Всё не просто - Тимофей Григорьев

Так, союзников и верных законной власти людей в спальне умирающего короля не оказалось. Значит, не желательные события для наследника престола могут произойти прямо сейчас.

Пора. Воспользовавшись, что в суматохе на него никто не обращал внимания, Гонор-младший тихо встал и подошел в портьере, прикрывающей небольшую нишу, в которой стоял маленький секретер отца. Здесь, за декоративной панелью находился вход в «последний вариант», как называл этот потайной ход король. Кажется, только вчера он показывал рычаг, открывающий выход из спальни.

— Запоминай, сын, когда-нибудь это спасет тебе жизнь, как кое-кому из наших предков. Этот ход знали только двое из живущих, король и наследник. Жены, фаворитки, родственники и слуги к этой тайне не допускались. Трон, знаешь ли, очень популярная мебель и всегда найдется много желающих посидеть на нем вне очереди. Так что будь осторожен.

Гонор усмехнулся, вспоминая свою тайную радость и злорадство. Как же, отец только что официально признал его преемником. Его, а не Эльчеора. Знать бы тогда, чем все обернется…

Принц нажал на рычаг, панель бесшумно отодвинулась, и молодой человек проскользнул в потайной ход никем не замеченный. Только закрыв за собой дверь собственной спальни, Гонор смог перевести дыхание. Ему удалось выиграть у смерти несколько часов. Уже хорошо.

Прислушавшись к звукам за дверью, Гонор удовлетворенно кивнул головой и бросился к сейфу. О нем никто не знал, так как его в тайне сделал по специальному заказу принца каменщик, перекладывавший камин в этой комнате около пяти лет назад. Конечно, после окончания работ мужик совершенно случайно отравился вином в трактире, где пропивал королевский гонорар. Бывает, но зато принц был совершенно уверен, что все, что он оставит в сейфе, будет пребывать в изначальном состоянии.

А ведь на эту мысль его навел Эльчеор, потому что Гонор так и не смог найти потайную комнату брата. В заранее припрятанную на дне гардероба старую походную сумку принц сложил документы, письма бабушки, драгоценности, деньги и еще кое-что по мелочи. Конечно, от многого придется отказаться, но ничего не поделаешь — всего с собой не утащишь.

Хорошо, что после ночного разговора с Казимиром неделю назад, удалось припрятать в катакомбах большую часть архива. Молодой человек пакостно улыбнулся, вспомнив о замене договоров с человеческими государствами на свитки с грязными ругательствами в сторону союзников. Так как при переговорах о совместной военной деятельности необходимо было предъявить первый экземпляр договора, заверенный магами обеих сторон, то можно было представить реакцию предполагаемых союзников на такое. Гонор захихикал, и любовно погладил кольцо наследника, являющегося ключом (вместе с кольцом короля) для открытия всех тубусов, в которых хранились особо важные документы государства. Пусть подменыш доказывает, что это не его инициатива! Принц резко затих и перевел дыхание, поняв, что его смех стал слишком похожим на истерику.

Некогда предаваться пустым сожалениям об упущенных возможностях. В любую минуту сюда могли ворваться гвардейцы, и на этот раз встреча с ними была бы нежелательна. Переодевшись в темный охотничий костюм и удобные сапоги, прихватив теплый плащ, старую шляпу и не забыв оружие, принц еще раз внимательно оглядел спальню и решительно открыл очередную дверь в потайной ход. Юноша подозревал, что не последнюю, так как бегство его требовало не столько скорости, сколько тайны.

Через час ходьбы по бесконечным переходам и коридорам, принц прибыл на место встречи с Казимиром. Странно, договаривались, что старый вояка будет находиться здесь неотлучно, так как точное время побега было не определено. Здесь, на месте пересечения двух коридоров, было удобно встретиться и не опасаться попадания в тупик — путей отхода достаточно. Гонор встал на условленное место и зажег факел.

— Какая встреча! Кого я вижу? Неужели это наш молодой король Гонор Второй?

Принц даже не удивился, услышав голос своего лучшего друга. Бывшего, судя по всему. Симеон, глава гвардейцев и дальний родственник правящей династии, был старше наследника на четыре года и служил тому примером для подражания, особенно в подростковом возрасте. Ждал он беглеца явно не для того, чтобы присоединиться в изгнании. Жаль, с практическим опытом Симеона в реальных боевых действиях, принцу намного легче было бы начинать активное сопротивление эльфийской оккупации. Но не судьба. Бывший лучший друг предпочел перейти на сторону противника.

— И чем тебя ушастые купили? Что обещали за предательство?

Гонор завел разговор не из любопытства, он старался незаметно осмотреться и определить количество людей, пришедших с Симеоном для захвата наследника трона. Если он пришел один, то можно было бы побороться за свободу, но если с ним хотя бы несколько гвардейцев, то принцу останется только как можно дороже продать свою жизнь.

— Предательством считается смена объекта верности, а я верен своей изначальной присяге. — Бывший друг так неприятно ухмыльнулся, что принц почувствовал некоторые сомнения в здравом уме собеседника. — Только принесена она была не тебе. Так что совесть моя чиста. Даже более того, я счастлив, что именно мне досталось удовольствие пленить тебя. Давно мечтал ткнуть тебя носом в дерьмо, наглый королевский щенок.

Гонор понял, что Симеон не собирается убивать его прямо сейчас. Значит, предатель не хочет дать ему даже видимость почетной смерти. Это какую же ненависть надо испытывать к человеку чтобы сознательно передать своего, пусть бывшего, но друга, в руки эльфийских магов. А об их сомнительных экспериментах давно шептались среди знати под большим секретом, всем было очень интересно посмотреть на конечный результат. Но когда перспектива попасть им в руки касается тебя лично, выглядят все эти слухи, совершенно иначе.

— За что же ты мне готовишь такую сомнительную участь? Мы же с тобой всегда были друзьями, откуда такие резкие перемены в наших отношениях?

Говоря все это, принц лихорадочно просчитывал возможность отступления без потерь. Похоже, Симеон здесь один, иначе его люди давно проявили бы себя. Неужели еще есть надежда все переиграть? Гонор боялся поверить в эту возможность — слишком печально было бы поставить жизнь на это и проиграть. Бывший друг, тем временем, высказывал свое настоящее отношение к наследнику престола.

— Перемены? С моей стороны не было никаких перемен. С самого детства я знал, что ваша семейка — наглые узурпаторы, занявшие чужое место.

— Ты о чем? Симеон, ты в своем уме?

— Вот, в этом проявляется вся гниль вашей семейки — отобрать трон и благополучно забыть об этом. Мой прадед был старше твоего, но обманом был отстранен от власти в Сарране.