идти.

- Иди, но, послушай... я люблю тебя.

Он молчал слишком долго, прежде чем сказать: "Да, я тоже", как будто ему было слишком трудно произнести эти слова.

Повесив трубку, Бесс почувствовала себя совсем одинокой Она продолжала стоять, положив руку на телефон, смотрела в окно и чувствовала, что как мать она не состоялась Ей стали понятны чувства Майкла все эти годы, и она сама не знала теперь, как преодолеть пропасть между собой и Рэнди.

- Что-то не так? - спросила Хидер. Она обметала пыль с полок и стеклянных фигурок, двигаясь вдоль западной стены.

- О! - Бесс глубоко вздохнула. - Не знаю.

Через некоторое время она повернулась к Хидер и спросила:

- Среди твоих детей есть ребенок, которого труднее любить, чем других? Или это только у меня так? Я чувствую себя временами такой виноватой, но клянусь, мой младший сам держится отчужденно.

- Нет, это не только у тебя. У меня есть такой же ребенок. Моя средняя, Ким. Она не любит, когда ее обнимают, я уж не говорю, целуют. После того как ей исполнилось тринадцать, она отказывается делать что-либо вместе с нами. Игнорирует День матери и День отца, критикует программы радио, которые слушаю я, ей не нравится, как я вожу машину, она не любит фильмы, которые я люблю, одежду, которую я ношу. Приходит домой, только когда ей что-нибудь нужно. Иногда становится трудно любить такого ребенка.

- Как ты думаешь, они это перерастут?

Хидер поставила миску на полку и сказала:

- О, я надеюсь. Что-нибудь не так между тобой и Рэнди?

Бесс недоверчиво поглядела на Хидер:

- Сказать правду?

Хидер продолжала свое занятие.

- Он застал меня в постели с его отцом.

Хидер начала смеяться, сначала еле слышно, а потом на весь магазин. Когда смех прекратился, она подняла веничек для пыли над головой и стала его раскручивать:

- Ура!

Бесс слегка покраснела.

- Вся пыль летит обратно.

- А, плевать. Уволь меня.

Хидер вновь занялась вытиранием, улыбаясь.

- Я так и думала, что между вами что-то происходит серьезное. Я понимала, что ты занимаешься с ним не только бизнесом. Что касается меня, то я рада.

- Не радуйся, пожалуйста. Потому что от этого одни только проблемы. Рэнди всегда очень горько воспринимал наш развод, и он наконец высказал все отцу. Тут вмешалась я, и все вообще вышло из-под контроля. Я дала Рэнди пощечину, и с тех пор он сторонится меня. О, я просто в отчаянии, Хидер. Иногда роль матери мне ненавистна.

- У нас у всех так, временами.

- Что я сделала не правильно? Я любила его всю жизнь. Я говорила ему об этом, я целовала и обнимала его. Я посещала все родительские собрания. Я делала все, чему учили книги, но в какой-то момент я упустила его. И он уходит все дальше и дальше. Я знаю, что он пьет, курит марихуану, но никак не поймаю его, чтобы остановить.

Хидер оставила свой веничек, обошла прилавок, ласково обняла Бесс:

- Не всегда мы делаем что-то не так. Иногда и они виноваты. А нам остается лишь ждать, пока они перерастут и доверятся нам или дойдут до предела.

- Рэнди так любит свою музыку. Он так мечтал играть с оркестром, но я боюсь за него. Такой образ жизни может погубить его.

- Ты не можешь выбирать за него, Бесс. Больше уже не можешь.

- Я знаю. - Бесс на секунду прижалась к Хидер теснее. - Я знаю.

Когда она отстранилась, глаза ее блестели.

- Спасибо. Ты настоящий друг.

- Я мать, как и ты, и тоже лезла вон из кожи, но... - Хидер подняла и опустила ладони. - Все, что мы можем сделать, это любить их и надеяться на лучшее.

Было трудно сосредоточиться на работе, зная, что Лиза рожает, Бесс так и не смогла закончить кое-какие эскизы и занялась обслуживанием клиентов, потом прикрепила ярлыки к новой партии белья и повесила его для обозрения на старомодные деревянные брусья. Вышла на улицу, полила герани в ящиках под окном, распаковала новые обои. Каждые пять минут смотрела на часы.

Марк позвонил около трех:

- Мы в больнице. Вы можете сейчас приехать?

Бесс еле успела сказать "до свидания", схватила сумку и побежала.

Больница была милях в двух от магазина. Вверх по Миртл-стрит к холму и затем к югу на Грили-стрит, на возвышенность, с которой было видно озеро Лили. Другие больницы были ближе к дому Лизы и Марка, но ее беременность подтвердил врач, которого Бесс знала всю жизнь, и Лиза предпочла, чтобы рядом с ней были знакомые люди. Бесс тоже почувствовала большую уверенность, подходя к больнице, в которой родились Лиза и Рэнди, где лечили Лизину сломанную руку, где ее дети получали медицинскую карту для школы, где им давали бесконечные полоскания для горла, где в историях болезней, которые до сих пор хранились в металлических ящиках, фиксировался их вес и рост. Здесь вся семья последний раз видела дедушку Дорнера.

Родильное отделение было совсем новым. Пахло клеем и краской. Вестибюль, освещенный спокойным светом, вел к посту дежурной сестры.

- Я мама Лизы Пэдгетт, - обратилась Бесс к дежурной сестре.

Молодая женщина проводила ее в родильную комнату. Там были Лиза, Марк и улыбающаяся медсестра, к халату которой была прикреплена пластинка с именем "Джейн Мире". Лиза лежала на кровати в мятом халатике, а Джейн приспосабливала какую-то белую трубку к ее животу. Она взяла два сенсора, прикрепила к трубке, ласково похлопала их и сказала: "Ну вот". Сенсоры были соединены с аппаратом возле кровати.

Лиза увидела Бесс:

- Привет, мама.

Бесс подошла к Лизе, наклонилась и поцеловала ее:

- Привет, дорогая. Привет, Марк. Как дела?

- Неплохо. Привязали меня к этой машине, чтобы мы были в курсе, если ребенок передумает или что-то вроде этого.

Повернувшись к сестре, она сказала:

- Это моя мама, Бесс... - И пояснила матери:

- А это та дама, которая должна провести меня через семь кругов ада.

Мисс Мире засмеялась:

- О, я надеюсь, что мне не придется этого делать. Не думаю, чтобы все было настолько плохо. Посмотри сюда...

Сестра положила руку на аппарат, где светились оранжевые световые цифры рядом с крошечным оранжевым сердцем, которое вспыхивало ритмично, со звуком, напоминавшим шипение заезженной пластинки.

- Это монитор. Слышно биение сердца ребенка.

Все взоры сосредоточились на бьющемся сердце, а из монитора стала змеей выползать белая лента с цифрами.

- А это, - мисс Мире указала на зеленую цифру рядом с оранжевой, - это твои схватки, Лиза. Марк, твоя задача следить за ними. Между схватками появляется цифра "13" или "14". Как только ты увидишь, что она растет, ты должен напомнить Лизе, чтобы она глубже дышала. Схватка достигает своего пика примерно за тридцать секунд, через сорок пять прекращается. Все длится около минуты. Поверь мне, Марк, ты будешь часто знать о том, что начинается схватка, еще до ее начала.