Любера. От дворовых банд до криминальных бригад - Валерий Михайлович Карышев

– Собственно, мы ничего не боимся. Просто люди, которые над нами стоят, будут очень недовольны, если мы по какому-то пустяку залетим. Понимаешь меня? Тут серьезное дело намечается, и мы должны с Утюгом в этих делах участвовать. А если какую-то помойку менты подкинут – примут нас, и потом крути-верти, доказывай. Короче, ты понял, нам это совсем без надобности.

Теперь я понял, что у братвы возникли опасения, что их просто спровоцировали менты и могут им что-то подкинуть. Вот они и хотят заручиться поддержкой адвоката.

– Ладно, что от меня требуется? – спросил я.

– Да ничего особенного. Поедешь с нами, там недалеко машину поставишь. Если что-то увидишь, если какая-то непонятка произойдет, – принимать нас будут СОБР, ОМОН, – ты свою ксиву покажешь, спросишь, в чем дело, какие проблемы. Я думаю, при адвокате они не решатся ничего подкинуть.

– Ладно, давайте попробуем, – согласился я. – Дело в принципе несложное.

– А мы тебе деньги хорошие заплатим, – добавил Маркел. – Не бесплатно же ты будешь работать!

– Да ладно, какие там деньги! – махнул я рукой.

– Нет, погоди, мы серьезно тебе говорим! – И Маркел тут же полез в карман, вытаскивая оттуда пачку долларовых купюр. – Тысячи тебе хватит? А, нас двое, давай мы тебе две штуки заплатим.

– Ладно, – махнул я снова рукой, – дело несложное. В конце концов, сколько по времени займет?

– Да минут пятнадцать-двадцать, – сказал Маркел.

– Вы хоть скажите свои фамилии, имена и отчества.

– А зачем это нужно?

– Как же – если вас заберут, как я буду документы на вас оформлять в качестве вашего адвоката, по кличкам, что ли, – Маркел и Утюг?

– Действительно, – улыбнулся Маркел. – Точно говоришь! Записывай фамилии. – Он продиктовал данные свои и Утюга. – Ну что, поехали?

– А что, стрелка сразу будет?

– Да, мы тем отзвоним, они подтянутся. Они сказали, что это якобы их точка.

– Хорошо, поехали.

Создавалась нелепая ситуация. Если бы кто посмотрел на нас со стороны, было бы смешно. Если раньше черный джип «Чероки» вел меня, то теперь было наоборот – Маркел ехал впереди, я – за ним. Я сам заулыбался, думая: если нас разрабатывают какие-то спецслужбы, интересная картинка получится!

Через несколько минут мы въехали в Люберцы. Остановив машину, Маркел сказал:

– Стрелка будет около этой кафешки, – и он показал на кафе.

– Погоди, – сказал я, – так это же кафе, где Михаила Кузьмина завалили?

– Конечно, то самое. Мы туда подъедем, а ты поставь машину метрах в трехстах, чтобы тебе было все хорошо видно. Если нас будут из машины вытаскивать, махать красными книжечками или еще что – РУОП, МУР, – стал перечислять Маркел названия организаций, оппонирующих братве, – ты подъезжай и скажи, что вот, я адвокат и все такое, мимо проезжал. Ты все сам знаешь.

– Да я-то знаю, что мне сказать.

– В общем, скажи, что мимо проезжал, ты ничего не знаешь, не при делах ты.

– Да ничего мне объяснять не надо! А если тебя, Маркел, все же примут, кому мне звонить?

Маркел подумал.

– Знаешь что? – И он снова помолчал.

– Да пускай он Анатолию Ивановичу позвонит, – неожиданно вмешался в разговор Утюг. – Записывай телефон! – И он хотел уже продиктовать мне телефон, но Маркел остановил его:

– Не надо Анатолия Ивановича, он ругаться будет. Ты Тамарке позвони. Той, которая тебя привезла из бара. Записывай телефон, ей сообщишь, если что, не дай бог, случится.

Я записал номер мобильного телефона Тамары. Странная ситуация получается, думал я, мои бывшие оппоненты, можно сказать враги, теперь нуждаются в моей срочной защите! Надо же, как быстро иногда жизнь меняется!

Мы сели в машины и поехали по направлению к кафе. Не доезжая нескольких сот метров, машина Маркела снова затормозила. Я тоже остановился. Из машины неожиданно вышел Утюг. Он держал в руке полиэтиленовый пакет. Видно было, что в пакете находились какие-то тяжести. Он дошел до ближайшей урны, осмотрелся, достал из пакета газету и высыпал на нее содержимое урны. Затем, снова осмотревшись и убедившись, что вокруг никого нет, он положил на дно урны пакет, а сверху – газету с мусором. Нетрудно было догадаться, что в этом пакете было оружие, что ребята сбросили все, что было необходимо убрать. Затем Утюг вернулся к машине, снова залез на заднее сиденье, через несколько мгновений вновь вылез и, держа в руках какой-то темный предмет, направился ко мне.

– Вот, Маркел просил передать, – сказал Утюг.

– Что это?

– Бинокль, чтобы лучше было видно.

Я взял бинокль темно-зеленого цвета. Он был необычным, импортным, немецкого производства.

– Хорошо, я воспользуюсь вашим биноклем.

Я поставил машину на обговоренном расстоянии от кафе, а Маркел подъехал ближе. Взяв в руки бинокль, я немного опустил стекло. Бинокль был очень красивым. Поднеся его к глазам, я понял, что это прибор ночного видения. «Надо же, – подумал я, – как бандиты укомплектованы! Такой бинокль стоит минимум четыреста долларов». Я стал наблюдать в бинокль за кафе.

Уже темнело. Джип Маркела стоял с включенным двигателем. Причем я обратил внимание, что поставили они его не капотом к кафе, а наоборот, задом, чтобы в случае чего можно было быстро рвануть с места. Они ждали. На площадке перед кафе не было ни одной машины. Наконец я заметил, как неожиданно с противоположной стороны вынырнула вишневая «девятка» с тонированными стеклами. Я быстро всмотрелся в номера. Номера были заляпаны грязью полностью. Я насторожился. Теперь я четко видел, что «девятка» поравнялась с машиной Маркела. Стекла джипа Маркела опустились. Он что-то говорил. В «девятке» стекло не открывали. Неожиданно раздался треск. Бог ты мой, да это же автоматная очередь! Конечно же, из «девятки» через стекло велась стрельба, причем один автоматчик находился на переднем пассажирском сиденье, а другой – на заднем.

Стрельба продолжалась не более минуты. Затем «девятка» резко рванула с места. Мне стало не по себе. Я постарался внимательно всмотреться. Нетрудно было догадаться, что Маркел с Утюгом лежали на своих сиденьях. Судя по всему, их уже не было в живых.

Но самое интересное было впереди. Я был в полной растерянности, не зная, что мне делать дальше – то ли уезжать отсюда, то ли подъехать к джипу. Не прошло и двух минут, как с противоположной стороны появилась бежевая «шестерка» с синим маячком на крыше. Из машины выскочили несколько человек с рациями. Это была милиция. Их лица показались мне знакомыми. Точно, я узнал одного из них, оперативника, который был со следователем Филипповым. Он подошел к машине, где лежали трупы Маркела и Утюга, и стал что-то говорить по рации. Через секунду маячок на «шестерке» заработал.