Залетная гостья (СИ) - Яна Ладина

и выдержки. Однако внутри почерк совсем не совпадал с тем, что был на конверте. Ух-ты, ух-ты! Некто А.К. и Ж.Д. подписывались поочередно в каждом.

Съедаемая изнутри любопытством радовалась, что в данное время левой пяткой, но принадлежу к семье Шеррера, а значит могу узнать, о чем в каждом тайном послании идет речь. Браслеты вновь засветились. Сдается, даже если бы кто-то иной и обнаружил письма, то сработала какая-нибудь система защиты: либо вновь пустые листы, либо они бы рассыпались, а может сгорели заживо, кто его знает. Проверить возможности нет.

Распечатав все послания, поделила на две равные кучки: от А.К. и от Ж.Д. Начать решила по алфавиту, с А.К.

Изучив пару тройку любовных опусов (дама явно была влюблена до потери памяти в этого мужчину, кому адресовала свои стенания мартовского кота, иначе их было не назвать), пришла к выводу, что отправительница была не просто рядовой любовницей, сама же указывала, что понимает насколько она «единственная», ни разу при этом не упомянув имя адресата, а метила в фаворитки. По крайней мере, ей надоело скрывать от наивной жены своего любовника собственное существование. А дама не так проста, как кажется!

«Неужели тот факт, что я ношу под сердцем твоего наследника, а это вне всякого сомнения мальчик, можешь поверить, не является причиной вывести меня из тени? Тем более в такое время, когда Инквизиция не пощадит даже беременную женщину, если сочтет ее причастной к колдовству. А ты очень хорошо знаешь, любимый, степень этой причастности… И что они могут с ней сделать».

Ничего себе шантаж! T! Более того, эта А.К. не скрывает, что является владелицей сильной искры. Иначе, с чего ей не бояться делать столь громкие заявления?

Время летело, а я все не могла оторваться от изучения чужой переписки.

Но более ничего интересного в посланиях А.К. не было. Лишь то, что с каждым месяцем женщине становилось все хуже, она не могла покинуть пределы собственного дома, не могла даже выйти из комнаты. Она вынужденно отгородилась от мира, поскольку не хотела быть высмеянной шлюхой. Надежда на покровительство отца ребенка с каждым письмом и словом таяла. А в своем последнем послании А.К. сообщила, что срок родов был близок и сердце ее разрывалось от тоски и печали. От горькой боли и обиды. И одиночества.

Глубоко вздохнула, отложив последнее письмо. С одной стороны, А.К. виновата сама, поставив себя в такое положение. С другой, родственник Шера, кем бы он ему ни приходился, редкостная сволочь! Вот она, порода Даргомасов, сочится сквозь века! Почитать бы его ответы на душещипательные опусы отверженной и обрюхаченной женщины!

Вторая, еще не разворошенная стопочка, авторства Ж.Д., на удивление оказалась во стократ примечательнее, ибо была написана от мужского лица, допустившего на мой взгляд большую оплошность: в одном из предложений, единственном, среди всех писем, он обратился к мужчине, в чьей комнате я пребывала, как к брату. И абзац, равно как и письмо, по моему мнению, стоило бы уничтожить немедля. Ибо содержание строчек, как бы выразилась Марина, откровенно «сливало всех участников истории», и более того, почти раскрывало имя А.К.:

«Твоя ненаглядная бастрючка родила тебе сына, когда при родах в соседней комнате скончались жена и законный наследник! Разумеется, ничего умнее, как подменить ребенка в тот же день ты не придумал! Тебе просто повезло, что от горячки Латус забрал мать ребенка, которая-таки вытребовала себе покои в нашем замке. Иначе дело могло дойти до императора. Две беременные бабы в доме, не могу поверить! Впрочем, весь их род, что твоя любовница, что ее приемная мать, нагулявшая единственную родную дочь, о чем кстати муж прекрасно осведомлен, никогда нравственностью не отличался. Но, брат, как ты мог не учесть, что она сильная колдунья и может отомстить? Да, она была в тебя по уши влюблена, но это не отменяет того факта, что четверть своей жизни она провела среди риг-ярлов! И чему вампиры ее научили, думаю, не мне тебе объяснять. Как и то, что она обозлилась и наслала проклятие на весь наш род. Не приведи Латус, ты или твои потомки тронут кого-то когда-нибудь из ее семейки, нам всем будет несдобровать! Разумеется, она озаботилась тем, чтобы ее собственный ребенок не вздумал насолить приютившим его мать потомкам, ведь тогда и они тоже получат сполна. Проклятие, произнесенное на смертном одре, обладает невиданной мощью. Уже одно то, что никто не может войти в ее покои после того, как оттуда вынесли тело, говорит о многом! Я бы, на твоем месте, срочно перевез семью из того крыла, а лучше снес и перестроил дом…»

Далее шли рекомендации, как именно стоит сносить дом, какие работы вести, каких мастеров приглашать, но мне уже все стало ясно. Картина складывалась, как элементарный детский паззл. Уже одно то, что в родовом доме Даргомаса хранят тайну, что есть комната, в которую нельзя заходить, где произошли страшные события, и что такая же закрытая комната есть и в доме Киатар, комната Ароллы, говорит о том, что…

Но у Ароллы ведь не было детей! Лорд Магорус и вся семья в этом абсолютно уверены! Аролла пропадала в своих катакомбах исключительно потому что проводила там свои нечеловеческие опыты.

У меня закружилась голова. Схватившись за виски, повалилась на кровать, плотно закрыв глаза и не обратив никакого внимания на то, что письма снова беспорядочно разлетелись по полу. Во что меня втянул Дармир? Это же самый настоящий заговор! Тайны мадридского двора! Оно мне надо?!

Полежав некоторое время, раскинув руки и ноги, приводя мысли в порядок, собрала все ненужные листы, перевязала лентой и заложила глубоко в тайник. Два письма, от А.К. и Ж.Д., чьи цитаты несли в себе больше всего пользы и смысла, сложила и спрятала в корсаж. В самом деле, очень удобно! Главное только не наклоняться лишний раз и не светить грудью, а то мало ли кто любопытный да извращенный захочет заглянуть и обнаружит не то, что следует.

Вновь с усилием задвинув шкаф, прислонилась к стене, обессилено ударяя по ней каблучком согнутой в колене ноги. Как же отсюда выбраться? Должен же быть кто-то, кто знает об этом тайнике помимо меня и Хэмеца.

«Иногда стоит лишь захотеть и приказать, госпожа, и любое пожелание хозяина исполнят его верные слуги», — прошелестел совсем рядом бархатный голосок, и глаза мои распахнулись.

— Кто здесь?

— Покорный слуга и хранитель этого дома, госпожа.

Из пустоты напротив проступили очертания маленького существа, с каждым мгновением приобретавшие ясность и