«Крот» в генеральских лампасах - Владимир Матвеевич Чиков

УКГБ по Кемеровской области, Владислав Эсалниекс из КГБ Латвии, Игорь Филатов из КГБ Молдавии, Сергей Сиренко и Виталий Марков из КГБ Украины. Все были старшими следователями и имели большой опыт работы. Руководителем этой бригады приказом начальника Следственного управления был назначен подполковник Духанин. В день выхода этого приказа в кабинете начальника отдела Кузьмичёва состоялось инструктивное совещание, на котором были представлены все члены следственной группы и ее руководитель.

Кузьмичёв, обращаясь к следователям в присущем ему спокойном тоне, сказал:

— Друзья мои! Цель создания вашей группы — разоблачение предателя и обязательное получение вещественных доказательств шпионской деятельности генерал-майора ГРУ Полякова. Разработчики из Третьего главного управления КГБ не смогли получить на него никаких уликовых материалов. Теперь вам предстоит это сделать вместе со своим руководителем. Для этого, — обращаясь уже к Духанину, продолжал Виктор Михайлович, — вам и вашим помощникам предоставляется право самостоятельно поддерживать связь с оперативниками Второго, Третьего, Седьмого управлений и отдела радиоконтрразведки, а также с руководством ПГУ и ГРУ. Практически вам надо пройти шаг за шагом по вредоносному следу матерого шпиона в генеральских погонах и во чтобы то ни стало добыть доказательства. Что должен сделать для этого каждый из вас, скажет сейчас Александр Сергеевич Духанин.

— Первое, что мне необходимо знать, — начал он, — кто из вас уже ознакомился с материалами оперативной разработки? Поднимите руки.

Руку поднял только один человек.

— Тогда вам, товарищи следователи, — продолжил он, — надо срочно приступить к изучению материалов ДОР «Дипломат». И делать это вам придется поочередно. При этом вам необходимо зафиксировать в своих рабочих тетрадах все то, что будет соответствовать выполнению предстоящих каждому из вас отдельных задач. Я сейчас назову их вам. Самым слабым местом в расследовании является, как отметил начальник отдела, отсутствие доказательств. Надо во что бы то ни стало получить их, и тогда появится перспектива в расследовании. Либо через некоторое время мы должны будем прекратить дело по измене Родине и вести его дальше по статье 218-й. И тогда нас будут постоянно глодать сомнения: а все ли мы сделали, не допустили ли где-то ошибки и не упустили ли мы из своих рук стопроцентного предателя? Чтобы этого не произошло, надо нам изобличить его. Для выполнения этой задачи прошу записать, кто из вас чем будет заниматься…

Духанин открыл лежавшую перед ним папку и, заглянув в нее, сказал:

— Майору Маркову — детальное изучение и анализ всех материалов ГРУ по периодам обеих командировок Полякова в США и работы в Центре в промежутке между ними. Выяснить, не располагает ли чем-либо на него Управление «К» ПГУ КГБ? Особое внимание обратить на переписку с Центром и его отчеты о проделанной работе в период нахождения в Нью-Йорке. Подробнейшим образом выяснить все по агентуре. Кроме того, необходим будет анализ и поиск сомнительных моментов и странностей в его поведении, причин ошибок в работе, какой была ситуация в семье, его взаимоотношения с коллегами и знакомыми…

Переведя взгляд на следователя из Молдавии, Духанин продолжил:

— Аналогичные задания майору Филатову по Бирме и последующей работе Полякова в Москве. Капитану Эсалниексу — то же самое по первой командировке в Индию и последующему пребыванию в Москве. Майору Сиренко — по второй командировке Полякова в Индию и последующему его пребыванию в Москве вплоть до ареста. Майору Шубину — еженедельный анализ протоколов допроса и иных следственных действий, ведение вопросников и «эпизодников»[100], оказание следователям помощи в планировании работы. Старшим группы будет у вас Шубин…

Духанин сделал паузу, окинул взглядом присутствующих, потом опять посмотрел в свои записи и сказал: — На каждом участке каждым следователем должен поддерживаться теснейший контакт с ГРУ и с соответствующими управлениями Комитета в рамках исследуемых обстоятельств. Но при этом никакой самодеятельности не должно быть, все вопросы в обязательном порядке предварительно согласовывать с Шубиным и со мной. Выход на руководство ведомств и управлений ГРУ и КГБ будем осуществлять централизованно, только через меня или в необходимых случаях через полковника Кузьмичёва и генерал-майора Загвоздина. Перед каждым следственным действием в обязательном порядке знакомиться с «эпизодниками» и согласовывать план своих действий со мной и, исходя из ситуации, с Шубиным. В необходимых случаях за счет внутренних возможностей группы будем усиливать то или иное направление в расследовании. В этих целях будем привлекать майоров Мисливца и Посевина, а также, возможно, и других следователей. Подробные инструкции будут даны каждому из вас дополнительно. Что касается меня, то я буду допрашивать не только Полякова, но и наиболее значимых свидетелей. Отчеты каждого из вас о проделанной за минувший день работе и ее результатах буду заслушивать на ежедневных утренних совещаниях, а также принимать обязательное участие в планировании следственных действий и организовывать постоянное взаимодействие как внутри бригады, так и с оперативными подразделениями ГРУ и КГБ.

Переложив в своей папке один листок и взяв в руки другой, Духанин начал читать его про себя. Начальник отдела, воспользовавшись возникшей паузой, сказал:

— В целях обнаружения уликовых материалов и предметов шпионского снаряжения я считаю необходимым провести еще раз обыски с использованием поисковой техники [101] в квартире подследственного, на его даче и в гараже. И, конечно же, в обязательном порядке в доме его матери, в котором по непонятным для меня причинам Третий главк обыск вообще не планировал. Это я считаю серьезным упущением. Уверен, что Поляков, если он шпион, не мог уничтожить все вещдоки, которыми его снабжала иностранная разведка. Десятки раз за время службы он въезжал и выезжал из СССР и по существующей практике каждый раз обеспечивался американцами предметами шпионской экипировки: инструкциями по связи, шифртаблицами, средствами тайнописи, фото- и радиотехникой, письмами-прикрытиями и тому подобным. Что-то из этого он, уезжая из Москвы, конечно, уничтожал, но что-то мог и спрятать в самых укромных местах или в специально сделанных тайниках в названных мною помещениях, а потом мог забыть о них. Пока прикомандированные следователи еще в полной мере не будут загружены, надо, Александр Сергеевич, задействовать их в проведении таких обысков. Надо найти хоть что-то, подтверждающее шпионаж. Иначе Поляков разберется в ситуации и заявит, что признательные показания дал полковнику Жучкову под воздействием угроз, тем более что задерживали его сотрудники группы «А» очень жестко.

— Да, Виктор Михайлович, — подхватил подполковник Духанин, — я предусмотрел проведение таких обысков с задействованием в них четырех человек — Маркова, Филатова, Мисливца и Эсалниекса. Есть у меня для них и другие поручения, касающиеся работы Полякова в Москве…

Окинув глазами сидящих за большим прямоугольным столом участников совещания, Духанин остановил взгляд на сотруднике