Священный камень - Клайв Касслер

Томпсон прошел подготовку к ситуациям такого рода, и ме­тодика противодействия намертво отпечаталась в его голове. Научился противостоять «сыворотке правды», выдерживать до­просы и свыкся с мыслью, что правительство США не причинит вреда невиновному, чтобы разговорить его.

Но такого ему никто не рассказывал.

Томпсон почувствовал дыхание Берга рядом со своим ухом.

—    Скотт, — начал тот. — Через минуту ты увидишь перед глазами мельтешение цветных огней. Со временем это вызовет припадок наподобие эпилептического. Будут судороги, сильное жжение, как будто тебе в мозг вбивают гвозди. Если тебя начнет тошнить — а тебя начнет тошнить, — ты, вероятно, не сможешь пошевелить головой, так что постарайся не захлебнуться рво­той. У меня рядом медсестра, которая при необходимости от­качает рвотные массы из твоих легких. Ты меня понимаешь?

Томпсон слегка двинул головой.

—    А теперь я даю тебе последний июне во всем признаться, прежде чем это начнется. Довожу до твоего сведения, что мы редко используем эту методику в силу большого количества осложнений. Под осложнениями я имею в виду переход в ката­тоническое или вегетативное состояние, не говоря о некотором проценте смертей от остановки дыхания. Ты понимаешь, что это означает?

Томпсон начал дергаться и выгнул спину. Он трепыхался на столе, как вынутая из воды рыба.

В Катаре было два часа дня, в Вашингтоне — девять утра. Оверхольт поднял трубку. Кабрильо не стал тратить времени зря.

—    Я в Катаре, — начал он. — Мы считаем, что Хикмэн может попытаться нанести удар но одному из трех наиболее священ­ных для мусульман мест.

—    В Каабе, гробнице Мухаммада, или на Куполе Скалы, — сказал Оверхольт. — Я уже изучил вопрос.

Оверхольт провел несколько часов, беседуя со специалистом по исламу, работающим в ЦРУ, и прочел множество докумен­тов, предоставленных исследовательским отделом.

—    Неплохо, — сказал Кабрильо.

—    Я также дал задание Управлению национальной безопас­ности поднять записи всех переговоров и переписки Хикмэна за последние две недели, и наконец получил результаты, — про­должил Оверхольт. — Он связывался с Петером Вандервальдом. На самом деле чемодан, недавно полученный им в Саудовской Аравии, был послан одной из фирм Вандервальда.

—    Петер Отравитель? — ошеломленно спросил Кабрильо.

—    Он самый, — ответил Оверхольт.

—    Давно надо было, чтобы кто-то о нем позаботился, — сказал Кабрильо.

—    Я издал приказ, — ответил Оверхольт. — Команда «мокрых дел» уже идет по следу.

—    Ты не говорил с Хэнли в ближайшее время? — спросил Кабрильо.

—    Говорил, — ответил Оверхольт. — Он рассказал, что твои люди нашли на фабрике в Мэйденхед. Очевидно, это какой-то токсин, разработанный Вандервальдом.

—    И они обрызгали им молитвенные коврики, — сказал Ка­брильо.

—    Уверен, он их хорошо загерметизировал, иначе пилоты за­болели бы еще в полете, и самолет рухнул бы. Хикмэн сумасшед­ший, но не дурак. Проблема возникнет, как только их откроют.

—    А это может случиться в любой момент, — сказал Кабри­льо.

В кабинете Оверхольта зажужжал факс. Подкатившись в кресле к аппарату, Оверхольт достал распечатку, перекатился обратно к столу, проглядел ее и сказал:

—    А я бы сказал, что он нанесет удар по Куполу Скалы, чтобы во всем обвинили Израиль.

—    Откуда такая информация? — спросил Кабрильо.

—    Помнишь яхту, которая отвезла метеорит на Фарерские острова и которую арестовал наш ракетный фрегат?

—    Еще бы, — ответил Кабрильо.

—    Я послал туда специалиста из Управления, — сказал Овер­хольт. — Ему наконец-то удалось разговорить командира.

—    И?

—    Пару недель назад Хикмэн послал в Израиль отдельную группу, чтобы напихать в Купол Скалы взрывчатки и видеока­мер. Если он выкрадет Авраамов камень, то, похоже, доставит его в Иерусалим, чтобы уничтожить во время взрыва, а затем показать видео по всему миру.

—    А что же с операцией в Саудовской Аравии? — спросил Кабрильо. — Об этом он ничего не рассказал?

—    Видимо, ничего не знал. Хикмэн разделил силы и, видимо, использует для этого другую группу.

—    Тогда сделай одолжение, будь добр, — сказал Кабрильо.

—    Какое же?

—    Подними список военнослужащих США, расквартирован­ных в Катаре.

—    Для чего?

—    Нам нужны все мусульмане среди них, каких только найдем.

—    А кто поведет их в Мекку?

—    Не беспокойся, у меня есть такой человек, — ответил Ка­брильо.

«Орегон» только проходил Гибралтар, когда Хэнли повесил трубку после разговора с Кабрильо. Протянул руку к кнопке внутренней связи и нажал ее.

—    Касим и Адамс, на пост управления, немедленно, — сказал он и повторил: — Касим и Адамс, на пост управления, немед­ленно.

Ожидая оперативников, он повернулся к Стоуну.

—    Меняем курс. Идем к Израилю, ближайшей к Иерусалиму точке побережья.

Стоун вывел на монитор карту. Ближайшим портом был Ашдод. Он ввел в компьютер необходимые команды, и систе­ма управления судном перезапустилась. В этот момент на пост управления вошел Адамс.

—    Прибыл, сэр, — сказал он.

—    Подготовь вертолет к заброске Касима в Танжер, в Ма­рокко.

—    А я куда отправлюсь?

—    Дозаправишься и вернешься на «Орегон».

—    Готов к вылету прямо сейчас, — ответил Адамс и вышел.

Пару минут спустя на пост вошел Касим.

—    Ты готов командовать операцией? — спросил Хэнли.

—    Да, сэр, — с улыбкой ответил тот.

—    К персональным данным доступ только у Кабрильо, но он сообщил мне, что ты мусульманин. Это так?

—    Да, сэр.

—    Отлично. «Челленджер» уже летит из Катара в Марокко. Нам надо, чтобы ты возглавил группу в Мекке.

—    Какова ее цель, сэр?

—    Вы, — медленно начал Хэнли, — будете спасать святыню ислама.

—    Сочту за честь, сэр, — ответил Касим.

А вот у Хикмэна не было никаких предрассудков относитель­но немусульман в Мекке.

Он ненавидел ислам и все, что за ним стояло. После встречи с дюжиной индусов-националистов на квартире в Эр-Рияде в четыре часа дня и изложения им сути операции они отправи­лись в десятичасовую поездку в Мекку на краденом фургоне, на стенках которого было по-арабски написано «Королевская уборка». Они оделись в длинные свободные белые одеяния, у каждого при себе были метла, корзина, шпатель и щетки.

Хикмэн заплатил мастеру по подделке документов за письмо на арабском с разъяснением, что они будут убирать прилипшую к мостовой жевательную резинку. Внутри ярко-желтой тележ­ки уборщика, за белой полотняной ширмой Хикмэн спрятал метеорит и несколько баллонов с аэрозолем, которые прислал ему в последний момент Вандервальд. У каждого из индусов на ягодицах был закреплен скотчем комок С-6 с крохотным тай­мером-детонатором. На бедрах, скрытые просторными одеяни­ями, были закреплены пистолеты в кобурах, по два у каждого, на случай если дела пойдут плохо.