Всё не просто - Тимофей Григорьев

Тогда вперед вышли маги и стали показывать свои умения. Вызывали дождь и ветер орочьи шаманы, поднимали из земных глубин воду и отводили обратно. Эльфийские маги тоже не оплошали — все поле покрылось невиданными цветами, птицы приносили в ладони эльфам редчайшие плоды и ягоды.

Счет оставался равным. И тут один из эльфийских магов захотел доказать всем, что дивные несравненны и поступил опрометчиво. Он взял пару обычных собак и стал над ними колдовать. Долго ли коротко ли, но привел на суд он результат своих магических усилий — новый вид живых существ. Никто не понял, чем же он хвалился — на первый взгляд это были просто большие собаки. Но маг так хотел доказать, что он лучший, что дал животным разум и способности к эмпатии. Ему не поверили, и он попытался заставить животных подчиняться одной силой мысли. Собаки испугались и подбежали к оркам в поисках защиты.

Если бы эльф ласково поманил их — они с радостью подошли. Но собаки чувствовали его злость и поэтому жались к оркам. Длинноухий в бешенстве стал с такой силой мысленно тянуть их к себе, что к нему бросились все находившиеся рядом животные — так эльфы изобрели свой знаменитый „зов“. Собаки же скулили и плакали, но к магу не шли.

Тогда шаман пожалел бедных животных и освободил их от притяжения „зова“. Великий Ор присудил победу в споре оркам, не только за разные умения, но и за чувство сострадания к бессловесным тварям. Эль нехотя согласилась, но в наказание за проигрыш среди эльфов стали рождаться маги Смерти, которые страдали, применяя смертельные руны.

Так оборвалась дружба между орками и эльфами. А затем дело дошло и до войн. Особенно дивные гонялись за сторожевыми орочьими собаками, всеми путями стараясь истребить виновных в том, что Эль рассердилась на эльфов.

А у орков с тех пор появились верные друзья, не раз спасавшие детей и женщин во время эльфийских набегов».

— Вот с той поры мы вместе, орки и собаки.

Вожак внимательно посмотрел на Рорина, лизнул его руку и опять закрыл глаза.

Вот так, слушая орочьи байки и сказки, я засиделся в теплой компании почти до полуночи, пока Рорин не погнал меня спать. Под впечатлением долгого дня, я даже не обратил внимания на то, что вместо кровати пришлось спать на сложенном ковре. Признаться честно, отсутствие мебели совершенно не помешало мне заснуть и видеть сны. Про орков, разумеется.

Проснулся я от четкого ощущения, что пора выйти из дома и «подышать воздухом». Хорошо, что орки догадались приспособить под эти нужды маленькую будочку (спасибо мальчишке, объяснившем мне к ней дорогу), как-то не прилично светить частями тела среди степи. Закончив с неотложными делами, я решил прогуляться и поискать ручей или другой источник воды, после вчерашнего застолья хотелось пить, да и умыться не помешало. Как показали последующие события, мне рановато самостоятельно знакомиться с семейным достоянием.

Вода быстро нашлась, я прилег около источника в густую траву и, довольный собой и жизнью, задремал. Надо сказать, что я настолько привык к постоянному присутствию рядом со мной охраны, что совершенно не беспокоился за свою безопасность. Мне даже в голову не пришло, что находясь в незнакомом месте, не стоит так расслабляться. Из состояния сладкой дремы меня вывела вонючая гадость, капающая на лицо. Открыв глаза, я тут же зажмурился, решив, что мне померещилось спросонья. Громадный дикий зверь сумел подкрасться ко мне так близко, что его голодная слюна залила мне все лицо. Вот и пришел конец великому шаману и большому вождю. Сейчас эта тварь меня сожрет и не подавится. Решив дорого продать свою жизнь, я с диким криком вцепился в морду зверя, пытаясь нащупать и выдавить его глаза (про этот прием борьбы с опасными хищниками я когда-то читал в одной книге).

Ага! Не нравится! Получай! Тварь страшно заревела и стала мотать головой, в надежде от меня избавиться. Не на того напал! Я вцепился в шерсть зверя изо всех сил, а он волок меня по траве и рычал. От быстро меняющихся местами неба и травы, стала кружиться голова, но я решил бороться до последнего вздоха.

Но вот удача отвернулась от меня, пальцы соскользнули с шерсти зверя и я упал. Ну, вот и все, сейчас он меня точно съест.

Как тихо, может тварь убежала? Открываю глаза и вижу стоящего передо мной орчонка.

— Чиво кличись? Катаисся?

Не понял. Что здесь делает маленький ребенок и почему никто не спасает его от страшного зверя? Я вскакиваю на ноги, готовый схватить мальчишку на руки и убежать, и тут…

Стоящая рядом лохматая гора замычала. Замычала?!! Присмотревшись, я с ужасом понимаю, что героически сражался с коровой! Точнее молодым бычком, которому явно понравилась новая игра. Орчонок с любопытством оглядел меня с ног до головы, подошел к нему, по-хозяйски ухватился за кольцо в носу животного и повел того обратно к воде.

— Сичас попьем водицки и будем играть исе.

Тут я заметил нескольких орков, с интересом наблюдающих за нами. Стоящий среди них Рорин, смотрел на меня и довольно ухмылялся.

— Ты, племяш, как я погляжу, совсем обжился. Уже и скотину объезжаешь. Молодец.

Глядя на дядюшку, я понял, что этот случай мне будут вспоминать до конца моих дней. Интересно, в ручье можно утопиться? Такого позора я просто не переживу. Одна надежда, что мой промах заметил только Рорин (могу же я надеяться на лучшее, в конце концов!).

Так, старательно делаю вид, что все идет по плану. Член царствующей семьи никогда не должен дать понять подданным, что он попал в неудобное положение, так как свидетелей монаршего унижения не должно остаться на этом свете (цитата из бабушкиного монолога о соблюдении королевского достоинства). Но, так как в жизни случается всякое, а количество верноподданных ограничено, то для государства дешевле, если король в своей благородной задумчивости не заметит маленького недоразумения. Я не король и даже не наследник, но кто мне помешает воспользоваться одним из бабушкиных советов?

— Какая интересная порода. — Старательно увожу разговор от обсуждения моих действий. — Мне всегда казалось, что коровы мельче и не такие лохматые.

— Да разве у людей коровы? — Рорин понимающе усмехнулся, но меня поддержал. — Это выродившиеся карлики, а не коровы!

— Точно! Лучше наших, нет в мире коров! — В нашу беседу включился один из орков, стоящих рядом. — Сколько молока дают, а шерсти! На подножном корме держим весь год, только зимой чуть-чуть зерна и сена.

— Не может быть! — Я сделал вид, что тема удойности (кошмар, чего только не сделаешь для сохранения лица) коров интересует меня неимоверно. — Я слышал у эльфов тоже хороший породистый скот.