Книга шахской славы. Часть 1 - Хафиз-и Таныш Бухари

подобного солнцу, показалась картина величия и славы, могущества этой звезды в зодиаке совершенства. Оком проницательности надлежащим образом он угадал положение дел в [мире] в будущем.

Цель изложения этого повествования, написания этого рассказа заключается в следующем. Пишущий [эти] строки услышал [этот рассказ] от его святейшества высокодостойного, высокостепенного [ходжи], точки [в центре окружности], поставленной [циркулем] шариата, точки [в центре круга, проведенного] циркулем хакиката[613], Каабы святых, кыблы для идущих по пути истины, лучшего по благодеяниям на путях истины, вождя народов в познании бога, да освятит Аллах тайны их, известного в народе [по имени] ходжа Джан-ходжа, да приветствует его Аллах, да увековечит его [имя], то есть ходжа Абд ал-Вали ибн ходжа Абу Наср ибн ходжа Абд ал-Малик ибн ходжа Абу Наср иш ходжа Мухаммад Парса. Его святейшество соизволил сказать: “По подстрекательству группы эмиров и порицаемый [другими], я выступил из Бухары и направился в Балх, чтобы встретиться с прославленным Пир-Мухаммад-ханом. Через несколько дней после этого хан, повелевающий, как Искандар, Абу-л-Фатх Абдулла бахадур-хан по воле судьбы также повернул поводья [и выехал] из Бухары. Он переправился через реку Джейхун и поспешил в Балх к своему дяде, благодетельному государю [Пир-Мухаммад-хану]. При встрече с его величеством [Абдулла-ханом] от неприязни, которую я таил в сердце по отношению к нему, я оказал ему меньше уважения и почтения, [чем следовало]. В ту же ночь я видел во сне, как будто явились к [этому] бедняку двое из [его] предков и с упреком изволили сказать: „О сын, почему /82а/ ты не заботишься об уважении и почтении к нему, ты не удостоил вниманием того, кто заслуживает почитания. Смотри, не будь [невнимательным] к нему в этой пустыне, ибо все ходжи, да будет над ними милость и благословение [Аллаха], почитают его величество [Абдулла-хана] так же, как Убайдулла-хана, даже больше, чем последнего; они вложили в его достойные и умелые руки бразды правления”. Услышав этот рассказ, некоторое время я провел в раздумье. Они вновь изволили сказать: „Что ты стоишь? Ведь разница между этими двумя государями лишь в именах, ибо [слово] „убайд” лишь на одну букву больше чем слово „абд” („раб”)”.

Когда я проснулся, я окончательно удалил из сердца неприязнь, которую я питал к его величеству [Абдулла-хану]. Ввиду того что он (Абдулла-хан) относился к благословенному роду их святейшеств ходжей с исключительным доверием и преданностью, [связывал с ними свои] заветные мечты, я рассказал ему этот сон. После того как [хан] узнал об этом радостном предзнаменовании, в нем возросла радость в связи с получением приятного известия и [вера] в необходимость просить помощи у всевышнего Творца и у великих святых, в нем чрезвычайно укрепилась надежда на милость бога, на силу безмерной поддержки его”.

В слабую голову бедняка (т. е. автора) запала мысль [о том, что] слово “убайд” на одну букву больше, чем [слово] “абд”, однако поскольку эта буква слабая, то она не принимается во внимание. К тому же, согласно хадису пророка, слову избранника [бога Мухаммада], мир ему, “лучшее имя — Абдаллах”; слово “Абдаллах” имеет превосходство над [словом] “Убайдаллах”, и оно предпочтительнее. Иными словами, слово “убайд” при обозначении понятия “убудийат” (“рабство, покорность”) выражает уменьшительность, уничижение по отношению к слову “абд” (“раб”), то есть “убайд” является уменьшительной формой от слова “абд”. Следовательно, “абд” является корневым словом, а “убайд” — производным. Таким образом, при словообразовании “абд” является основой, а добавлением к основе новой буквы [получается] производное слово, преимущество же основы перед производным словом бесспорно. Или еще. Когда великий Иса, предтеча нашего пророка [Мухаммада], да будут ему самые лучшие, искренние молитвы, в младенчестве, в колыбели ключом, [открывающим] путь к божественной истине, открыл замок молчания в яхонтовой шкатулке, с божьей помощью заговорив языком, рассыпающим жемчуг, рассеивающим драгоценные камни [слов], он изволил сказать: “Подлинно я „Абдаллах” („раб божий”)”, а не сказал: “Подлинно я „Убайдаллах” („ничтожный раб божий”)”. Или еще. Слово “абдаллах” вначале имеет букву, огласованную фатхой, а “убайдаллах” в начале произносится с даммой[614]. Буква, огласованная фатхой в начале этого слова, указывает на то, что с самого начала, когда хан, прибежище веры, подняв победоносные знамена, твердо решится [на поход] для разгрома, покорения великих врагов, при первом же нападении [ему] откроется лик победы[615], [скрытый] под покрывалом стыдливости. И еще. Господь великий, услышав весть о выражении покорности [ему] его святейшеством, прибежищем пророческой миссии [Мухаммадом], сказал: “И когда поднялся раб Аллаха, взывая к Нему...”[616]. Всевышний бог назвал своего пророка Абдаллахом, вложив в это глубокий смысл и [имея] великое множество причин. В преданиях [о Мухаммаде] написано, что его святейшеству пророку никакое другое имя, кроме “Абдаллах”, не подходит, ибо так, как его святейшество исполнял условия [совершения] молитвы, [выражения] покорности и преданности [богу], /82б/ никто не был в состоянии исполнить. И, естественно, во время вознесения [Мухаммада] в обиталище ангелов он получил это имя, ибо [в Коране сказано]: “Хвала тому, кто перенес ночью Своего раба”[617]. Когда он (бог) ниспослал Коран по небесным ступеням, тот (Мухаммад) помянул его (бога) следующими словами: “Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу”[618].

Месневи

Тот раб был образцом [выражения] покорности ему,

Среди всех рабов он является избранным,

Отличив среди своих рабов, [бог] дал ему такую дорогу,

Какую не видел ни один шах.

Рассказ о прибытии, его величества [Абдулла-хана] в Каракуль по просьбе эмиров племени кунграт, об окружении [им] Борак-хана и Бурхан-султана, о заключении им мира [с ними], о его уходе [из Каракуля] по требованию времени, по воле судьбы

Для людей опытных ясно и очевидно, что всякой великой державе, высокое знамя славы и больших свершений которой украшено и вышито великолепной тугрой прочности и стойкости, в начальный период неизбежно [приходится испытать] различные трудности и невзгоды, всякого рода бедствия и мятежи, [как гласит хадис]: “Рай окружен неприятностями”[619]. Ведь освещающая мир луна, пока не преодолеет немощь и трудности [пребывания] в состоянии новолуния, она не достигнет полнолуния. Пока красная роза в течение нескольких дней не испытает тесноты в бутоне, зефир, благоухающий амброй, не будет осчастливлен ее ароматом, ибо [пословица гласит]: “Величие достигается [лишь] в результате изнурительного труда”[620].

Цель написания этих изящных фраз и изложения этих основных мыслей заключается в следующем.

Хан, величественный, как Искандар, [Абдулла-хан] некоторое время пребывал в Меймене[621] и Чечекту[622], занимался всем тем, что было необходимо